Судьба Шута - Хобб Робин - Страница 195

– Но мне не все равно.

Когда я задал еще один вопрос, мое сердце сжалось, потому что мне было страшно услышать ответ.

– А если я скажу, что готов последовать за тобой? Готов бросить прежнюю жизнь?

Мне показалось, что мои слова ошеломили Шута. Ему пришлось сделать несколько вдохов, прежде чем он заговорил хриплым шепотом:

– Я не позволю тебе. Я не могу позволить.

Мы вновь надолго замолчали. В очаге догорел огонь. И тогда я задал последний, самый ужасный вопрос:

– После того, как я покину Аслевджал, мы больше никогда не увидимся?

– Скорее всего, нет. Это было бы неразумно. – Он взял мою руку и нежно поцеловал ладонь, покрытую мозолями от меча.

Шут еще долго не выпускал мою руку. Он прощался со мной, и я знал это, знал, что уже ничего не могу изменить. Я сидел совершенно неподвижно, чувствуя, как меня охватывают холод и пустота, словно Ночной Волк умирает снова. Я терял Шута. Он уходил от меня, и мне вдруг показалось, что я истекаю кровью и жизнь понемногу покидает меня. Неожиданно я понял, как близко к правде я подошел.

– Прекрати! – закричал я, но было уже слишком поздно.

Он отпустил мою руку прежде, чем я успел ее вырвать. Мое запястье стало совершенно чистым. Отпечатки его пальцев исчезли. Каким-то образом он сумел их убрать, и нить Скилла, связывающая нас, исчезла.

– Я должен дать тебе уйти, – сказал он прерывающимся шепотом. – Пока у меня еще есть силы. Дай мне такой шанс, Фитц. Я должен разорвать нашу связь. Я не должен брать то, что мне не принадлежит.

Я потянулся к нему. Да, я его видел, но больше не чувствовал. Ни Уитом, ни Скиллом. Я не ощущал даже запаха. Шут исчез. Спутника моего детства, друга юности больше не существовало. Он отобрал у меня эту грань своей личности. Карие глаза смуглого человека сочувственно смотрели на меня.

– Ты не можешь так со мной поступить, – сказал я.

– Я уже поступил, – заметил Шут. – Дело сделано. – Казалось, силы покидают его с каждым мгновением.

Он отвернулся от меня, словно рассчитывал таким образом скрыть свои слезы. Я сидел, чувствуя, как немеет все мое тело, – так бывает после страшной травмы.

– Я просто устал, – сказал он дрожащим голосом. – Просто устал. Вот и все. Пожалуй, мне лучше прилечь.

Фитц. Ты нужен королеве. – Олух легко пробился в мое сознание.

Я скоро вернусь. Сейчас я с Шутом.

Это о Древней Крови. Она просит тебя, чтобы ты поторопился.

Хорошо, – тупо ответил я.

И как только Олух исчез из моего сознания, в него ворвался Чейд. Я не стал сопротивляться.

Раз уж ты там, постарайся захватить с собой хотя бы часть свитков о Скилле. Они нам понадобятся.

Чейд… Я принесу свитки. Пожалуйста, дай мне побыть одному. Пожалуйста.

Хорошо. — Однако его голос прозвучал обиженно. Затем он смягчился. – Что случилось? Он так болен?

На самом деле ему стало лучше. Но мне нужно собраться с мыслями.

Хорошо.

Я повернулся к Шуту, но он либо действительно заснул, либо весьма убедительно прикинулся спящим. И я не нашел в себе сил его разбудить. Да, мне было необходимо подумать. Быть может, удастся его переубедить – нужно только найти подходящие слова.

– Я вернусь, – сказал я, накинул на плечи плащ и вышел наружу.

Пожалуй, решил я, сейчас стоит спуститься в лабиринт Элдерлингов и забрать часть манускриптов о Скилле. А по дороге я смогу все обдумать. Мне всегда лучше думалось в движении. Я поднялся по крутой тропе и обнаружил, что теперь легко могу пройти сквозь расселину. Наверное, она стала шире из-за того, что я уже несколько раз проходил здесь, решил я. Однако вскоре я увидел, что навстречу мне кто-то идет. Почти сразу же я узнал Черного Человека. Он нес на плече вяленую оленью ногу. Когда мы поравнялись, Прилкоп остановился и осторожно опустил свою ношу на пол.

– Это из ее запасов. Я уже много раз крал у нее. Но не так, как сейчас. Немножко здесь, немного там. А теперь беру то, что хочу. – Он склонил голову набок. – А ты?

– Я намерен поступить так же. Много лет назад у моего короля похитили свитки. Она хранит их в помещении, соседнем с ее спальней. Теперь я собираюсь вернуть их домой.

– Ах вот ты о чем. Я видел их довольно давно.

– Да.

– Я тебе помогу.

Я не был уверен, что нуждался в его помощи. Но не нашел вежливого способа отказать Прилкопу. Я поблагодарил его, и дальше по коридорам мы пошли вместе. Он с горечью качал головой, когда замечал оскверненные стены или исчезнувшие из ниш произведения искусства. И еще Прилкоп говорил о существах, живших здесь в прежние времена. Олух был прав. Когда-то в этих каменных туннелях было тепло. Элдерлинги уходили и возвращались, наслаждаясь чудесами снега и льда, никогда не добиравшихся до их теплых земель. Я попытался представить себе, какое удовольствие можно получить в таком холоде, но идея показалась мне совершенно чуждой.

Прилкоп каким-то образом сумел восстановить магию, поддерживающую тепло. Когда-то он пытался лишить Бледную Женщину и света Элдерлингов, но потерпел неудачу. Однако даже после того, как здесь воцарился холод, Бледная женщина не покинула цитадель Элдерлингов. Она вынудила Прилкопа прятаться, а свое презрение к нему и драконам, дружившим с Элдерлингами, выражала, оскверняя их искусство.

– Однако она не тронула карту, – заметил я.

– Возможно, она просто не ведала о ее существовании. Или не умела ею пользоваться, и поэтому ей было все равно. Она ничего не знала о существовании Скилл-порталов. Лишь однажды, убегая от нее, я воспользовался порталом. – Он покачал головой. – Такой слабый, такой больной… – Он сжал руки в кулаки и постучал по вискам. – Я много дней не мог вернуться назад. А когда вернулся, оказалось, что она присвоила себе мой город. Но теперь я заберу его обратно.

Прилкоп прекрасно знал свой город. Он показал мне другой путь – здесь туннели были уже, вероятно, ими пользовались слуги или торговцы. Очень скоро мы вошли в коридор, где находилась спальня Бледной Женщины. Я заглянул внутрь. Кто-то побывал здесь после меня. Я остановился, чтобы осмотреть спальню. Вся мебель была сдвинута. Шкатулки с драгоценностями вывернуты на пол. Жемчужное ожерелье, серебряные цепочки и блестящие белые камни. Некоторые лежали в снегу, таявшем на полу. Прилкоп увидел, что я смотрю в комнату, и спокойно вошел внутрь.

– Это подойдет, – заметил он, снимая шелковое покрывало с постели.

Затем несколькими быстрыми движениями сделал из него большой мешок. Я понял идею, взял другое покрывало и последовал его примеру. После чего мы перешли в соседнее помещение, и моим глазам предстала неожиданная картина.

Все полки были сдвинуты к середине библиотеки, чтобы они упали, а их содержимое рассыпалось по полу. Рядом валялся разбитый кувшин с маслом, которое пропитало несколько свитков. Чуть в стороне лежала Бледная Женщина. Она была мертва. Почерневшие культи рук напомнили мне лапы насекомого. Смерть и холод заставили потемнеть кожу ее лица. Она закинула голову назад и умерла, разинув рот, точно оскалившаяся кошка. Рядом с пропитанными маслом манускриптами лежала вырванная из стены сфера Элдерлингов. Она выглядела слегка поврежденной, словно кто-то пытался пинать ее ногами. Некоторое время мы с Прилкопом молча смотрели на Бледную Женщину.

– Она пыталась разжечь огонь, чтобы согреться? – предположил я. – Наверное, рассчитывала, что светящаяся сфера подожжет манускрипты.

Черный Человек с отвращением покачал головой.

– Нет. Уничтожить. Она хотела все уничтожить. Драконов. Других пророков. Красоту. Знания. – Он указал на пропитанные маслом манускрипты рядом с ее телом. – То, чем она не могла владеть или управлять, она уничтожала. – Он посмотрел мне в глаза и добавил: – Она не смогла подчинить себе твоего Шута.

Мы принялись за работу. Непострадавшие свитки мы убрали в один мешок, стараясь сохранять максимальную осторожность, поскольку многие из них были совсем древними и хрупкими. Те же, что пропитались маслом, мы сложили отдельно. Я заметил, что мы оба избегали прикасаться к Бледной Женщине. Когда мне пришлось отодвинуть в сторону ее тело, чтобы взять лежавшие рядом манускрипты, Прилкоп отошел и отвернулся. Наконец, когда мы собрали все свитки, я посмотрел на тело Бледной Женщины.