Судьба Шута - Хобб Робин - Страница 186

Жаль, что Олух меня не предупредил.

– И ты меня сразу узнала?

Неттл фыркнула.

– Я увидела смятение на твоем лице. Никто из стражников так не пялился на меня. – Она бросила косой взгляд в мою сторону, ужасно довольная собой, но в ее глазах плясали опасные искорки.

Интересно, подумал я, как выглядят мои глаза, когда я злюсь. Неттл говорила спокойно и уверенно, так случалось вести себя Молли, когда она кипела от ярости. После некоторых размышлений я пришел к выводу, что у нее есть основания на меня обижаться. Я обещал, что откроюсь ей, как только вернусь, но я попытался увильнуть и не выполнил свое обещание.

– Ладно, ты меня нашла, – запинаясь, ответил я и сразу же понял, что этого говорить не следовало.

– А ты вообще ничего не сделал, чтобы наша встреча состоялась! – Неттл сердито уселась на скамейку. Я стоял рядом, не забывая о том, что я всего лишь стражник. Ей пришлось смотреть на меня снизу вверх, но она не обратила на это ни малейшего внимания, насмешливо спросив: – Как тебя зовут, сэр?

И я назвал ей имя, под которым меня знали, когда я носил синюю форму стражников Баккипа.

– Том Баджерлок, миледи. Из стражи принца.

Неттл вдруг стала похожа на кошку, поймавшую мышь.

– Очень удачно получилось. Королева сказала, что пошлет со мной стражника. Я выбираю тебя.

– Но я не могу вас сопровождать, миледи, – возразил я, переходя на «вы», и добавил, чтобы мой отказ не прозвучал как отговорка: – Как вы, наверное, поняли, я буду выполнять ваши обязанности в качестве посредника между лордом Чейдом, принцем Дьютифулом и нашей милостивой королевой.

– С этим справится Олух.

– Его магия сильна, но он человек ограниченный, миледи.

– Миледи! – презрительно пробормотала она. – А как мне вас называть? Лорд Волк? – Неттл сердито тряхнула головой. – Я знаю, что ты сказал правду. Тем хуже для меня. – Ее плечи поникли, и я вдруг увидел, какая она еще юная и уязвимая. – Мне предстоит сообщить печальную весть своей матери и братьям. Но они должны знать, как погиб их отец. И что Свифт был рядом с ним. – Она машинально подняла руки и провела по коротко остриженным волосам, отчего он встали дыбом. – Магия Скилла легла на мои плечи тяжелым грузом. Меня оторвали от дома, и я не могла покинуть замок, а ведь моя мать так во мне нуждается. – Она укоризненно посмотрела на меня и добавила: – Почему ты выбрал именно меня? Почему передал Скилл мне?

Слова Неттл меня поразили.

– Я тебя не выбирал. Ты такой родилась. Именно поэтому между нами установилась связь. Очень долго я даже не догадывался, что ты где-то рядом, наблюдаешь за моей жизнью.

– Иногда возникали моменты, когда это было очевидно, – заметила Неттл, но прежде чем я успел себя выдать, добавила: – А теперь я владею Скиллом – он словно заразная болезнь, приговорившая меня до конца жизни служить нашей королеве. А потом королю Дьютифулу, когда он унаследует трон. Не думаю, что ты представляешь, какое это тяжкое бремя.

– Немного представляю, – негромко ответил я. Увидев, что Неттл молчит, я спросил: – Разве тебе не следует торопиться? Лучше всего отправляться в путь, пока солнце еще не взошло.

– Мы только что встретились, а ты уже стараешься от меня избавиться. – Она опустила глаза. Неожиданно передо мной возникла Неттл из моих снов. Покачав головой, она призналась: – Нет, я совсем иначе представляла нашу первую встречу. Мне казалось, что ты обрадуешься, нам будет весело и мы станем друзьями. – Она кашлянула и смущенно призналась: – Очень давно, когда я только начала видеть сны о тебе и волке, я решила, что мы обязательно встретимся в реальной жизни. Я представляла себе, что мы с тобой одного возраста и что ты окажешься юным и красивым, а меня назовешь хорошенькой. Глупо, правда?

– Сожалею, что я тебя разочаровал, – осторожно проговорил я. – Однако ты очень хорошенькая. – Неттл недовольно посмотрела на меня, давая понять, что такие комплименты из уст немолодого стражника ее смущают.

Ее фантазии неожиданно воздвигли между нами барьер. Подойдя поближе, я присел перед ней на корточки и заглянул в глаза.

– Быть может, нам следует начать сначала? – Я протянул руку и сказал: – Меня зовут Сумеречный Волк. Неттл, ты не представляешь, сколько лет я мечтал тебя увидеть. – И тут у меня перехватило горло.

Оставалось надеяться, что я сумею удержаться от слез. После коротких колебаний моя дочь взяла мою руку. У нее была изящная узкая ладонь, как и положено благородной леди, но загорелая и мозолистая. Прикосновение усилило нашу связь через Скилл, и мне вдруг показалось, что она сжимает мое сердце, а не руку. Даже если бы я захотел скрыть от Неттл свои чувства, у меня бы ничего не получилось. Мне показалось, что это пробило брешь в разделявшей нас стене.

Она посмотрела мне в лицо, которое находилось совсем рядом. Наши глаза встретились, и ее нижняя губа неожиданно задрожала, как у ребенка.

– Мой папа умер! – пролепетала она. – Мой папа умер, и я не знаю, что делать! Как мы будем жить? Чивэл еще совсем ребенок, а мама ничего не понимает в лошадях. Она уже поговаривает о том, чтобы продать их и переехать в город, поскольку она не может жить там, где она привыкла видеть отца! – Неттл задохнулась от боли, а потом воскликнула: – Все теперь развалится. Я ничего не могу изменить! Во мне нет таких сил, на которые все рассчитывают. Но и выбора нет. – Она расправила плечи и посмотрела на меня. – Я должна быть мужественной, – сказала она, как будто слова могли ей помочь.

Однако у нее получилось. Неттл сумела сдержать слезы. Храбрость отчаяния. Я обнял ее и прижал к груди. Первый раз в жизни я обнимал свою дочь. Ее короткие волосы кололи мне подбородок, и я был в состоянии думать только о том, как сильно я ее люблю. И тогда я открыл себя и позволил своим чувствам излиться на Неттл. Я ощутил удивление – как силой моих чувств, так и тем, что незнакомец обнял ее. Я попытался объяснить.

– Я присмотрю за вами, – обещал я. – Я позабочусь обо всей семье. Я обещал… обещал твоему папе заботиться о тебе и твоих младших братьях. И я выполню свое обещание.

– Не думаю, что у тебя получится, – возразила она, а потом, стараясь смягчить свои слова, добавила: – Но я верю, что ты попытаешься. На свете нет таких людей, как мой папа. Больше нет.

Еще несколько мгновений она разрешала мне обнимать себя. А потом мягко высвободилась из моих рук.

– Моя лошадь оседлана, меня ждут, – тихо проговорила Неттл. – Да и стражник, выбранный королевой, уже на месте. – Она глубоко вздохнула. – Мне нужно идти. Дома столько дел. Мама не справляется с детьми. Я нужна ей. – Она вытащила платок и вытерла глаза, из которых так и не пролились слезы.

– Да, ты права. – После коротких колебаний я сказал: – Твой отец хотел, чтобы я кое-что тебе передал. Возможно, тебе его слова покажутся странными, но для него это было важно.

Она вопросительно посмотрела на меня.

– Когда придет время для Малты, пусть ее покроет Радди.

Она поднесла руку ко рту и тихонько фыркнула.

– С тех самых пор, как у нас появилась эта кобыла, они с Чивэлом постоянно спорили из-за нее. Я передам ему. – Неттл отошла от меня на два шага и повторила: – Я передам ему. – А потом повернулась и убежала.

Я стоял, чувствуя себя потерянным. Потом на лице у меня появилась печальная улыбка. Усевшись на скамейку, я оглядел Женский Сад. Летние ароматы наполняли воздух, и все же запах волос моей дочери оставался со мной. Я смотрел вдаль, поверх ветвей сирени и размышлял. Да, мне потребуется много времени, чтобы по-настоящему узнать собственную дочь. Быть может, я так и не смогу признаться ей, что я ее отец. Теперь это уже не казалось мне таким важным, как прежде. Более того, я понял, что должен войти в их жизнь, не причинив боли. И не имею права вносить в их семью разлад. Будет трудно. Но у меня обязательно получится. Пусть и не сразу.

Должно быть, я заснул, сидя на скамейке. Когда я проснулся, солнце стояло уже высоко. Мне не сразу удалось сообразить, где я нахожусь, но ощущение счастья, непривычное для меня, было удивительно сильным. Я еще долго смотрел в голубое небо сквозь густую листву. Потом я почувствовал, что от сна на каменной скамье у меня затекла спина. И почти сразу же я вспомнил, что обещал Шуту принести сегодня еду и вино. Впрочем, у меня еще есть время, сказал я себе. Я встал и потянулся, чтобы размять тело.