Странствия убийцы - Хобб Робин - Страница 168

Внезапно на меня нахлынула волна Скилла. У нее не было никакого физического проявления, однако удар швырнул меня на землю. Она оглушила меня, лишила сил, оставив беспомощным и открытым любому, кто хотел бы завладеть мною. Я лежал, еле дыша. Может быть, именно это спасло меня, потому что в это мгновение я не чувствовал в себе никакого следа Скилла. Но я слышал остальных. В их Скилле не было смысла, только благоговейный страх. Потом они заглохли вдали, как будто сама река Скилла унесла их. Я едва не начал искать их, пораженный тем, что почувствовал. По-видимому, они были растерзаны в клочья, разбиты на куски. Их затихающее изумление коснулось меня. Я закрыл глаза.

Потом я услышал голос Кеттл, неистово призывающий меня.

Ночной Волк!

Я уже иду. Догоняй! — мрачно сказал мне волк. Так я и поступил.

Я был грязен и исцарапан, одна штанина разорвалась на колене, когда я достиг шатра. Кеттл стояла снаружи и ждала меня. Горел костер. При виде ее я немного успокоился. Я боялся, что на них напали.

— Что случилось? — спросил я и бросился к ней.

— Шут, — сказала она и добавила: — Мы услышали крик и выбежали из палатки. Потом зарычал волк. Мы пошли на звук и увидели шута. — Она покачала головой. — Я не знаю, что с ним.

Я начал проталкиваться мимо нее в палатку, но она схватила меня за руку, оказавшись на удивление сильной для старой женщины. Она заставила меня посмотреть ей в глаза.

— На тебя напали? — спросила она.

— В некотором роде. — Я вкратце рассказал ей, что с нами произошло. Ее глаза расширились, когда я упомянул о волне Скилла. Потом она кивнула сама себе, мрачно, как бы утвердившись в своих подозрениях.

— Они искали тебя, а схватили его. Он не имеет ни малейшего представления о том, как защищаться. Насколько я понимаю, они все еще держат его.

— Что? Как? — спросил я, ничего не соображая.

— Там, на площади, пусть ненадолго, вы двое были соединены Скиллом, твоей силой и силой камня. Это оставляет… что-то вроде тропы. Чем чаще двое соединяются таким образом, тем сильнее становится эта связь. Часто это напоминает связь в группе. Другие владеющие Скиллом могут видеть такие связи, если ищут их. Это как черный ход, неохраняемый путь к сознанию наделенного Скиллом. Как бы то ни было, на этот раз они нашли шута вместо тебя.

Выражение моего лица заставило ее отпустить мою руку. Я бросился в палатку. В жаровне горел слабый огонь. Кетриккен стояла на коленях около шута и что-то говорила ему низким серьезным голосом. Старлинг неподвижно сидела на своей постели, глядя на него, а волк беспокойно сновал по палатке. Шерсть у него на загривке вздыбилась.

Я быстро подошел и опустился на колени около шута. При первом взгляде на него я отшатнулся. Я думал, что он будет лежать расслабленный, без сознания. Но шут был напряжен, глаза его были открыты, зрачки двигались, как будто он был свидетелем какой-то страшной борьбы, которой мы не видели. Я коснулся его руки. Мышцы были напряжены, кожа холодная, как у трупа.

— Шут, — позвал я его. Он не ответил. — Шут! — закричал я громче и склонился над ним. Я потряс его, сперва мягко, потом сильнее. Никакого эффекта.

— Прикоснись к нему и позови его Скиллом, — грубовато приказала Кеттл. — Но будь осторожен. Если они все еще держат его, ты рискуешь быть схваченным.

Мне стыдно сказать, но на мгновение я похолодел. Как ни сильно я любил шута, еще сильнее был мой страх перед Уиллом. Спустя секунду — и вечность — я потянулся, чтобы приложить ладонь к его лбу.

— Не бойся, — сказала Кеттл и добавила то, что чуть не парализовало меня: — Если они все еще держат его, они очень скоро используют связь между вами, чтобы схватить и тебя. Это только вопрос времени. И твоя единственная возможность — сразиться с ними из его сознания. Давай.

Она положила руку мне на плечо, и на одно безумное мгновение мне показалось, что на моем плече рука Шрюда, тянущего энергию Скилла. Потом она успокаивающе похлопала меня. Я закрыл глаза, ощутив под пальцами лоб шута, и опустил стены Скилла.

Река Скилла текла, полная, как во время разлива, и я упал в нее. Мгновение понадобилось мне, чтобы сориентироваться. Ужас пронзил меня, когда я почувствовал Уилла и Барла на самом краю моего восприятия. Они почему-то были в страшном возбуждении. Я отшатнулся от них, как будто дотронулся до горячей плиты, и сузил зону поиска. Шут, шут, только шут. Я искал и почти нашел его. Он проходил через что-то чрезвычайно странное. Он метался и убегал от меня, как блестящий золотой карп в янтарном пруду, как мошки, танцующие перед глазами после прямого взгляда на солнце. Я мог бы пытаться схватить отражение луны в неподвижной полуночной воде с тем же успехом, с каким я ловил это сверкающее сознание. Я узнал его силу и красоту в скоротечной вспышке внутреннего взгляда. В одно мгновение я понял и восхитился тем, чем он был, а в следующее забыл об этом понимании.

Потом, с проницательностью, достойной игры Кеттл, я понял, что делать. Вместо того чтобы пытаться схватить, я окружил его. Я не делал попыток вторгнуться в него или захватить, а просто окружил все, что я видел, и держал это под своей защитой. Это напоминало мне о том времени, когда я только учился Скиллу. Часто Верити делал это для меня, помогая остаться единым в течении Скилла, угрожающем разнести меня по всему миру. Я удержал шута, и он снова собрался в единое целое.

Внезапно я ощутил прохладное прикосновение к запястью.

— Перестань, — взмолился шут тихо. — Пожалуйста, — добавил он, и меня потрясло, что ему понадобилось это слово.

Я прекратил свои поиски и открыл глаза. Я моргнул несколько раз и удивился, обнаружив, что весь дрожу и покрылся холодным потом. Было невозможно для шута выглядеть бледнее, чем обычно, но в его лице была какая-то неуверенность, как будто он не знал, что бодрствует. Я встретил его взгляд и почувствовал в нем вспышку понимания. Связь Скилла тонкая, как нить, но она здесь. Если бы мои нервы не были так напряжены во время поисков, я, вероятно, совсем бы не почувствовал этого.

— Мне это не понравилось, — сказал он тихо.

— Прости, — мягко ответил я. — Я думал, что они держат тебя, и стал тебя искать.

Он слабо махнул рукой.

— О, не ты. Я говорил о других. — Он сглотнул, как будто его тошнило. — Они были внутри меня. В моих воспоминаниях. Они разбивали и пачкали, как гадкие избалованные дети. Они… — Его глаза остекленели.

— Это был Барл?

— Да. Это его имя, хотя он сейчас сам едва его помнит. Уилл и Регал использовали его для своей собственной надобности. Они проникли в меня через него, думая, что нашли тебя… — Голос его затих, — Или так мне показалось? Откуда я могу знать такие вещи?

— Скилл дает странную проницательность. Они не могут овладеть твоим сознанием, не показав значительную часть своего, — неохотно сообщила ему Кеттл. Она сняла с жаровни маленький котелок с кипящей водой и сказала мне: — Дай мне твоей эльфовой коры.

Я немедленно потянулся к своей сумке, чтобы покопаться в ней, но не смог удержаться от того, чтобы не спросить ее:

— Мне кажется, вы говорили, что это вредно.

— Вредно, — отрезала она, — для владеющих Скиллом. А его она может защитить. Они попробуют сделать это еще раз, не сомневаюсь. Если они смогут проникнуть в него хотя бы на мгновение, они попытаются найти тебя. Это старый фокус.

— Я о таком никогда не слышал, — заметил я, протягивая ей мешочек с корой. Она вытрясла немного в чашку и долила кипящей воды. Потом спокойно положила мой мешочек в свою сумку. Рассеянность тут явно была ни при чем, и я решил, что бесполезно просить вернуть его мне.

— Откуда вы столько знаете о Скилле? — подчеркнуто вежливо спросил ее шут. Он потихоньку приходил в себя.

— Возможно, я слушала, что говорят другие, вместо того чтобы все время задавать дурацкие вопросы, — огрызнулась она. — А теперь ты это выпьешь, — добавила она, закрывая тему Скилла. Не будь я так встревожен, было бы смешно видеть, как шуту заткнули рот.