Странствия убийцы - Хобб Робин - Страница 131

Он убежал, но неохотно. Я пошел за шутом в лес, но оказался не способен ни на что, кроме того, чтобы брать у него хворост, который он собирал и протягивал мне. Я чувствовал себя не до конца проснувшимся.

— Тебе когда-нибудь случалось заниматься чем-нибудь потрясающе интересным, а потом внезапно поднять глаза и обнаружить, что прошли часы с тех пор, как ты сел за работу? Вот так я себя и чувствую.

Шут протянул мне очередную ветку.

— Ты меня пугаешь, — тихо сообщил он. — Ты говоришь совсем как король Шрюд в те дни, когда он слабел.

— Но ведь его одурманили, чтобы снять боль, — объяснил я. — А у меня ее нет.

— Это-то и страшно, — сказал он.

Мы вместе вернулись в лагерь. Мы делали все так медленно, что Кеттл и Старлинг сами собрали немного хвороста и уже разожгли небольшой костер. Он бросал свет на куполообразный шатер и людей, двигающихся вокруг него. Джеппы сбились в кучу и паслись. Пока мы складывали дрова у костра, чтобы их можно было использовать позже, Кеттл оторвалась от стряпни.

— Как ты себя чувствуешь? — спросила она.

— Как будто получше, — ответил я.

Я огляделся в поисках чего-нибудь, что надо было сделать, но лагерь разбили без меня. Кетриккен была в палатке и при свече изучала карту. Кеттл помешивала кашу, а шут и Старлинг тихо беседовали друг с другом. Я стоял неподвижно, пытаясь вспомнить что-то, что я собирался сделать, но так и не доделал. Дорога. Я хотел еще раз взглянуть на дорогу. Я повернулся и пошел к ней.

— Фитц Чивэл!

Я обернулся, пораженный резкостью голоса Кеттл.

— Что такое?

— Куда ты идешь? — спросила она, потом помолчала, как бы удивленная собственным вопросом. — Я хотела сказать, где Ночной Волк? Что-то я его не вижу.

— Он пошел охотиться. Скоро придет. — Я снова пошел к дороге.

— Обычно к этому времени он уже убивает свою добычу и возвращается, — продолжала она.

Я остановился.

— Он сказал, что вблизи этой дороги добычи никакой нет, так что ему придется отойти подальше. — Я повернулся.

— Вот что, тут есть что-то странное, — настаивала она. — На дороге нет человеческих следов. И все же животные избегают ее. Разве дичь не выбирает более простые пути?

— Некоторые животные. Другие предпочитают прятаться, — крикнул я, отходя все дальше.

— Иди и придержи его, девушка, — резко приказала кому-то Кеттл.

— Фитц! — услышал я крик Старлинг, но в этот миг шут догнал меня и взял за руку.

— Пойдем в палатку, — уговаривал он и тянул мою руку.

— Я просто хотел взглянуть на дорогу.

— Сейчас темно. Ты ничего не увидишь. Подожди завтрашнего утра, когда мы снова пойдем по ней. А теперь давай вернемся в палатку.

Я пошел за ним, но сказал раздраженно:

—Если кто и ведет себя странно, то это ты, шут.

—Ты бы так не говорил, если бы видел свое лицо несколько минут назад.

В этот вечер мы ели то же, что и каждый день с тех пор, как вышли из Джампи. Густая овсянка с кусочками сушеных яблок, немного сушеного мяса и чай. Это было сытно, но не особенно вкусно и не могло отвлечь меня от того, с каким вниманием окружающие наблюдали за мной. В конце концов я отставил кружку с чаем и спросил:

— Что?

Сначала все молчали. Потом Кетриккен прямо сказала:

— Фитц, сегодня ночью ты дежурить не будешь. Я хочу, чтобы ты остался в палатке и поспал.

— Я в полном порядке, я могу дежурить, — начал я возражать, но королева приказала мне:

— Я сказала, что ты сегодня останешься в палатке.

Несколько мгновений я сражался со своим языком. Потом опустил голову.

— Как прикажете. Может быть, я действительно устал.

— Нет. Это нечто большее, Фитц Чивэл. Ты почти ничего не ел, и, если кто-нибудь из нас не вынуждает тебя говорить, ты ничего не делаешь и только смотришь в пространство. Что с тобой?

Я пытался найти ответ на прямой вопрос Кетриккен.

— Я не знаю. Точно не знаю. На самом деле это трудно объяснить.

Единственным звуком в палатке было тихое потрескивание огня. Все взгляды были устремлены на меня.

— Когда человека учат Скиллу, — продолжал я медленно, — его предостерегают, объясняя, что магия представляет опасность для него. Если человек использует Скилл, чтобы что-нибудь сделать, он должен сосредоточить все внимание на своей цели и не отвлекаться на притяжение Скилла. Если наделенный Скиллом перестанет быть сосредоточенным и отдастся Скиллу, он может полностью затеряться в нем. Раствориться.

Я оторвал взгляд от огня и оглядел их лица. Все были неподвижны. Кроме Кеттл, которая слегка кивала в такт моим словам.

— Сегодня, с того момента как мы вышли на дорогу, я стал чувствовать что-то похожее на притяжение Скилла. Вот уже несколько дней я, насколько это возможно, закрыл для себя Скилл, потому что боялся, что группа Регала каким-то образом пробьется в мое сознание и причинит мне вред. Но, несмотря на это, я испытывал сильное искушение Скилла. Как музыка, которую я почти что слышал, или очень слабый запах дичи. После этого я держался в напряжении, пытаясь решить, что зовет меня… — Я быстро взглянул на Кеттл и увидел в ее глазах голод. — Это потому, что дорога сделана Скиллом?

Вспышка гнева исказила ее лицо. Она опустила глаза на свои старые руки, сложенные на коленях. Она раздраженно вздохнула:

— Это возможно. В старых легендах, которые я слышала, говорится, что, если вещь обработана Скиллом, она может быть опасной для некоторых людей. Не для обычных людей, а для тех, кто наделен Скиллом, но не обучен ему. Или для тех, кто был недостаточно хорошо обучен, чтобы знать, как соблюдать осторожность.

— Я никогда не слышал никаких легенд о вещах, обработанных Скиллом. — Я повернулся к шуту и Старлинг: — А вы?

Оба молча покачали головами.

— Мне кажется, — осторожно сказал я Кеттл, — что такой начитанный человек, как шут, должен был встречать где-нибудь упоминание о таких легендах. И конечно, хорошо подготовленный менестрель тоже должен был бы слышать о них. — Я открыто посмотрел на нее.

Она скрестила руки на груди.

— Я не виновата в том, что они чего-то не читали или не слышали, — сказала она натянуто. — Я просто рассказываю о том, что мне говорили давным-давно.

— Как давно? — надавил я. Сидевшая напротив меня Кетриккен нахмурилась, но не стала вмешиваться.

— Очень давно, — холодно ответила Кеттл. — В те дни, когда молодые люди уважали старость.

На лице шута появилась восхищенная улыбка. Кеттл, казалось, почувствовала, что выиграла сражение, потому что с грохотом поставила свою кружку в котелок из-под овсянки и протянула его мне.

— Твоя очередь мыть посуду, — сказала она сурово. Она встала и пошла от костра в палатку.

Когда я медленно собирал тарелки, чтобы протереть их чистым снегом, Кетриккен подошла и встала рядом со мной.

— Что ты подозреваешь? — спросила она прямо, как обычно. — Ты думаешь, она шпион, враг?

— Нет. Я не думаю, что она враг. Но мне кажется, она… Не просто старая женщина с религиозным интересом к шуту. Нечто большее.

— Но ты не знаешь, что именно?

— Нет. Не знаю. Я только заметил, что, похоже, она знает о Скилле гораздо больше, чем я подозревал. Но конечно, старый человек многому учится за свою жизнь. Возможно, все объясняется именно этим. — Я посмотрел вверх, на гнущиеся под ударами ветра верхушки деревьев. — Как вы думаете, ночью будет снег? — спросил я у Кетриккен.

— Наверняка. И хорошо, если он кончится к утру. Нам нужно собрать побольше хвороста и сложить его у палатки. Нет, тебе придется пойти и посидеть внутри. Если твое сознание опять начнет блуждать в такой темноте да еще снег пойдет, нам тебя никогда не найти.

Я начал протестовать, но она остановила меня вопросом:

— Мой Верити. Он лучше тебя владеет Скиллом?

— Да, моя леди.

— Думаешь, эта дорога зовет его так же, как тебя?

— Я уверена. Но он всегда был сильнее меня в Скилле и гораздо упрямее.

Она грустно улыбнулась.

— Да, он упрямый. — Внезапно она тяжело вздохнула. — Если бы мы были обыкновенными мужчиной и женщиной, живущими далеко от моря и от гор! Тогда для нас все было бы проще.