Миссия Шута - Хобб Робин - Страница 119

Они приближались. Теперь я видел глазами кошки и узнавал Полукровок, с которыми мы недавно сражались. Она, прихрамывая, вела их по нашему следу. Большой мужчина шел медленно, ведя на поводу своего могучего коня, сейчас они пробирались через темный лес. За ним медленно ехали верхом две женщины. Поцарапанный мужчина с раненой кошкой шел последним, ведя в поводу двух лошадей. Похоже, нам удалось убить или тяжело ранить одного из них.

Мы идем, любовь моя. Мы отправили птицу за помощью. Вскоре ты вновь будешь с нами, – обещала она. – Мы не можем рисковать. Поэтому, когда придет помощь, мы освободим тебя.

Вы убьете лорда Голдена и его слугу? – с тревогой спросил принц.

Да.

Я не хочу, чтобы вы убивали лорда Голдена.

Это необходимо. Мне жаль, но лорд Голден слишком далеко зашел на нашу территорию. Он видел лица наших соратников, знает наши тропы. Он должен умереть.

Но разве нельзя его отпустить? Лорд Голден сочувствует нашему делу. Покажем ему нашу силу, пусть он вернется к королеве и скажет, что не сумел найти…

Где твоя верность? Как ты мог так быстро ему поверить? Разве ты забыл, как много наших людей убито за времена правления Видящих? Или ты хочешь моей гибели? И гибели всего нашего народа?

Вопрос заставил Дьютифула сжаться, однако он ответил:

Мое сердце с тобой, моя любовь, с тобой, – заверил он женщину.

Хорошо. Верь лишь мне и не мешай выполнить мой долг. Тебе не нужно ни о чем сожалеть. Эти люди сами во всем виноваты, ты ни при чем. Ты пытался уехать незаметно. А они выследили тебя и напали на нас. Забудь о них.

Затем она окутала его любовью, заставившей мальчика забыть обо всем. Но сама женщина оставалась у края потока. И я понял: то была любовь кошки. Однако чувство оказалось таким сильным, что я едва и сам не утонул в нем. Одновременно я ощутил, что принц смирился с необходимостью нашей гибели. Ведь она старается только для того, чтобы они могли быть вместе. Неужели есть цена, которую он не готов за это заплатить?

Она мертва.

Мысль Ночного Волка была подобна голосу, который смутно слышен сквозь сон. На миг я решил, что она принадлежит моему видению. Потом до меня дошел смысл его слов.

Конечно. Она мертва. Она вошла в тело кошки.

И в этот миг, когда я так глупо заговорил с моим волком, она ощутила мое присутствие.

Что такое?

Ее страх и ярость было невозможно описать. Ей еще никогда не приходилось переживать ничего подобного. Она впервые столкнулась со Скиллом и испытала такое сильное потрясение, что не сумела скрыть своей сущности.

Я разорвал контакт до того, как она успела что-либо понять, – одновременно она усилила контроль над принцем. Мне вспомнилось, как большая кошка хватает мышь и укусом парализует ее. Я успел ощутить мгновение захвата и предвкушения. И мне показалось, что и принц успел кое-что понять. Он для нее лишь игрушка. Игрушка и инструмент. Она его не любит.

В отличие от кошки, – заметил Ночной Волк.

И тут я вынырнул из потока Скилла.

Похожие ощущение были у меня после прыжка с дерева. Брошенный обратно в свою плоть, я задыхался. Рядом неподвижно лежал принц, но Ночной Волк все это время находился рядом, его большая голова покоилась на моих коленях.

Ты в порядке, маленький брат? Она не причинила тебе зла?

Я попытался ответить, но лишь наклонился вперед и застонал – на меня обрушилась головная боль Скилла. Я в буквальном смысле ослеп, меня окружала черная ночь, расколотая ослепительными вспышками. Я заморгал, потер костяшками пальцев глаза, пытаясь прогнать свет. Однако он лишь распался на радужные блики, к горлу подкатила тошнота. Я опустил плечи и сжался, пытаясь бороться с болью.

Через мгновение я ощутил прикосновение влажной ткани к затылку. Сзади стоял Шут. К счастью, он молчал. Я сглотнул, сделал несколько судорожных вздохов и заговорил, не отрывая рук от лица.

– Они приближаются. Полукровки, с которыми мы сегодня сражались, и другие. Они знают о нас от принца. Он – словно огонь маяка. Мы не сможем спрятаться, и их слишком много, чтобы имело смысл сражаться. У нас есть только один шанс – бежать, ждать до восхода луны нельзя. Ночной Волк нас поведет.

– Разбудить принца? – Шут говорил тихо, словно догадывался о моей боли.

– Даже не пытайся. Он сейчас очень далеко, и я не думаю, что в ближайшее время она его отпустит. Нам придется везти его как есть. Оседлай лошадей, ладно?

– Хорошо. Фитц, ты сможешь ехать верхом в таком состоянии?

Я разлепил веки. Перед глазами по-прежнему плавали цветные блики света, но теперь я уже мог различать темный луг.

– Я сяду в седло, а волк побежит вперед. Тебе придется сражаться. У нас нет выбора. Ночной Волк, ты меня понял? Найди для нас тропу и постарайся уйти как можно дальше. Я не знаю, с какой стороны приближается враг. Проведи разведку.

Ты хочешь отослать меня, чтобы я не пострадал, – с укором сказал он.

Если бы я мог, то так бы и сделал, брат мой. На самом деле я посылаю тебя навстречу опасности. Разведай наш путь. Иди.

Он неохотно поднялся на ноги и потянулся. Встряхнувшись, Ночной Волк устремился вперед. Он двигался не прыжками, а уверенной рысью. Почти сразу же я потерял его из виду, серый волк слился с серым лугом. И я пожелал ему удачи, но тихо-тихо, чтобы он не узнал, как сильно я о нем тревожусь.

Я встал, двигаясь осторожно, словно моя голова превратилась в наполненную до самых краев чашу. Конечно, я не верил, что мой мозг прольется на землю, если я буду неосторожен, но избавиться от опасений мне не удавалось. Взяв влажный платок Шута, я приложил его ко лбу и глазам. Через несколько мгновений я взглянул на принца – он так и не шелохнулся. Я услышал, как сзади подошел Шут, ведя в поводу лошадей, и повернулся, чтобы взглянуть на него.

– Ты можешь мне объяснить, что произошло? – тихо спросил Шут, и я сообразил как мало он знает.

Поразительно, но он беспрекословно выполнял все мои указания. Я набрал в грудь побольше воздуха.

– Он одновременно использовал Скилл и Уит. Однако принц не прошел обучения, поэтому мальчик очень уязвим. И слишком молод, чтобы это понимать. Сейчас его сознание полностью подчинено кошке. Более того, он стал кошкой.

– Но он вернется в свое тело, когда проснется?

Я пожал плечами.

– Не знаю. Нам остается только надеяться. Шут, это еще не все. В сознании кошки находится еще один человек. Я, точнее, мы с Ночным Волком подозреваем, что она является прежней хозяйкой кошки.

– Прежней? Я думал, что Уит связывает человека и животное до смерти одного из них.

– Так и есть. Сейчас она мертва. Но ее сознание вошло в кошку, женщина живет в теле кошки.

– Но я думал, что принц…

– Да. Принц тоже там. Вероятно, он не понимает, что женщины, в которую он влюблен, более не существует в телесном обличье. И он не знает, какой властью над ним она обладает. И над кошкой.

– Что мы можем сделать?

Боль пульсировала в голове, тошнота не проходила. И мои слова прозвучали слишком резко.

– Насильственно отделим мальчика от кошки. Убьем кошку и будем надеяться, что мальчик выживет.

– О Фитц! – На лице Шута отразился ужас.

У меня не оставалось времени на слова утешения.

– Оседлай только двух лошадей, Малту и мою Вороную. Я посажу мальчика перед собой. И мы поедем.

Я молча ждал, пока Шут закончит возиться с лошадьми. Я не стал паковать вещи – убегать лучше налегке. Присев на землю, я попытался уговорить свою голову успокоиться. Задача не из легких, поскольку Скилл все еще связывал меня с мальчиком. Однако я ощущал скорее отсутствие Дьютифула. А в его пустом сознании царил Уит. То ли женщина пыталась окончательно овладеть его телом, то ли хотела побольше узнать обо мне. Я не собирался предоставлять ей дополнительные шансы – она и так многое успела почерпнуть из моего сознания во время нашего краткого контакта.