Дорога шамана - Хобб Робин - Страница 78

– Проснись, Невар. Тебе приснился плохой сон! – снова и снова повторял он.

Я открыл глаза, сел и, сообразив, что нахожусь в темной казарме, вновь с облегчением откинулся на смятые простыни.

– Сон… Слава доброму богу, это был всего лишь сон! Сон…

– Давайте спать, – жалобно взмолился Нейтред. – До побудки еще пара часов. Я хочу спать.

Через несколько минут в спальне снова воцарилась тишина, если не считать тяжелого дыхания моих товарищей. Сон считался у нас одной из главных ценностей, потому что его всегда не хватало. Но в ту ночь мне так больше и не удалось отдохнуть. Я смотрел в темный угол спальни и без конца повторял себе, что это был всего лишь сон. Я сжимал руки в кулаки, чтобы прогнать легкое ощущение живого прикосновения, оставшееся на ладони в том месте, где проросли цветы. Но страшнее всего болело сердце. Я и раньше опасался, что не обладаю даром вести за собой других людей, таким естественным у Спинка и Триста, но никогда не сомневался в собственной храбрости. Однако в своем сне я выбрал союз с древесным стражем. Неужели я увидел то, что в действительности скрывается в глубине моей души? Неужели я самый обычный трус? И могу ли я стать предателем? Я был не в состоянии придумать никакой другой причины, заставившей бы меня забыть о верности королю и семье.

Следующий день стал для меня настоящей пыткой. Я ходил со слипающимися глазами и умудрился заработать штрафы по варнийскому и математике. Когда мы вернулись в казарму после утренних занятий, я чувствовал себя до крайности измученным и при этом ужасно голодным, но никак не мог решить, чего хочу больше – отправиться в столовую или немного вздремнуть, пока не увидел на кровати письмо. Спинк и Нейтред, тоже получившие почту, уже вовсю читали благоухающие цветами послания. И только когда Корт ткнул меня в бок, я сообразил, что все еще стою и тупо смотрю на свой конверт.

– Разве ты не этого ждал? – спросил он с теплой и одновременно насмешливой улыбкой.

– Может, и этого, – осторожно ответил я.

Он с нетерпением смотрел на меня, и я взял конверт в руки. Адрес на нем был написан аккуратным почерком моей сестры, но весил он больше, чем короткие записки, которые она обычно мне присылала. Корт не сводил с меня глаз, и я не мог его прогнать, ибо точно с таким же интересом смотрел на него, когда он вскрывал свои письма. В другой раз я бы, наверное, возмутился его навязчивостью, но сейчас неожиданно понял, что рад его обществу. Ночью мне приснился страшный сон, а Корт, стоявший рядом, словно возвращал меня в реальный мир. В конверте вполне могло лежать письмо от Карсины, моей будущей невесты и матери моих детей. Я разорвал конверт и аккуратно вынул его содержимое.

В написанное с соблюдением всех правил приличий письмо моей сестры было вложено другое – на тонкой, почти прозрачной бумаге. Я заставил себя сначала прочитать письмо Ярил. Сестренка сообщала, что действительно хотела бы получить от меня небольшой подарок, ведь по-настоящему красивые вещи можно купить только в Старом Таресе. Она очень надеялась, что у меня появится возможность попасть в город. Список оказался крайне необычным и занимал целых две страницы. Бисер определенного цвета, размера и количества. Кружевной тесьмы в дюйм шириной белого, бледно-голубого и цвета сурового полотна, причем не меньше трех ярдов каждого. Пуговицы в форме ягод, вишен, яблок, желудей или птиц, но только не кошек и не собак. По крайней мере по пятнадцать штук каждого вида. А если они будут двух размеров, еще по четыре штуки тех, что поменьше. Еще она хотела всевозможные карандаши для рисования и разной толщины перья. Ярил прекрасно знала, что я постараюсь достать для нее все перечисленное – если у меня получится, конечно.

Покачав головой, я сложил ее письмо и взял в руки послание от Карсины. Оно было запечатано каплей красного воска, и за неимением кольца моя возлюбленная приложила к нему мизинец. Я попытался сохранить печать, но ничего у меня не вышло, и она превратилась в мелкую красную крошку. Когда я развернул страницы, на мою кровать посыпались странного вида коричневые хлопья.

– Вы только посмотрите! Его девушка прислала ему нюхательный табак! – воскликнул Корт.

Не обращая внимания на удивленные взгляды товарищей, я начал пробираться сквозь строчки, написанные круглым почерком Карсины. Хлопья действительно напоминали табак, но я не мог представить себе, чтобы моя невеста решила прислать такой подарок.

Я одолел две страницы, исписанные ласковыми словечками, жалобами на одиночество и надеждами на встречу, когда наконец разгадал эту загадку. «Я пасылаю тибе несколько анютиных глазок из маево сада. Они самые бальшие и яркие из всех, что я вырастила. Я их окуратно высушила, чтобы ани сахранили свой цвет. Некатарые люди щитают, что у анютиных глазок есть маленькие личики. Если у этих есть, то каждый цветок падарит тибе нацелуй, патаму что я их пацелавала!»

– Она прислала мне высушенные цветы, – улыбнувшись, сообщил я Корту.

– О, букетик для верного рыцаря! – фыркнул он, но я почувствовал, что мой товарищ рад за меня, а потом мне подумалось: как здорово, когда есть человек, который знает о моей любви и так хорошо меня понимает.

Я разрезал конверт с другой стороны и аккуратно раскрыл его, чтобы достать подарок Карсины, но обнаружил лишь коричневую пыль. Она взлетела в воздух, а потом медленно осела на пол.

– Цветы, видимо, высохли по дороге, и вот что от них осталось, – проговорил я, печально глядя на письмо.

Корт удивленно приподнял одну бровь.

– А когда твоя девушка послала письмо? Оно что, сильно задержалось?

Я посмотрел на дату.

– Знаешь, оно пришло довольно быстро. Всего за десять дней.

Корт улыбнулся и покачал головой.

– Значит, твоя леди решила над тобой пошутить, Невар. Ничто не может превратиться в пыль за такой короткий срок, И теперь тебе придется решать, что делать дальше: поблагодарить ее за прекрасный букетик или спросить, с какой стати она прислала тебе горстку пыли.

К нашему разговору начали прислушиваться остальные, а вошедший в комнату Рори громко фыркнул и заявил:

– Я лично думаю, что она проверяет тебя на честность.

Я стряхнул коричневые хлопья с постели, но они прилипли к моей ладони, вызвав странный зуд. Мне пришлось приложить все силы, чтобы не воззриться на нее с изумлением, и даже удалось выдавить улыбку.

– Мы опоздаем в столовую, если еще немного тут задержимся.

– А если ты не подметешь с пола остатки твоих «цветочков», мы получим очередное взыскание во время обхода спален, – безжалостно сказал Спинк.

Я быстро подмел пол и вымыл руки, пока остальные ждали меня в учебной комнате. К ночи мне удалось убедить себя, что глупо думать, будто мой сон был вещим, да и вообще не стоит придавать произошедшему такое уж значение. Мне было неловко писать Карсине, что ее подарок по дороге превратился в пыль, но я дал себе слово всегда быть с ней честным. Прежде чем лечь спать, я несколько раз перечитал ее послание, стараясь запомнить каждую фразу, и даже потихоньку, чтобы никто не видел, поцеловал подпись в конце. Только после этого я уговорил себя спрятать письмо под подушку. Засыпая, я обещал себе увидеть во сне мою будущую невесту, но если мне что-нибудь и снилось, я ничего не помню.

ГЛАВА 12

БЕССОМ ГОРД

С начала учебного года минуло уже больше двух месяцев, и я решил, что моя жизнь наконец обрела вполне предсказуемый распорядок. «Посвящение» осталось позади, и мне удалось не попасть в первую волну отчислений. За потрясением от случившегося последовал период тяжелой депрессии, охватившей всех без разбора. Но постепенно она отступила, поскольку ни одна группа молодых людей не может пребывать в мрачном настроении слишком долго. Мне кажется, мы дружно решили забыть о том, что произошло, и отдать все силы учебе. Мои оценки по всем предметам были выше средних, и я стал первым учеником на уроках инженерного дела.

Всякий раз, когда Карсина навещала мою сестру, она умудрялась прислать мне теплое и ласковое письмо. Я наслаждался обществом своих друзей, и мои трудности ограничивались тем, что я продолжал иногда гулять по ночам, а также еще больше вырос и мне стали жать сапоги. Приближалась зима, и порой случались морозные дни, а потом вдруг пронзительно-голубое небо серело, и начинался ледяной дождь. Занятия у камина по вечерам стали казаться вполне приятным времяпрепровождением. На некоторое время в нашей жизни воцарились мир и покой.