Кот в мешке (Муж, который живет на крыше) - Александрова Наталья Николаевна - Страница 26

— Прошу вас! — Валентин предупредительно отодвинул стул для Лолы и принес меню.

— Смотри-ка, говорила я тебе, что карта вин очень хорошая! — обрадовалась Лола. — Ты как хочешь, а я закажу… Тебе, конечно, нельзя, ты за рулем… Ну, начнем с закусок.

Лола долго и придирчиво изучала меню и совершенно замучила официанта, к чести которого нужно сказать, что держался он весьма любезно и с завидной выдержкой. Но Леня, как знаток человеческой природы, сразу определил, что Валентин этот — калач тертый, и что с ним надо держать ухо востро.

— Просто не знаю, что и выбрать, — вздыхала Лола, — совершенно незнакома с их кухней.

— Возьмите фрикасе из лобстера и морских гребешков, — предложил официант.

— Как-то я лобстера не очень… — протянула Лола.

— Ну тогда могу предложить тигровые креветки опять же с морскими гребешками…

— Да что вы мне все гребешков подсовываете? — возмутилась Лола. — Эту морскую пищу я уже видеть не могу, две недели только эти «фрутте дель маре» и ела! К тому же креветки у вас наверняка несвежие…

— Как это несвежие? — обиделся официант.

— Как они могут быть свежими, если выловили их черт-те когда и привезли к нам в Питер замороженными? Вы еще скажите, что у вас устрицы свежие! — возмутилась Лола. — Устриц, к вашему сведению, нужно есть, когда они только что выловлены.

Официант счел за лучшее промолчать, хотя поглядел на Лолу весьма выразительно.

— Возьми авокадо с крабами и черной икрой, — предложил Маркиз, которому Лолины капризы тоже стали надоедать.

— Авокадо? — Лола так и подпрыгнула на стуле. — Ты предлагаешь мне взять авокадо?

— Да, а что такого? Ты же всегда говорила, что жить не можешь без авокадо!

— К твоему сведению, у меня на авокадо аллергия! — заявила Лола. — И не говори, что ты этого не знал!

— Первый раз слышу! — Маркиз пожал плечами. — Сколько же ты съела этих авокадо, что у тебя на них аллергия?

— Это неважно, — надулась Лола, — но про аллергию знает даже Пу И!

— Еще бы, ведь это он, а не я, таскается с тобой по курортам, ему ли не знать! — подколол Леня.

Официант напомнил о своем присутствии легким покашливанием.

В конце концов после долгих препирательств Лола выбрала салат со спаржей и другими овощами, а из горячего — цыпленка, фаршированного пряными травами.

— И бокал «Монбазильяка» — протянула она капризно.

Официант согласно кивнул и обратился к Лене, который не стал испытывать его терпения и заказал салат с осетриной и медальоны из телятины на соусе из белых грибов.

— Почему ты не спросил его про Крылову? — прошептала Лола, когда официант удалился.

— Есть причины, — сказал Леня. — Кроме того, ты сумела так его разозлить своими придирками, что он бы все равно не ответил.

— Да ничего я не придиралась! — возмутилась Лола. — Должна же я была выбрать…

Кухня оказалась отменной, даже Лола не стала критиковать ни одно блюдо. На десерт она заказала сыр и блаженствовала, откусывая то кусочек зеленого сыра, то половинку грецкого ореха, то, положив в рот виноградину, запивая все это глотком вина.

— Слушай, — не выдержал Леня, которому надоело созерцать ее счастливую физиономию, — мы все-таки по делу сюда пришли!

— Да? — удивилась Лола и приоткрыла глаза. — А я думала, что ты привел меня просто пообедать.

Вот интересно, ты все время ходишь куда-то то с Рудиком, то еще с кем-то для пользы дела, как ты выражаешься, а меня с собой никогда не берешь.

Я должна все свои молодые годы проводить у плиты, а ты мне даже не муж!

— Ну уж, это ты загнула! — возмутился Маркиз. — В то время, как некоторые наслаждаются на теплом море, я вынужден был две недели метаться между котом и попугаем и питаться полуфабрикатами!

— Ты устроил мне по приезде такой нервный стресс, — заметила Лола, — что вся польза от двухнедельного пребывания на курорте сошла на нет!

— Хватит! — отрезал Леня и махнул рукой официанту.

Леня оплатил счет, прибавил солидные чаевые и, когда официант уже протянул руку, вдруг положил поверх денег фотографию и спросил как бы невзначай:

— Да, кстати, третьего дня у вас ужинала эта дама?

Фотографию Маркиз с помощью компьютера отпечатал с пропуска Ирины Крыловой.

— Не помню, — официант отвел глаза, — а вам зачем?

— По делу, — Маркиз улыбнулся самой обаятельной из своих улыбок и положил поверх фотографии стодолларовую купюру.

— Так ужинала или нет?

— Ужинала, и не одна, — признался официант.

— Кто был мужчина? Муж?

Лицо официанта приняло задумчивое выражение. Он закатил глаза к потолку, как будто увидел там что-то очень интересное. Леня правильно понял заминку и положил на стол еще одну стодолларовую купюру.

— Она называла его Альбертом, — сообщил официант.

Лола тут же пнула своего компаньона ногой — мол, говорила же, что это муж ее отравил, а ты не верил!

— Как он выглядел? Такой невысокого роста, со сросшимися бровями? — невозмутимо спрашивал Маркиз.

— Нет, не тот. Тот подсел позже, когда Альберту кто-то позвонил и он вышел. Кто такой этот, с бровями, я не знаю. Они поговорили, у нее явно испортилось настроение, она была очень сердита, расплатилась карточкой и вышла.

Леня снова получил пинок — говорила же, что этот, с бровями, совершенно ни при чем!

Маркиз поморщился от боли и спросил:

— А Альберт? Куда он делся? И как он выглядит?

Официант пожал плечами, потом глаза его блеснули, он хотел что-то сказать, но промолчал.

— Что они ели? — вмешалась Лола. — Меню вы их помните?

Лицо официанта снова приняло мечтательное выражение, но, наткнувшись на твердый взгляд Лолы, он опомнился и быстро проговорил:

— Он — рыбное ассорти, она — салат «Цезарь», а на горячее у нее было филе пулярки под соусом «стриплон», а у него — оленина с ежевикой и соусом из можжевеловых ягод.

— Напитки? — коротко, по-деловому допрашивала Лола.

— Она пила белое бордо, а он — австралийское, «Капитан Кидд», — отрапортовал официант, как видно с профессиональной памятью на блюда у него все было в порядке.

— Что за экзотика — «Капитан Кидд»? — удивилась Лола.

— Еще кофе и к нему ликер «Драмбуйе», — добавил официант, за что получил признательную улыбку от Лолы.

— Нам пора, — Леня схватил Лолу под руку и повел к выходу.

— Куда ты так несешься, мне еще лицо подправить… — шипела Лола.

— В машине подправишь, — ответил Леня, ловко набрасывая на нее шубку.

— Должен тебе заметить, дорогая, что ты бываешь иногда очень утомительна, — сказал он. — Ну зачем тебе понадобилось так долго капризничать?

— Если ты так торопишься, то расспросил бы его сразу.

— Нельзя, нужно было сделать так, чтобы официант ничего не заподозрил до самого конца. Потому что если эту Крылову ищут, как ты думаешь, куда они первым делом пришли? Сюда, в ресторан.

Официант им рассказал все, что нам, и возможно его этак ненавязчиво попросили, что, мол, если произойдет что-нибудь интересное, то чтобы он сообщил по такому вот адресу. А тут мы пришли и тоже расспрашиваем. Вот он возьмет и сдаст нас бандитам. А так, может, не успеет им сообщить.

— Слушай, а как же муж не побоялся? Ведь на него же подумают, раз он с ней был?

— В том-то и дело, что он ушел раньше. А дальше с ней был уже тот, бровастый. А потом я ее увез.

Ведь никто же не знает, что ее отравили. Ушла она из ресторана своими ногами, жива-здорова. А потом пропала и все, так при чем тут муж?

— Ужас какой… — вздохнула Лола, — так живешь с человеком восемь лет, все хорошо, а он потом тебя…

— Очень меня этот муж интересует, — говорил Леня, внимательно глядя на дорогу, — нужно бы с ним поближе познакомиться. Как думаешь, куда он ей мог яд подсыпать?

— Ну, не в пулярку же! — фыркнула Лола. — И в белое бордо тоже никак, слишком заметно.

Думаю, в ликер он сыпанул, этот самый «Драмбуйе». Тем более с кофе они его пили…

— Остановимся на этот варианте. А сейчас сделаем вот что…