Кот в мешке (Муж, который живет на крыше) - Александрова Наталья Николаевна - Страница 15

Чувствуется ощущение времени, прямо-таки пахнет каменным веком… Хотя как-то мрачновато и неуютно…

К столику, за которым расположились Маркиз и Рудик, подошла официантка, наряженная в весьма кокетливое бикини из небольших кусков медвежьей шкуры. Мило улыбаясь, девушка положила перед ними меню, написанное от руки на неровно вырезанном куске кожи.

— Хорошо, что не каменное, — заметил Рудик, и начал читать:

— Крылышки птеродактиля под папоротниковым соусом…

— Приготовлены из фазанов, соус действительно из молодого папоротника, — пояснила официантка.

— Печень бронтозавра по-мезозойски, — продолжал читать Рудик.

— Это фуа-гра, — уточнила девушка.

— Молодой диплодок по-юрски…

— Карпаччо из телятины, — последовал перевод.

— Ихтиозавр, поджаренный на углях…

— Свежая форель.

— Окорок тираннозавра…

— Филе миньон.

Рудик остановился на молодом диплодоке и печени бронтозавра, Маркиз выбрал ихтиозавра и крылышки птеродактиля.

Официантка удалилась, Рудик откинулся на спинку стула и взглянул Лене в глаза:

— Ну, и что тебя интересует на этот раз?

— Фирма «Нординвест», — быстро проговорил Маркиз, — финансовая компания «Нординвест» и ее директор Ирина Крылова.

Рудик присвистнул и перевел взгляд на круглую площадку для танцев, которую в это время ярко осветили несколькими дополнительными факелами. По краям площадки появились двое облаченных в шкуры «первобытных людей» с небольшими круглыми барабанами.

«Неандертальцы» начали отбивать на своих инструментах монотонный ритм. Из-за кулис появилась девушка в таком же наряде из шкур. Гибко извиваясь под звуки барабанов, она начала сбрасывать свои косматые одеяния.

— Первобытный стриптиз, — насмешливо проговорил Рудик, — ничего более нового придумать не удалось…

— Ну так что насчет «Нординвеста»? — напомнил ему Маркиз.

— Умеешь же ты испортить человеку аппетит! — тяжело вздохнул Рудик. — Нет чтобы спросить о чем-нибудь более безопасном! Например, о борьбе тамбовцев с казанцами или о списке киллеров спецотдела ФСБ! Так всегда ты норовишь сунуть руку в бассейн с пираньями! Надо же — «Нординвест»! Ты просто не представляешь, насколько это опасно!

— Я не совал руку в бассейн с пираньями, — печально проговорил Леня, — я просто спокойно шел мимо, поскользнулся на банановой кожуре и свалился в этот проклятый бассейн. И теперь все пираньи полным ходом сплываются ко мне, щелкая челюстями, и раздумывают, как меня сожрать — под папоротниковым соусом или прямо так, живьем и в одежде.

— Вот даже как! — В голосе Рудика послышалось сочувствие. — На банановой кожуре, говоришь? Вообще-то под ноги смотреть нужно! Ну ладно, так уж и быть, слушай. Фирма «Нординвест» образована всего два года назад, но она сразу заняла очень заметную нишу на инвестиционном рынке города. То есть, попросту говоря, бабки у них крутятся немереные. Знающие люди уверены, что за этой компанией стоит одна из крупнейших криминальных группировок, которая через «Нординвест» отмывает и легализует свои доходы от торговли наркотиками и кое-чем еще покруче…

— Что может быть круче наркотиков? — удивился Маркиз.

— Да до фига! — отмахнулся Рудик. — Оружие, например, или «живой товар».., но не в этом дело.

— А в чем же тогда?

— Как всегда, дело в столкновении интересов…

В это время к столику подошла официантка с подносом, и Рудик замолчал.

— Диплодок.., бронтозавр… — старательно произносила девушка, расставляя тарелки, — а вам — ихтиозавр и птеродактиль…

— А вы уверены, девушка, что мясо не жесткое? — осведомился Рудик, с деланным испугом уставившись на тарелки.

— Что вы, у нас очень хороший повар!

— Но все-таки за сто миллионов лет, прошедшие с юрского периода, оно вполне могло зачерстветь!

Официантка растерянно захлопала глазами. Наконец до нее дошло, что клиент шутит, она хихикнула и удалилась. Выждав еще полминуты, Рудик понизил голос и продолжил:

— Так вот, дело в столкновении финансовых интересов. «Нординвест» активно вкладывался в строительство, этот рынок достаточно стабилен и приносит хорошие доходы, а для отмывания криминальных денег просто идеален: значительная часть платежей проводится «по-черному»…

— Нельзя ли поближе к делу, — вклинился Маркиз — мне нужен не экономический анализ, мне бы понять, как живым из этой переделки выкарабкаться!

— Ты слушай, — обиженно проговорил Рудик, — информация пока еще никому не вредила!

Но ближе, так ближе. Примерно месяц назад принято постановление о продаже контрольного пакета акций Охтинского металлургического комбината. Комбинат производит около тридцати процентов высоколегированных сталей в стране, сам понимаешь, какие это деньги. Народ переполошился, всем хотелось погреть руки возле этого большого огня. Но тут масштабы уже немыслимые, подступиться к торгам могли только «титаны рестлинга», олигархи первого ряда. И вдруг на сцене появляется «Нординвест». Надо сказать, все аналитики были очень удивлены. Компания, конечно, крупная, но не настолько, чтобы прибрать к рукам треть отечественной металлургии! Здесь и куда более заметные финансово-промышленные структуры отступились! Стало ясно, что за «Нординвестом» скрывается кто-то еще, кто-то до крайности серьезный, стремящийся скрыть факт своего участия… А это пахнет переделом сфер влияния на самом высоком уровне…

Рудик замолчал, отрезал кусочек мяса, пожевал и недовольно произнес:

— Этого я и боялся…

— Чего? — удивленно спросил Маркиз. — Передела сфер влияния?

— Да нет, — Рудик поморщился, — мясо жестковато.

— Чего же ты хотел — бронтозавр есть бронтозавр!

— Не бронтозавр, а диплодок! — поправил его Рудик. — А впрочем, один черт. Так вот, когда твой «Нординвест» влез в такую крупную игру, вокруг него начались самые настоящие первобытные танцы, с угрожающими выпадами и размахиваниями каменным топором, вроде этого. — Рудик указал на площадку для танцев, где «первобытная красотка» уже избавилась от всех своих одежд и теперь извивалась под ритмичные удары барабанов.

— А эта «мисс палеолит» очень даже ничего! — отметил Рудик и снова повернулся к Маркизу. — Так вот, эту фирму пытались прощупать, чтобы выяснить, кто за ней скрывается, но это никому не удалось…

Леня вспомнил историю с налетом самозванцев под видом налоговой полиции. Это хорошо вписывалось в рассказ Рудика.

— Короче, «Нординвест» пока остается темной лошадкой, задействованной в самой крупной и серьезной игре…

Леня вспомнил женщину, которая умерла у него в машине. Она выглядела достаточно обеспеченной особой, но не настолько, чтобы оказаться активной участницей миллиардной игры. Такие люди не ходят без охраны, не ссорятся на улице…

— А Крылова.., кто такая Ирина Крылова, директор «Нординвеста»? — спросил он Рудика, который разделался с «диплодоком» и придвинул к себе вторую тарелку.

— Да никто, — Рудик пожал плечами, — подставное лицо, марионетка, точнее даже — безделушка, какие раньше ставили на комод. Марионетки хотя бы двигают ручками и ножками, а твоя Крылова просто занимает директорский кабинет, чтобы он не пустовал, и уклончиво отвечает на вопросы журналистов. И, кстати, наверняка получает за это довольно большие деньги. Настоящих владельцев фирмы она, возможно, даже никогда не видела.

— Подставное лицо! — задумчиво протянул Маркиз, а про себя подумал: "За что же ее убили?

А ведь ее наверняка убили!"

На площадку для танцев тем временем вышел «пещерный медведь», то есть, конечно, человек, одетый в медвежью шкуру. Он поднялся на задние лапы и, громко рыча, двинулся на обнаженную красотку. Та, изображая испуг, прыгала перед ним, предоставляя посетителям ресторана возможность рассмотреть свою фигуру.

— С каменного века, собственно, ничего не изменилось, — изрек Рудик философскую сентенцию, — у кого самый большой топор — тому и Достаются самые сочные куски мяса и самые красивые женщины! Только сейчас роль каменного топора играют деньги…