Колодцы предков - Хмелевская Иоанна - Страница 45

Таким образом появился новый человек, которого предстояло поймать. Джон Капуста был неуловим, привратница в его доме утверждала, что его нет и вообще не было, пан Кароль оставался последним спасательным средством. Он должен был что-то знать! С упрямой надеждой Михал отправился на охоту.

Улица оказалась чертовски длинной, жёлтые дома стояли почти на каждом шагу, а именем Кароль пользовался без малого каждый второй представитель мужского пола. Несколько помогало описание, сразу отсеивающее все толстых, больших, полностью лысых и косых, дополнительной трудностью было то, что Михал не имел понятия, как узнать перекупщика. После дипломатических расспросов с него рекой тёк пот, а Тереза, в разных кафе ожидающая результатов, от одного его вида начинала все больше нервничать.

– А как вы его собственно ищете? – неуверенно спросила она, когда Михал решил минутку отдохнуть. – О чем вы спрашиваете?

– По-разному. В основном я хочу продать иконы. Я придумал самые редкие и очень дёшево, нет перекупщика, который бы на это не клюнул. Хорошо, что я не был в Советском Союзе уже восемь лет, а то бы меня начали подозревать…

Тереза глубоко задумалась:

– Попробуйте покупать, – посоветовала она. – У него как раз может не быть денег.

– На такие иконы он бы нашёл. Ну, ладно, попробую покупать…

Только поздним вечером промелькнула искра надежды. У портного с первого этажа, полностью выложившийся Михал узнал, что да, в этом доме живёт месье Шарль. Портной тоже живёт здесь и знает его уже много лет. Он описал внешность: лысеющий, мелкий брюнетик, худой, с большим носом. У него есть лакей.

– Что есть? – спросил удивлённый Михал.

– Лакей. Да, теперь это редкость, и тем не менее у него есть. Он может себе позволить. Живёт он во флигеле, в квартире четырнадцать.

Тереза опять осталась ждать в ближайшем кафе.

Наполнившись решительности, но немного сбитый с толку лакеем, Михал отправился на разведку. Двери под номером 14 открыло настоящее чудовище. Громадный мужик похожий на быка, могучий, с бандитской челюстью, в рубашке и полосатом камзоле. Несомненно это и был лакей. Без всякого сопротивления он подтвердил наличие пана Кароля и провёл гостя в дом.

Стоя посреди комнаты и осматриваясь, Михал с лёгким беспокойством отметил отсутствие каких-либо следов перекупческой деятельности владельца в области антиквариата. Обстановка была абсолютно современной, элегантной и даже шикарной. Это несколько утешало, поскольку предыдущие посещения не свидетельствовали о состоятельности владельцев. Здесь хоть было видно, что у хозяина водятся деньги, Михал начал сомневаться, с чем к нему обратиться с куплей или с продажей. Прежде чем он принял решение, появился пан Кароль.

– Я вас слушаю, – вежливо сказал он. – Чем могу служить? Сразу предупреждаю, у меня много работы и я даю большие сроки, особенно если это касается рыбы.

От этой рыбы Михал первоначально одурел:

– Нет, не рыбу… Я хотел… То есть, я надеялся…

– Я надеюсь, это свежее?

– Не знаю… Что свежее?..

– Ваш объект. Что у вас? Животное? Птица?

– Нет у меня никакой птицы, – сказал Михал которому пришло в голову, что пан Кароль пользуется каким-то кодом. – Меня прислал Джон Капуста.

– Пан Джон Капуста? – задумался пан Кароль. – Не припомню. А что он у меня набивал?

Начиная с этого момента, несколько минут, они разговаривали, как гусь с поросёнком. Пан Кароль с непробиваемой вежливостью упорно придерживался фауны, а Михал прицепился к Джону Капусте. Он описал его внешний вид, настаивая на том, что Джон Капуста приносил сюда разные вещи, которые он хотел бы получить. Цена безразлична. В конце-концов пан Кароль вспомнил такого клиента:

– Ах, да, – радостно произнёс он. – Уже знаю. У него был индюк. Прекрасный экземпляр. Но он его уже забрал.

Михал молчал, потеряв возможность пользоваться голосом. Пан Кароль задумчиво присматривался к нему и интенсивно размышлял.

– Вы хотите у меня что-нибудь купить? – вскоре спросил он. – У вас нет своего объекта и вы хотите купить что-нибудь готовое?

Внезапный проблеск надежды вернул Михалу отбитые индюком способности. Он моментально согласился и зацепился за желание что-нибудь купить, причём хотел покупать только вещи оставшиеся от пана Капусты. Пан Кароль, присматриваясь к нему, все чаще задумывался. Михал уже понял, что владелец квартиры имеет что-то общее с набивкой различных созданий, но душа его ощущала здесь второе дно. Всей глубиной своего естества он чувствовал, что напал на след, и решил оставаться у пана Кароля до тех пор, пока с ним не договорится. Пусть даже неделю, а Тереза в кафе может делать что хочет!

– По-моему вы хотите купить какие-то декоративные предметы, какие-то произведения искусства, – с вежливым пониманием произнёс пан Кароль. – Почему бы вам не пойти прямо в соответствующий магазин?

– Но у вас же лучше, – ни секунды не раздумывая ответил Михал.

Пан Кароль вздохнул:

– Я покупатель, – печально сообщил он. – И одновременно таксидермист, но вижу, что это вас не интересует. Конечно, у меня есть разные вещи, как и у каждого, кто любит окружать себя красивыми предметами. Если вы так хотите купить что-то именно у меня, может я и продам за соответствующую цену. Без существенной причины, поймите меня, я не отдаю то, что доставал для себя.

Михал ощутил себя на правильном пути. Он пожелал посмотреть эти красивые предметы, и пан Кароль, ещё раз вздохнув, повёл его в другую комнату. Михал поспешно составил смутный и хаотичный план – держаться за Джона Капусту, с надеждой, что пан Кароль в конце-концов проговорится, но из этого плана ничего не получилось. От вида, открывшегося в следующем помещении, у Михала окончательно отнялись речь и разум. Стенные полки, стеллажи, столы и пол заполняли существа несомненно похожие на животных, но раскрашенные так, что спирало дыхание. Ядовито-зелёный медведь соседствовал с фиолетово-золотистым тапиром, через пол комнаты растянулся ультрамариновый питон, угол занимало целое стадо ехидн, большей частью радужно-крапчатых. Назойливость колористики подкреплялась поразительным количеством райских птиц. Увидев ошеломление на лице гостя, пан Кароль вежливо сообщил, что его клиенты трактуют свои трофеи как колористические декорации, а ему все равно – он красит так, как им хочется. Отсюда и пёстрые ехидны, голубые змеи и все остальное. Колористические запросы клиентов удовлетворяют только райские птицы, цвета которых обогащать не требуется.

Он погладил хохолок лимонно-синего попугая и пригласил Михала в более личные помещения, обставленные слегка по-другому. При виде Мурильо на стене и Бенвенуто Челлини на камине Михал немного остыл, но все ещё был не в своей тарелке, тем более, что под потолком висела гигантская треска в оранжевый горошек. Эта треска и решила дело.

Отказавшись от планов, которые он не мог и вспомнить, Михал поддался отчаянию. Вместо того, чтобы продолжить дипломатические переговоры, что было бы естественно, он, в приступе отчаяния, выложил пану Каролю всю правду. Он подробно рассказал все перипетии поисков прабабкиного наследства, сделав основной упор на убийства возле колодцев и участие в них Джона Капусты. Он легкомысленно признался в незаинтересованности моральной стороной событий, объяснив, что готов чихать на преступления если получит потерянные вещи. Пускай Джон Капуста расскажет, что он с ними сделал, после чего никто его не тронет. Он вытащил и прочитал список богатств, представил случайно захваченную фотографию трупа на развалинах и закончил категорическим заявлением, что точно знает о торговых контактах пана Кароля с Джоном Капустой, которого как раз разыскивает полиция. Несмотря на то, что он старался держаться спиной к треске, он чувствовал головокружение, ему стало жарко, он уже и сам не знал, чего добивается своим выступлением. У него было смутное подозрение, что он говорит не то, что нужно, и поступает совсем не так, как следовало, но остановиться не мог. В конце-концов он замолчал и полным угрюмой решимости взглядом уставился на пана Кароля.