Утоли моя печали - Алексеев Сергей Трофимович - Страница 106

– У меня автобус сейчас уходит. Я проезжий. Видишь? С вещами стою.

– Вранье, не надо… Я узнал тебя. Знаешь, что я сделал с одним вашим? Есть одна точка на теле человека. Удар – и ты глухой, слепой и язык не работает. Короче, болван. Хочешь, и тебе сделаю?

– За что, Геля?

– За что?.. И ты еще спрашиваешь? Я живу, чтобы вашу породу уничтожить. Вывести под корень. Ты мертвая душа! Твоя настоящая фамилия – Губский!

– Кто? – изумился и отчего-то испугался Бурцев.

– Бывший Слухач! Капитан первого ранга Губский! Ты спихнул Скворчевского, сел на его место!

– Боже мой… Тогда я тебя знаю, слышал. Ты – Гелий Карогод. Бывший начальник Центра управления «Удар возмездия».

– А! – чуть ли не завизжал Гелий – Узнал, да? Узнал! Это я разнес лабораторию, на которую твой спаситель Скворчевский глаз положил! Что? Сделал я тебя? И сейчас сделаю! Потому что моя печаль – не только матка. Есть еще одна задача – отправлять в небытие мертвые души!

Бурцев постарался улыбнуться – получилась гримаса.

– И об этом слышал… Почему решил, что я – Губский? Что у меня мертвая душа?

– Думал, бороду отпустил – не узнаю?!

– Я не похож на него! Ну, посмотри, посмотри!

– Сейчас пойдешь со мной, – вдруг заявил Гелий и повлек за собой, прикладывая силу нечеловеческую. – Не хочу, чтобы люди видели, нельзя травмировать и искушать народ. Сейчас из тебя дерьмо полезет! Я одного твоего агента задавил! Отправил в небытие. И сейчас тебя…

– Стой! Что ты делаешь? – Сопротивляться ему было трудно, достать пистолет невозможно, оставалось вызывать скандал, привлечь внимание иди достучаться до рассудка. – Погоди!.. Какие ко мне претензии? Сейчас покажу документы, отпусти руку. Мы же разумные люди, верно? Давай разберемся…

– Я вычислил тебя! Это ты! Ты… Чувствовал, не сегодня-завтра явишься, чтобы совершить свое черное дело. – Он был болен, но странно – взгляд чистый и осмысленный. – Давно чуял… Смрад от тебя впереди летел! И огонь зеленый… Я не ошибаюсь, не тебя первого здесь ловлю. Говорил ведь в прошлый раз – не летайте над моей землей. Тут моя территория, а где моя там не ваша! Иди, демон!

– Сейчас уйдет мой автобус, – бесполезно посетовал Сергей: «Икарус» наконец-то подрулил к посадочной площадке, открылась дверь. – Наверное, вы ошиблись, приняли меня за другого человека…

Гелий остановил на полушаге, резко повернул к себе. Нечесаные, грязные волосы его поднялись дыбом.

– Я принял тебя за того, кто ты есть. Меня нельзя обмануть, потому что я был в аду, и ты, сука, хотел трахнуть мою женщину, помнишь? Схватил Марианну!

– Да не хватал я твою женщину! – закричал Бурцев, рассчитывая как-то взорвать ситуацию. – Что мне твои бабы? Своих полно!

Люди наконец обратили на них внимание, останавливались, оборачивались, но никто не подходил. Геля же продолжал утаскивать его за автобусы на стоянке, к туалету.

– Утоплю сейчас, падла! В дерьме! Чтоб люди не видали! Они мне спасибо скажут!

– Понимаешь, я не Губский, – залепетал Бурцев, ощущая, как этот человек подавляет его волю. – Я из Генеральной прокуратуры, приехал по письму… Я ни в чем не виноват…

Лепетал и приходил в ужас, поскольку терял способность сопротивляться. Между тем Геля дотащил его до туалетной стены, приставил к ней, и можно было – освободились руки! – достать пистолет. Но вместо этого Бурцев чужим, плаксивым голосом произнес то, что пришло в голову:

– Меня генерал Непотягов знает…

– Непотягов? – вскинулся и переменился Гелий. – Генерал? Откуда ты знаешь эту фамилию?

– Вышел на него, когда искал инока Рафаила, – поспешил Бурцев закрепить успех, – Это после того, когда ты выкрал его из монастыря!

– Верно, я выкрал! Только зря это сделал… Мне же говорил Дмитрий Иванович – он сатана, демон! Я не послушал…

Сергей ощутил, как возвращается способность самоконтроля.

– А надо было послушать старика!

– У меня тогда не было двухсторонней связи с космосом…

– Мы с генералом приезжали в Центр. Но в это время ты что-то натворил там, кажется в Грязной зоне. И исчез.

– Что натворил… Я так часто вспоминал его, и до сих пор с ним советуюсь. Мне показалось, он был трактористом, трактористом и остался. А он прозорливый был и о тонких энергиях все знал.

Надо было додавливать.

– Так вот, Гелий. Нет больше Дмитрия Ивановича. Его убил Скворчевский.

Он отступил на шаг, втянул голову, и на миг показалось, сейчас снова набросится. Однако Гелий сглотнул, спросил сипло:

– Кто?! Что ты сказал?!

– А ты знаешь Скворчевского?

– Не называй при мне этой фамилии, – попросил Гелий. – Иначе я… Так значит, он убил? Ты не врешь?

– Сам подумай, зачем мне врать? Уверен в этом. Генерала нашли мертвым в своем дворе, без признаков насилия.

– Значит, он… Он умеет убивать без признаков насилия. Я тоже ему так сделаю…

Сейчас Гелий выглядел вполне здоровым. Минуту назад он готов был растерзать человека, а сейчас напоминал большого, обиженного детьми медведя…

– Знаешь, – попробовал усмехнуться Сергей. – Грешным делом подумал, ты агент Скворчевского.

– Кто? Я?! Да я тебя!

– Погоди! – пошел на попятную Бурцев. – Ты ведь тоже про меня подумал… вот и я… Думаю, заросший человек, странник – хорошее прикрытие. Одного похожего я встречал, старостой при церкви…

– Я подумал, потому что ты на меня уставился! Зачем смотрел на меня так?

– Как это – так? Объясни!

– Изучал, исследовал! А у самого, как у Слухача: в глазах – дым. Изо рта – смрад!

– Но сейчас-то нет смрада? – Бурцев дыхнул ему в лицо.

Геля нюхнул, помотал головой.

– Вроде бы и нет… И огня зеленого нет. Наверное, я опять переутомился и обознался. Это у меня бывает, я же тут один на посту.

– А почему ловишь тут Слухача? Он же теперь монах и безвредный человек.

– Слухач? Этот каперанг?.. Да что ты! Ничего ты не знаешь! А я один, один знаю! – Он склонился и зашептал:

– Представитель Главкома Скворчевский спас его, когда я объявил войну мертвым душам. Он отправил его в Америку! Чтоб они там смогли использовать его для своего СОИ. Его продали туда, а взамен получили инвестиции. Ну, это по программе ОСВ-2, по конверсии военной промышленности.

Похоже, в голове его окончательно замкнуло, и он нес полную чушь. Следовало бы теперь вообще освободиться от него, пообещав встретиться завтра, и можно было еще поспеть на автобус.

– Знаешь, Гелий… – начал Бурцев, но тот зажал ему рот.

– Погоди! Не смей перебивать, когда я говорю. Все потому, что Слухач умер! Умер как гений. Непотягов говорил мне… Когда его привезли из монастыря, он был еще в порядке. Его без всяко умысла посадили в свой кубрик. И он скончался. Тело упаковали, подняли наверх, и там он ожил! На воздухе, под чистым небом. И все бы было хорошо, но кто-то из Широколобых сделал умышленную злую ошибку. Вернули в тот же кубрик! – Голос его стал трагичным и горьким. – А там все стены пропитаны черной энергией, его же энергией ЯЗ! И из монаха вырос демон! Если бы ты видел это чудовище!

Геля рассмеялся, толкая Бурцева и предлагая посмеяться вместе. Но тому было не до веселья – автобус стоял на старте…

– И вот Скворчевский… Везет его в Штаты! – ухахатывался блаженный. – Не гения! Урода, монстра! Там он сделал попытку захватить «Энтерпрайз», авианосец! У него старые с ним счеты… И захватил! Представляешь?! Только американцы скрыли этот факт, молчат! Такой позор! На борту же ядерное оружие!

– Ну а здесь-то что ему делать? – забывшись от нетерпения, перебил Бурцев.

– Слушай меня! – одернул Геля. – И не верти головой!.. Я увидел! Нет, скорее почувствовал, он приближается к Стране Дураков!

– На «Энтерпрайзе»?

– Ну что ты! – обиделся Геля. – Считаешь, я бред несу? Вот все так… Не знаю, летит, плывет или едет, но приближается. Сначала, конечно, пришлет своего агента для разведки и всяких черных дел. Сегодня-завтра его посланец будет здесь! Осталось мало времени! Я должен нанести удар возмездия!