История России - Мунчаев Шамиль Магомедович - Страница 131

Борьба с норманизмом определила для Ломоносова саму задачу исторической науки. История, по его мнению, должна давать людям и обществу поучительные примеры для практической деятельности и поведения, быть своего рода сокровищницей исторического опыта, где любой человек, от государя до последнего гражданина, может сыскать себе образец для лучшего свершения своих дел. Она "дает государям примеры правления, подданным — повиновения, воинам — мужества, судьям — правосудия, молодым — старых разум, престарелым — сугубую твердость в советах, каждому — незлобивое увеселение, с несказанною пользой соединенное".

В "Кратком Российском летописце" (1760) Ломоносов дал сжатую справку о правителях России, последовательно сменявших друг друга с древнейших времен до Петра Первого. Ломоносов написал также "Идеи для живописных картин из российской истории", разработал для них сюжеты, в которых освещены борьба за независимость и история установления самодержавия.

Несколько произведений Ломоносова посвящены Петру Великому. Ученый восторженно оценивал его правление как подлинное проявление «просвещенного» абсолютизма, образец подражания последующим правителям.

Ломоносов выделял особую задачу, которую способна выполнить только история: "Велико есть дело смертными и преходящими трудами дать бессмертие множеству народов, соблюсти похвальных дел должную славу и, принося минувшие деяния в потомство и в глубокую вечность, соединить тех, которых натура долготою времени разделила". Такой интерес к истории народа был для того времени новым, и это сразу поднимало Ломоносова и над предшественниками, и над современниками. Он считал, что славяне прошли сложный путь исторического развития еще до появления государства, и этим историческая концепция Ломоносова приходила в очевидное противоречие с мнением его оппонентов о совершенной дикости славян до прихода варягов. Не случайно первый раздел "Древней Российской истории" ученого назывался "О России прежде Рурика", а одной из главных проблем его концепции стал вопрос о "дальней древности славянского народа": "Что славянский народ был в нынешних российских пределах еще прежде Рождества Христова, то бесспорно доказать можно". Сопоставляя данные разных источников, Ломоносов пришел к выводу, что славяне были среди народов, населявших равнины юго-восточной Европы по крайней мере на протяжении тысячелетий до появления варягов.

В целом Ломоносов верно определил территорию, занимаемую славянами в то время: от бассейна Эльбы до Волги, от Прибалтики до Дона, Дуная и Балкан. Сравнивая русский народ с более развитыми, он указывал на два обстоятельства: во-первых, "имя славянина поздно достало слуху внешних писателей", а сами славяне еще не имели своих историков, а во-вторых, причиной малой известности славян в тот период было позднее появление монархической власти: "Древняя наша история до Рурика порядочным преемничеством владетелей и делами их не украшена".,

Несомненная заслуга Ломоносова как историка состоит и — в его пристальном внимании к ранней истории славян, в воссоздании верной во многих важных моментах ее картины.

Замечания на диссертацию Г. Ф. Миллера "Происхождение имени и народа российского" // «Долгоносое М. В. Полное собрание сочинений. Т. 6. М.; Л., 1952.

Древняя Российская история от начала российского народа до кончины великого князя Ярослава Первого, или до 1054 г. // Там же.

Краткий Российский летописец с родословием // Там же.

Идеи для живописных картин из российской истории // Там же.

Более 200 лет прошло с того времени, как вышли в свет первые тома "Истории государства Российского" Н. М. Карамзина, которые произвели огромное впечатление на всю читающую Россию и знаменовали собой подлинный переворот в изучении истории нашего Отечества. Причина этого необычайного общественно-культурного феномена заключается в огромной силе духовного воздействия на людей научного и художественного таланта Карамзина.

В 1789 г. на долгие месяцы он выехал за границу. Впоследствии это путешествие отразится в блестящем литературном памятнике эпохи, которым зачитывались русские люди не одного поколения, — в "Письмах русского путешественника". По существу, в этом труде Карамзин начертал свою программу создания истории России, включив в нее и такие непременные свойства ее будущего автора, как живительный патриотизм, критическое восприятие отечественной истории, ее сопоставление с историей других стран и народов.

Свои историко-научные притязания, ярко проявленные в "Письмах русского путешественника", он подкрепляет серией очерков по проблемам русской истории.

31 октября 1803 г. происходит событие, коренным образом изменившее жизнь 37-летнего Карамзина: указом Александра I он получает должность историографа. Перед Карамзиным открываются все архивохранилища и библиотеки.

В конце 1820 г. Николай Михайлович закончил работу над знаменитым девятым томом «Истории». Том был посвящен царствованию Ивана Грозного и опричнине; тема тирании, деспотизма и нарушения государем законов страны прошла лейтмотивом в этой части «Истории». Но том вышел в свет, а за ним — последующие десятый и одиннадцатый тома. Последний, двенадцатый том, в котором Карамзин касался истории Смуты вплоть до избрания Михаила Романова царем в 1613 г., остался незавершенным. Чувствуя, что силы слабеют, а здоровье ухудшается, Карамзин писал его уже без примечаний. Этот том увидел свет после смерти автора. На первый план Карамзин выставляет любовь к Отечеству. Ее он понимает как обостренный интерес к истории своего народа, являющейся частью всемирной истории. Ученый не противопоставляет эту любовь интересу к истории других народов и государств. Напротив, они дополняют и обогащают друг друга. Россию Карамзин видит как страну многонациональную и, явно идеализируя пути создания этой многонациональной державы "без насилия и злодейств", подчеркивает, что ее история является достоянием всех живущих в ней народов.

Другим его принципом является следование правде истории, как бы горька она ни была. "История не роман и не сад мира, где все должно быть приятно, — замечает. Карамзин, — она изображает действительный мир".

Движущей силой исторического процесса Карамзин считал власть, государство, которое, с одной стороны, сосредоточивает в себе разнообразные усилия общества, а с другой — само является мощным стимулом общественного движения. И весь русский исторический процесс, по Карамзину, явился, по существу, борьбой начал самодержавных с иными проявлениями властвования — народоправством, олигархическим или аристократическим правлением, удельными тенденциями. Становление сначала единовластия, а затем самодержавия стало тем стержнем, на который нанизывалась вся общественная жизнь страны.

Карамзин утверждал, что в те периоды своей истории, когда Россия опиралась на крепкую центральную власть, она добивалась больших успехов как в организации внутренней жизни, так и в сфере внешнеполитической. Разрушение единовластия приводило к анархии, междоусобиям, кровопролитной борьбе, губящей народные силы, а в сфере внешней — к поражениям и потере независимости.

Отечественную историю Карамзин одним из первых понимал не только как историю русского народа, но и как историю всех народов, населяющих территорию России. Не случайно его «История» называется российской, а не русской. В исторический анализ включаются события, происходящие не только в центре Руси — России, но ив других русских землях. Отечественная история под пером исследователя движется вместе с историей Европы и Азии, они неотделимы друг от друга.

Письма русского путешественника. М., 1988. Записки о древней и новой России. Русский архив. 1870.

История государства Российского. Т. 1—12. СПб., 1842;;