Любовничек - Крашенинников Федор - Страница 5

Естественно, знакомиться в клубах и ресторанах она уже не могла, поэтому пришлось обратиться к Интернету. Кроме многочасовых посиделок и бесконечно повторяющихся диалогов, глобальная сеть подарила Лене несколько неприятных встреч, пару неловких половых актов и несколько месяцев напряженного во всех смыслах романа с красивой 30-летней женщиной Ольгой.

Этот этап ее сексуальной биографии занимал меня более всего, особенно после того, как она показала мне фотографии своей бывшей любовницы: Ольга была действительно красивой женщиной.

Расстались они по банальной для таких романов причине: Ольга оказалась сложившейся и ортодоксальной лесбиянкой, то есть категорически не воспринимала ни секса с мужчинами, ни даже возможности для своей возлюбленной жить с ними. Для Ленки вся эта история была лишь вынужденной мерой, призванной компенсировать оскудение эротических эмоций в супружеской постели, и потому, когда Ольга стала вести себя ровно как приснопамятный любовник из фитнес-зала, Лена довольно быстро порвала с ней все связи. «В общем, мне тупо хотелось, чтоб она меня лизала и трахала. А ей хотелось нежности и отношений. Все банально!» - подытожила она свой рассказ.

И вот тут на сцене появился я. Мы с ней познакомились на последней стадии романа с Ольгой. Лена вывесила на одном сайте знакомств свою анкету, и я оказался первым, кто туда заглянул. Завязался обычный в таких ситуациях разговор, но вскоре мы оба поняли, что нам повезло. Мне как раз захотелось новых ощущений, и я нашел себе красивую и удобную во всех отношениях любовницу, а она – деликатного любовника и хорошего друга. Во всяком случае, так она говорила. Напрягало только то, что с ее стремительно поднимающимся мужем мы в какой-то момент неизбежно должны были где-нибудь пересечься.

Чем я в то время зарабатывал себе на жизнь – история отдельная и к излагаемому сюжету касательства не имеющая. Тем более что с тех пор все многократно поменялось. Скажу только, что сфера моей деятельности была такова, что приходилось постоянно работать со стремящимися к публичности мелкими предпринимателями. А Борису его учителя как раз прописали социальное лидерство, и он периодически фигурировал среди участников всевозможных конференций и круглых столов, подобных тем, в которых иногда приходилось участвовать и мне. Круг сужался, и я морально готовил себя не удивиться, пожав однажды его руку.

Первое время меня удивляла способность Лены жить двойной жизнью – быть заботливой матерью и женой и в то же время цинично и изощренно трахаться с другими мужчинами, в данном случае со мной. Впрочем, самой ей все это не казалось циничным. Она даже обиделась, когда я как-то завел на эту тему разговор. В итоге я стал искренне восхищаться устойчивостью ее психики. Она просто так жила, а я не считал нужным читать ей проповеди и старался делать вид, что ничего особенного не происходит. В общем, к моменту описываемых событий мы встречались уже больше года и в какой-то степени были идеальной парой друзей-любовников. Мы так уверились в безопасности и управляемости наших отношений, что даже заведомо опасная и чреватая многими проблемами идея совместного отдыха, пришедшая как-то в мою, каюсь, голову, не напугала ни ее, ни меня. Словом, все у нас было отлично до этого самого дня, когда в освещенном полуденным солнцем номере турецкого отеля мы вынуждены были впервые за все время увидеть ситуацию с совершенно новой стороны.

- Блин, мне кажется, я бы сама его убила, сволочь такую! – выдохнула Ленка.

Мы помолчали еще несколько секунд. Идея с физическим насилием меня расстроила.

- И как мы с тобой после этого будем? – продолжил я вечер черного юмора, внутренне изумляясь своему неуместному веселью и пытаясь унять поднявшийся в голове нерадостный шум. Давление, что ли?

- Ты что, совсем дебил, да? – Лена повернула лицо ко мне. Из ее глаз текли слезы. Я первый раз видел ее плачущей. Очевидно, в эту минуту она не сомневалась в моей неадекватности и, может быть, последними словами проклинала тот день, когда спуталась со мной. – Что смешного-то, а? Ты что, не понимаешь, что все серьезно? Серьезно!!

Снова повисло неловкое молчание.

Она дошла до раковины, умылась, снова села на кровать и закурила тонкую сигаретку.

- Ну, так и какие планы?

- Хуже всего то, что он еще и сюда может припереться. Он напрашивался побухать, подбивал клинья… И улетаем мы, похоже, одним рейсом, - задумчиво произнес я.

Мы помолчали еще некоторое время. Я не знал, что еще сказать, а она переваривала полученную информацию.

- Может, его действительно грохнуть? – с удивительной легкостью предложила она. «Откуда у русских девушек этот криминальный уклон в мышлении?» - подумал я совершенно некстати.

- Грохнуть? Ну, во-первых, я что-то не чувствую себя способным… Можешь меня за это попрезирать на досуге... А во-вторых, наших проблем это не решит, и даже наоборот. – Я решил сохранять спокойствие и с предельной остротой почувствовал себя неполноценным мужчиной. Какой-нибудь Джеймс Бонд на моем месте решил бы проблему одним ударом, еще и труп спрятал куда-нибудь. А я… Я могу только анализировать ситуацию под презрительным взглядом чужой жены. Интеллигент в маминой кофте, как некогда выразился в мой адрес один брутальный спортсмен.

- Ну, киллер из тебя, прямо скажем, херовый… - Лена злилась, и атмосфера в комнате заметно накалялась. – Я бы, кажется, сама его убила, гада.

Повторно изъявленная готовность лично расправиться с Гришей меня насторожила. Надо было как-то отойти от обсуждения насилия.

- Даже допустим, что и убила, в чем я сомневаюсь, а вот дальше знаешь что будет? Приедет доблестная турецкая полиция, устроят разбирательство, шум со скандалом - убит русский турист. Мы с тобой сразу будем опрошены как свидетели. Все это пропечатают в газетах. Какие-нибудь ушлые журки раздобудут список русских в отеле, через турфирмы пробьют, кто где… у трапа встретят… Если тут турки нас в зиндан не посадят… Короче, спалимся стопудово. Уж не говоря о том, что территория отеля маленькая, куда труп-то прятать? Расчленять его, что ли? – тут я сам удивился, с какой легкостью и серьезностью размышляю над проблемой утилизации трупа, но рефлексировать на тему своего криминального мышления мне показалось несвоевременным. «В больнице будет масса времени об этом думать, если будет чем», - подумал я.

- В море утопить его… - Лена села на тумбочку и принялась задумчиво болтать ногами, трогательно пошевеливая пальцами.

- «Несчастный случай в отеле «Палм Бич»! Утонул турист из России!» - так и вижу «КП» с такой передовицей, – пророчествовал я, завороженно следя глазами за движениями ее ног.

- И что делать-то? А? – она внимательно смотрела мне прямо в глаза, и я на несколько секунд снова почувствовал себя мужчиной, которого слушают и которому доверяют.

- Можно снять тебе номер в соседнем отеле. Ты там посидишь тихо, я ему буду иногда попадаться на глаза, и пусть он рассказывает всем, что видел тут меня одного. В конце концов, это выход. Надо всего-то продержаться пару дней.

- А как я одна выбираться буду в аэропорт? – Лена встала и налила себе еще виски.

- На такси. Я буду его отвлекать, а ты пройдешь регистрацию сама, сядешь отдельно, очки, шляпа и все такое. И в городе по прилете то же самое, в обратном порядке.

- Ну… вариант, да. А может, вместе свалить отсюда? И хрен на этого мудака?

- В центре города найдем какой-нибудь отель, – уцепился я за спасительную мысль. – Это, наверное, не так сложно - всего на пару дней, а про меня он пусть что угодно сочиняет. Денег у меня хватит, я надеюсь, если больше не шиковать.

- Жадина ты все-таки, – даже тут она свернула на любимую тему, хотя было понятно, что обвинение всех мужчин в жадности было риторической фигурой ее речи, не имеющей никакого отношения к данной ситуации.

- Глупо просить перевести мне срочно 200-300 долларов, да и ладно…

- Хорошо, давай поедем в центр искать отель.