Драконы летнего полдня - Уэйс Маргарет - Страница 124

– О боги, – сказал Тас, останавливаясь. – Как странно. Гном был исключительно хорошо одет, особенно для гнома, который прятался за обгорелым деревом в горелом и разоренном лесу. Его красивые одежды покрывал толстый слой сажи, ею же были покрыты его длинные волосы и борода. Плюмаж его шляпы поистрепался и был грязен. Он что-то высматривал. Он стоял вполоборота к дороге, то есть кендеру была видна только его спина.

– Похоже… Да, я прав, – пробормотал Тас. – Это Дуган Красный Молот. Он проследил направление взгляда гнома, но ничего не увидел. С его точки зрения обзор закрывала обугленная сосна. Гном, казалось, был очень увлечен своим занятием. Тас решил не беспокоить Дугана, а потому стал подбираться к нему поближе тихо, как мышь. Как это делается, он имел сведения из первых рук, а еще точнее – личный опыт. Однажды он случайно оказался превращенным в мышь.

Подобравшись к гному, Тас тихо положил руку ему на плечо. Просто поразительно, как высоко может прыгать гном, – при его-то росте. А подпрыгнуть, да еще не потерять притом широкополую шляпу, – это просто невероятно. После вышеописанного прыжка Дуган так посмотрел на Таса, что тот отшатнулся и, споткнувшись о лежащее за ним бревно, свалился на землю. Толстый гном тяжело дышал и постепенно наливался кровью. Вскоре он стал таким же красным, как небо.

Он подошел к кендеру и первым делом зажал тому рот.

– Во имя Реоркса, кто ты такой? – хриплым шепотом осведомился он. – И что ты тут делаешь? Тас попытался ответить, заметив про себя, что с заткнутым ртом это получается не слишком ловко.

– Ханксмелепон Ноойеда? – повторил гном. – Никогда о таком не слыхал.

Однако я тебя где-то видел. Тас яростно крутил головой, гримасничал и пытался знаками дать понять, что, будь рот у него открыт, разговор был бы более приятным. Дуган некоторое время наблюдал за ним, а потом убрал руку.

– Только тихо! – предостерег он. – Они близко. Вон там. Хотя я не уверен, слышат они или вовсе глухие, проверять не стоит. Тас кивнул и потер ушибленную при падении голову.

– Кто они? – шепотом спросил он.

– А ты кто? – поинтересовался Дуган.

– Извини, забыл представиться. – Тас встал на ноги. Дуган тоже поднялся.

Тас подумал, что гном, судя по его выдающемуся животу, вероятно, уже несколько веков как собственных ног не видел. Кендер протянул руку:

– Я Тассельхоф Непоседа.

– Хм, – фыркнул Дуган. – Вот, значит, откуда я тебя знаю. Я…

– Я знаю. Реоркс, – громко прошептал Тас. – Но ты не беспокойся, я никому не скажу, – торопливо добавил он, заметив, как потемнело лицо гнома.

– Нечего рассказывать, – прорычал гном, пристально глядя в глаза кендера.

– Мое имя – Дуган Красный Молот. Понятно?

– Нет, – подумав, ответил Тас. – Но, с другой стороны, есть еще масса вещей, которых я не понимаю. Смерть, например, или, допустим, шерифы. Они лишают нашу жизнь стольких радостей. Ну и раз уж мы об этом заговорили, почему икота? То есть я имею в виду, почему люди икают? А еще я надеюсь, ты сможешь объяснить… Дуган сказал что-то об адском пламени, которое скорее превратится в лед. Тас нашел замечание крайне любопытным и уже собирался попросить рассказать об этом поподробнее, но рука Дугана снова крепко запечатала ему рот.

– Зачем ты здесь? Что ты тут делаешь? – Он слегка приподнял ладонь, готовый вновь заткнуть кендеру рот.

– Меня послал Рейстлин Маджере! – гордо ответил Тас. – Я приехал за Серой Драгоценностью.

– Тебя? – Гном, забыв об опасности, произнес это слово достаточно громко.

Он испуганно пригнулся и пригнул с собой Таса.

– Тебя? – повторил Дуган в полнейшем изумлении. – Он послал тебя? Тасу не понравилось выражение, с которым Дуган произносил «тебя», – звучало как-то очень похоже на интонации Рейстлина.

– Я герой Войны Копья! – обиженно заметил Тас. – Я сражался с драконами.

Однажды я даже захватил пленника, что бы там Флинт по этому поводу ни говорил.

Я вытащил Сестана почти из самой пасти красного дракона. Я побывал в Бездне и вернулся оттуда, причем, заметь, дважды. Я…

– Довольно! – взвыл гном, стараясь не повышать голоса. Интересно, как ему это удалось. Тас готов был поклясться, что это невозможно, но, однако…

– Ладно, ты уже здесь. Я полагаю, что мне надо будет постараться извлечь из этого какую-нибудь пользу, – проворчал Дуган и добавил, что он не понимает, почему маг не послал еще десяток-другой овражных гномов, чтобы его, Дугана, несчастье было бы совсем уж полным. – Иди сюда, – сказал он в конце концов и, подхватив Таса под руку, подвел его к дереву.

– Я хочу тебе кое-что показать. Только держи рот закрытым! Тас посмотрел и промолчал, как ему и было приказано, но вовсе не по приказу, а потому, что увиденное резко усилило его желание, помолчать. И не раскрывать рта долго-долго. По кругу стояли семь мертвых сосен. Иголки на них сгорели, но в отличие от других деревьев, от которых остались только обгорелые стволы да иногда несколько самых толстых веток, эти сосны были почти нетронуты. Они стояли как призрачные скелеты, и кора на их стволах и ветках сморщилась и свисала лохмотьями. Рыдания подступили к горлу Таса от этого зрелища погибших величественных деревьев. В центре кольца мертвых сосен стояла деревянная пирамида. Поразительно и необъяснимо, но пирамида не носила на себе следов того всепожирающего пламени, которое еще недавно бушевало по всему остальному острову. У ее подножия что-то блестело, отсвечивая красным в лучах закатного солнца, которое так и не желало двигаться с места. Тас сложил руки рупором у рта и, приблизившись к Дугану, еле слышным шепотом спросил:

– Это и есть Серая Драгоценность?

– Половина. Она раскололась пополам, – мрачно ответил гном. Вторая половина осталась лежать на алтаре. Я спрятал ее от НЕГО. ОН может искать долго и тщательно, но все равно не найдет. Теперь я должен немного подумать.

– О чем подумать?

– Не твое дело, – сурово ответил Дуган. – Первое, что необходимо сделать,

– добыть Серую Драгоценность.

– Тогда пошли и возьмем ее. Что нам мешает?

– Они, – мрачно кивнул Дуган в сторону алтаря. Тас присмотрелся. Он не увидел ни драконидов, ни орд гоблинов и людоедов, или там неупокоенных рыцарей и скелетов воинов, ни одного из обычных хранителей волшебных драгоценностей.

Там не было даже шерифа. Там просто никого не было.

– Ты слегка переусердствовал с «гномьей водкой», да? – с симпатией сказал кендер.

– Я не пьян, – яростно возразил Дуган. – Охрана! Смотри, вон они там, между деревьев.

– Там никого нет, только черные тени самих деревьев, – сообщил Тас.

– Это они и есть! – прошептал в ответ Дуган. – Это не просто тени. Это живые тени. Страшные воины Хаоса.

– Они что, сделаны из теней? – проговорил пораженный Тас.

– Они не тени. Это дыры в ткани мира смертных. Ты смотришь не на них, а сквозь них в их мир – в мир несуществования. Если они коснутся тебя, то ты сам превратишься в то же, что и они, – в ничто. Этот проклятый Хаос уготовил подобную долю всем разумным и неразумным существам, живым и неживым, всем деревьям, и скалам, и рекам, и океанам… Все превратится в ничто. Тас почувствовал внезапный холод в животе. Он попробовал представить, как он сам станет ничем и все вокруг превратится в ничто; все станут ничем… Все растворится во тьме забвения, н никто никогда не узнает, что вообще что-то было.

– Ты… ты уверен, Дуган? – робко переспросил Тас, потирая живот и пытаясь избавиться от неприятного ощущения.

– Да, парень. Я уверен. ОН так обещал – и сдержит свое обещание. В этом ЕМУ можно верить. – зловеще добавил гном.

– А если мы добудем Серую Драгоценность, то сможем остановить ЕГО?

– Надеюсь, парень. Я, видишь ли, не уверен, но есть у меня одна мысль. – Он вздохнул. – Это, видишь ли, единственная наша надежда, насколько мне известно. А значит, мы должны попробовать.

– Дай я еще раз посмотрю. Тас вернулся на место, с которого они наблюдали.