Всё не просто - Григорьев Тимофей - Страница 96

— Еще нет. — Злобно отозвался Зуррин. — И я сделаю все возможное, чтобы этого никогда не произошло.

— Великий Ор уже не твой бог? — Присутствующие с осуждением посмотрели на престарелого шамана. — Странно слышать такие речи от членов тайного совета орочьих кланов.

Аудитория стала предельно внимательна — когда речь шла о богах, никто не мог быть уверен в своем завтрашнем дне. Лучше сейчас выслушать самые бредовые идеи, чем потом «кусать локти» от невозможности исправить происходящее.

— С появлением Храмовой долины, а со временем и Храмового города, кланы приобретут очень многое. Не только Небесная Змея, но и для всех нас это очень важное приобретение. Чтобы вы не переживали о том, что клан долины станет забирать себе слишком много власти и увеличивать свою численность, предлагаю считать принадлежность к моему клану временной.

— Как такое возможно? — Советники подняли шум. — Ты или родился в клане или, при определенных обстоятельствах, перешел в другой. Но никто не меняет клан на время.

— Я хочу организовать Храмовом городе школы всех направлений, где будут учиться владеть магией и заниматься наукой орки всех кланов, а со временем, возможно и люди, и даже эльфы. Не сейчас, перед войной, но потом, если мы останемся в живых. Пока юноши будут учиться или изучать возможности магии, они считаются членами моего клана и подчиняются только мне. Но когда им придет пора жениться и заводить детей, они просто вернутся в свой клан, и я не буду иметь на них никаких прав. Вас успокоит мысль, что в клане Храмовой долины не будет женщин и детей. Ядро клана составлю я и мои орки, только члены наших семей, которыми мы обзаведемся в будущем, станут постоянными членами клана.

Я перевел дыхание и посмотрел на тайный совет — вроде бы резкого неприятия моих идей нет, но пока рано судить.

— Вы должны понимать, что сохранить в тайне от других рас существование долины невозможно, следовательно, обязательно появятся паломники, желающие посетить место проявления божественных сил. Если их не пускать на наших условиях, они начнут прорываться силой, если к ним добавить любопытствующих магов и жрецов, то перспектива взять под свою руку такое беспокойное хозяйство не кажется слишком радужной. Подумайте обо всем и примите решение, но учтите — без моего присутствия сила долины очень быстро уйдет.

— Насколько я понял, ты хочешь сделать из долины большой учебный и научный центр, предназначенный, прежде всего для изучения возможностей места силы, я прав?

Шеррен пристально смотрел на меня, как будто решая, можно ли мне доверить клан, оглянулся на деда и сказал.

— Я думаю, боги не ошибаются, так что поддерживаю тебя в твоих начинаниях.

За ним, как по команде, положительно высказались еще семеро членов «тайного совета», только Зуррин и шаман из пустынных кланов были против образования нового клана.

— Значит, завтра в зале Совета объявим об образовании нового клана. Эчеррин. Надеюсь ты не пожалеешь о своем решении. Теперь тебе обратной дороги нет, ты взял на себя ответственность и уже не сможешь ее снять до самой смерти. Так как в твоем клане будут преобладать шаманы, то нас кланы возложат много функций именно по магической части. Но все это организационные вопросы, их будем решать по мере возникновения. В любом случае знай — мы поможем тебе в первое время. Ну, ты доволен?

— Я не искал себе в кланах власти и ответственности, но, от судьбы не уйдешь — я все это получил. Мне предстоит решить множество проблем, но по-настоящему меня беспокоит другое. — Близилось утро и все устали, поэтому меня почти не слушали. — Великий Ор сказал, что он скучает, а история четко указывает, какие последствия несет за собой скука богов.

Словно в ответ на мое высказывание, в дверь громко постучали и вошедший боец крикнул.

— Люди! Люди начали войну! По амулетам пришли сообщения — из Чедана по всей границе вооруженные отряды перешли на нашу сторону и вступили в бой с пограничной стражей. Кое-где прорвались к селениям и вырезают женщин и детей.

— В зал Совета! — Мы подчинились приказу Шеррена и бросились к остальным гостям нашего клана. — Поднимайте всех — у нас война.

Гонор был в ужасе — никогда он не видел столько смертей одновременно, тем более таких страшных. Все началось около недели назад — в маленьком чеданском городишке рядом с орочьей границей, где беглый принц надеялся отсидеться до лучших времен, началась эпидемия странной болезни. Ни лекари, ни маги не могли выяснить источник заразы — вдруг, совершенно неожиданно люди начинали болеть какой-то неизвестной болезнью.

Вначале никто даже не обратил внимания на то, что множество народу стало кашлять и чихать, но блаженное неведение продлилось недолго — на третий день заболевшие стали умирать. Все, не выживал никто. Больные до самого последнего момента не верили в возможность смерти, симптомы были как у обычной летней лихорадки — насморк, кашель, головная боль. Казалось бы, ничего серьезного, но на третий день у заболевших горлом шла кровь и они умирали в мучениях от удушья. Из-за того, что после смерти у трупов кожа приобретала явный зеленоватый оттенок маги пришли в выводу, что болезнь пришла от орков, ее так и назвали — орочья чума. На робкие голоса некоторых лекарей, что нет никаких доказательств виновности орков, никто уже не обращал внимания — люди нашли виновников своих бед и готовы были мстить.

К тому же жрецы поддержали версию происхождения болезни, не все, конечно, жрецы Ора молчали, Че — неохотно соглашались с возможностью подобного, и только жрецы Эль яростно отстаивали. Тысячи страждущих бросились в храмы Эль, прося помощи богини, но количество смертей только нарастало. Люди умирали в приграничных с кланами областях десятками тысяч, никакие средства лечения, даже магические, не помогали.

Многие кинулись в центральную часть страны, где о болезни даже не слыхали, но все беглецы нашли свою смерть вдоль дорог — никто не пережил третьего дня. Приграничные области власти закрыли на карантин, дошло до того, что войска, стараясь не допустить болезнь в сердце страны, силой удерживали беженцев на заградительных кордонах. Бороться у людей не было сил, все они осознавали, что являются мертвецами.

Когда люди смирились с близкой смертью, и паника немного улеглась, живые с изумлением поняли, что умерли только дети, женщины и старики, но мужчины от пятнадцати и до пятидесяти лет даже не заболели. Приграничные области Чедана представляли собой страшное зрелище — тысячи не погребенных тел детей, женщин и стариков, умерших в мучениях, и десятки тысяч убитых горем мужчин, потерявших семьи и готовых с оружием в руках уничтожить причину их безвременной кончины — орков.

Жрецам Эль не составило труда убедить всех в том, что любой орк, независимо от возраста и пола, может стать источником заразы. Власти Чедана не собирались оставаться в стороне — когда стало известно, что мужчинам ничего не грозит, спешно отправили войска к границе с кланами. Добровольцев пойти в орочьи земли искать не приходилось — тысячи почерневших от горя мужчин рвались в бой, чтобы отомстить за смерть своих близких.

Гонор никак не мог понять, как стало возможным всего за неделю сделать людей и орков, сотни лет живших по соседству, непримиримыми смертельными врагами.

И здесь мы опоздали — это уже третье стойбище, в котором мы не нашли ничего живого. Люди, будто лишившись последнего разума убили всех, кого здесь застали — детей, женщин, стариков и даже собак. У всех, даже уже умерших, было перерезано горло, как будто убийцы боялись, что их жертвы встанут и пойдут. Злоба людская была так велика, что напавшие перебили весь скот и бросили на месте, не взяв и куска мяса — такое впечатление, что человеческие войска сошли с ума.

Самое странное, что люди не стали забирать тела своих павших товарищей — все они лежали там же, где застала их тяжелая орочья рука. Хоть нападение и произошло неожиданно, орки не сдавались без боя — многие прихватили с собой на тот свет своих убийц. Возле тел орчанок, защищавших детей, часто лежали людские трупы с разбитыми дубинками головами, у некоторых воинов были подрезаны сухожилия на ногах или вспорот живот — это мальчишки своими детскими мачете рассчитывались с убийцами своих семей. Но людей было слишком много — они как саранча шли по клановым землям, оставляя после себя мертвую пустыню.