Всё не просто - Григорьев Тимофей - Страница 78

— Почему мои? Это же твои телохранители…

Тут из-под полога леса появились два десятка орков, и подошли к нам с дедом. У каждого из них была седая прядь на правом виске. Эти матерые, не раз побывавшие в бою орки, как один смотрели на меня с фанатичной преданностью в глазах. От их взглядов даже стало как-то неуютно. С недоумением обернулся к шаману, но тот молчал и чего-то ждал.

— Великий, мы твои, распоряжайся нами.

Двадцать здоровых орков синхронно опустились на колени и уткнулись лбами в серебристый песок поляны.

И что мне с ними делать?

Затягивая паузу, чтобы собраться с мыслями и решить, что им ответить посмотрел вниз. Оказывается, я стоял на земле без обуви, и из дырки в носке скромно выглядывал большой палец правой ноги.

Да уж, Великий…

Торрин Падающая Звезда пребывал в сомнении. То, чему он был свидетелем за последние двое суток, никак не укладывалось у него в голове. Все произошедшее противоречило всем, прежде незыблемым постулатам орочьего представления о мире и возможностях силы в нем. Кто мог подумать, что Эчеррин, по сути еще ребенок, сумеет справиться с такими потоками сил? Ночью, во время буйства магии в долине, был момент, когда шаману показалось что внук готов уйти от него куда-то, в только ему видимую даль и бросить их на растерзание бушевавших стихий. Но через миг в защитный полог влилась так недостающая ему энергия — орки были спасены.

Утром, когда шаман пришел в себя и смог определиться с результатами ночных событий, в первый момент старик просто не поверил своим глазам — окружающая их действительность претерпела огромные изменения.

Появление леса огромных кедров было вполне объяснимо — Эчеррин просто сбросил излишки магии Эль на рост кедровых орешков, которых у него в карманах всегда было достаточно. Конечно, огромные деревья с необхватными стволами, впечатляли, но учитывая количество магии, задействованной ночью — в таких размерах нет ничего невозможного.

Излишки магии Че ушли на переплавку метеорита и вытягивания металлов из земных глубин на поверхность — песок на поляне действительно сейчас состоял из серебра с небольшим количеством примесей. А вот камень, с отпечатком Эчеррина на самом деле являлся плоской вершиной огромного столба, почти полностью скрытого в земле. Старик не очень хорошо разбирался в металлах, но золото он был в состоянии узнать.

Все это, конечно, было удивительно и уникально, но не выходило за рамки возможного, в отличие от результатов работы магии Ора. Пряча телохранителей в яме от метеорита, шаман надеялся просто уберечь их от магических повреждений. Он совершенно не принял во внимание, что в тесноте ямы они оказались по плечи в воде, собравшейся из вытянутой внуком водной жилы. Случайно или специально, сейчас уже не узнать, магия Ора ушла на инициацию орков. Вот это было неслыханно! Чтобы взрослым оркам насильно прививался магический Дар — такого никто даже не мог себе представить.

Трое из двадцати бойцов до этого были слабыми шаманами, но утром могли претендовать на двойное «р» в имени. Остальные, до сего дня не имевшие и зачатков Дара, сейчас являлись шаманами с неплохими возможностями. Трудно даже представить, что смог бы получить сильный шаман, окажись он ночью в яме. В себе же Торрин не чувствовал никаких изменений и объяснял это тем, что не касался воды в момент инициации.

Так что утром, когда орки разобрались в том, что им досталось, не удивительно, что они стали считать Эчеррина вторым после Ора. И это обстоятельство очень не нравилось старику — Совет старейшин не обрадуется появлению в клане еще одного крупного игрока, с которым требовалось считаться при принятии решений и с которым, в конце концов, придется делиться властью, если не отдать ее совсем. Одно дело пригреть мальчишку и воспитать из него со временем преданного клану шамана и совсем другое — получить сильнейшего мага из древнего пророчества, а с ним и толпу его фанатичных последователей и почитателей. Если не принять срочных мер и не взять под свою руку поклонников магического таланта Эчеррина, то процесс мгновенно выйдет из-под контроля и дело в лучшем случае закончится скорой кончиной внука, в худшем — междоусобной орочьей войной. Торину не хотелось ни того, ни другого, но шила в мешке не утаишь — слухи разнесутся в кланах мгновенно. А если принять во внимание повышенный интерес к успехам внука в магическом обучении эльфов и людей, то получается слишком много проблем для одного старого орка.

И от Оррина ничего не слышно, видимо, магические возмущения в этом месте так велики, что семейный амулет не в состоянии нормально работать, так что о телепатической связи не может быть и речи. Шаман оказался отрезанным от клана и не знал состояния дел в Совете. Как принимать решения, не зная всех обстоятельств?

К тому же старику не давала покоя мысль о том, что помимо этих двадцати бойцов охраны, в пределах половины дня пути, было рассредоточено несколько отрядов дальнего охранения, дирижабли, шаманы — где они все сейчас? Двое суток прошло — времени более, чем достаточно, чтобы добраться до долины и выяснить состояние дел у них с внуком. Уже вечереет, а до сих пор никто не появился. Шамана стало грызть страшное предположение, что никто из них не пережил ночного буйства стихий. Если, не дай Ор, это произошло, то внуку придется удариться в бега — случайной гибели такого количества народа ему никто не простит. Мысль про испуганное бегство охраны, даже не приходила старику в голову — орки просто не могли бы так поступить. Не те обычаи, не тот менталитет.

К тому же надо принимать решение насчет изменившейся долины — теперь здесь впору организовывать Храм всех богов, такое сосредоточение трех сил невозможно где-либо еще. От крутящихся вокруг энергий начинало потряхивать — слишком стар он уже для того, чтобы в месте такого магического напряжения чувствовать себя комфортно. Еще один повод для головной боли.

И тут для полного счастья — эти двадцать новоявленных шаманов, готовых ради несмышленого мальчишки абсолютно на все.

Полный букет проблем. И помочь некому.

Судьба…

Оррин бился головой о стену. Буквально.

Когда его вызвал по амулету связи военный вождь, глава дополнительной охраны сына, поначалу его новости показались бредом. Но, проверив подлинность доклада, орку пришлось возвращаться в долину в срочном порядке.

И вот теперь, он не мог попасть к отцу и сыну, потому что странная защита окружала внезапно появившийся среди степи лес и не пускала орков под сень деревьев. Мощь полога и его размеры (от границы леса до центра долины было не менее тысячи саженей) поражали, к тому же Оррин не знал ни одного мага, способного удержать в одиночку защиту такой величины. К тому же происхождение магических сил, используемых здесь, неизвестно. Такое впечатление, что в долине собрались архимаги всех сил и хорошо порезвились на свежем воздухе. Оррин печально усмехнулся — если бы все было так просто.

Слишком велика вероятность того, что сын опять что-то учудил, а обязанность разбираться с возникшими проблемами предоставил папаше. Сколько лет Оррин мечтал о том, что Малыш когда-нибудь назовет его «папа». За счастье быть отцом вождь многим пожертвовал в прошлом, и еще большим готов рискнуть в будущем, лишь бы обеспечить сына всем необходимым. Прежде всего — безопасностью.

Но для действенной защиты своего ребенка надо, прежде всего, добраться до него физически, а магическая стена не давала такой возможности. Охрана доложила, что из долины никто не выезжал, чужих дирижаблей не было, а после ночной грозы появился лес и защита, так что Торрин, Эчеррин и телохранители там, внутри. Осталось только набраться терпения и дождаться, пока мощность защиты упадет или «узники» долины найдут способ выбраться самостоятельно.

Наконец, вечером, когда стало темнеть, дозорные заметили движение в лесу. Все моментально собрались около Оррина и стали настороженно ждать — никто доподлинно не знал, кто сейчас появится перед ними. Защита пошла рябью и исчезла — двадцать два орка вышли из леса. У вождя сразу отлегло от сердца — все живы, слава Ору. Тут удивленные вскрики со стороны отряда заставили вождя более внимательно всмотреться в пришедших.