Между небом и землей - Shinigami Anya - Страница 92

— Люмос! — Произнес мой голос, зажигая на ладони неяркий свет.

Каменные стены окружали меня, о свежем воздухе можно было забыть. В голове материализовались воспоминания.

— Нет… — Прошептала я, склонив голову на прутья и что есть силы, схватилась за них.

Осознание того, что возможно они убили Снейпа, нахлынуло на меня тупой болью, и я осела на холодном полу. Глаза были раскрыты, и из них потекли неминуемые слезы… Вычислили, перехватили моего патронуса… Волан-де-Морт просто следил за нами из укрытия, наша встреча была для него театральным представлением, комедийным пиром для разума маньяка. Издевался, наблюдая, получал эстетическое удовольствие. Северус возможно мертв, по моей глупости. И хоть я плакала, но рассуждения в моей голове были какими-то затуманенными, не вызывали эмоций. Шквал чувств рано или поздно должен был обрушиться на еще не осознавшее всё в полной мере сознание. И вот это произошло.

— Северус… — Сдавленным шепотом произнесла я в пустоту.

Тишина, гнетущая темень поглотили всхлип. Что я натворила… Боль? Физически может я и не ощущала ее, но в рассудке царили угнетающие, бьющие по всем шрамам души увечья. Звоном в голове отдавалось его имя. Из-за меня случилось ужасное. Я тихо плакала в темнице, заливая слезами горе. Он не мог остаться в живых, теперь Северус просто бесполезен для него, предатель, его обман был раскрыт. Хоть Снейп желал гибели, о которой так долго мечтал и возможно теперь душа свободна, но так просто отпустить его я не могу. Теперь на моей совести его смерть, так же как на нём смерть Лили, любовный треугольник, основанный на старухе с косой. Почему я всё еще жива? На кой черт Лорд сохранил мне жизнь, почему не отобрал силу? Бессмысленно… Для чего мне жить? Жизнь разбила все надежды и мечты, жестокая правда обрушилась тысячей заклятий и я просто сгорбилась на полу, давясь от безысходности, боли, которая мешала дышать.

Нужно было выбираться отсюда.

— Алохомора!

Ничего не произошло.

— Бомбарда максима!

Луч света ударил в железные прутья, они завибрировали, и по всему периметру клетки пронеслась словно бы электрическая волна, раскатываясь вокруг меня, но ничего не происходило. Попробовав еще пару неподействовавших заклинаний, я начала собирать в себе сгусток энергии, огромный, бесконтрольный. Нечеловеческая ярость, животная ненависть, страх и неподдельная любовь… Комнату озарил яркий свет, взрывной волной вырвавшийся из меня. Но снова ничего не происходило, я усиливала энергию, а прутья лишь дрожали, постаралась выжать из себя всё. Энергия выходила сгустками. Видела как раскаляется до бела железо. А под ногами началось землетрясение. Голова начала болеть.

— Ну! Давай же!

Внезапно почувствовала что-то теплое и влажное у себя под носом. Кровь? Почему из моего носа течет кровь? Руки начало трясти, а все тело пронзила страшная боль. Почувствовала, как мои глаза застилает пелена, а затем всё почернело…

Первый луч зимнего солнца, по которому так соскучилась занесенная снегом Британия, коснулся век. Снова сегодня он должен был провести день с этим мерзким гоблином Крюкохватом, вновь и вновь обсуждая все возможные варианты проникновения в Гринготтс, а ему так хотелось провести хоть немного дневного времени в запорошенном снегом саду, играя в снежки как ребенок, гулять с Анной, с единственным лучом света в его темном царстве. Перевернулся на бок и открыл глаза, перед его взором предстала пустая половина постели. „Интересно и чего Анне не спится в такую рань?“ Подумал он, потирая глаза. Сделав просыпательные движения, Сириус все еще не решался встать с кровати. Немного болела голова, наверное из-за перемены погоды, за окном было солнце, а вчера была сильная, неестественно разбушевавшаяся метель. Мужчина еще немного полежал, глядя в окно на чистое голубое небо, и все же заставил себя встать. Спустившись вниз, протяжно зевнул. В доме стояла тишина, и с кухни не доносилось не единого звука, все ещё спали, и Флер, отправив Билла на работу, наверняка снова легла спать. Он заглянул за окно в сад, но там никого не было, посмотрел в другие окна, не единого намека на чье-либо присутствие, лишь свежие следы Билла на снегу, ведущие к калитке. Может она в ванной? Но когда Сириус выходил из спальни, он не слышал звука льющейся воды из двери напротив. Непонятные переживания образовывались в его душе. На всякий случай он отправился наверх, проверить обе душевые. Но двери были открыты, а за ними снова никого. Быть может она в комнате Гермионы и Полумны? Интуиция начинала подвывать, немедля отправился к спальне девушек и постучал. Никто не ответил, тогда он повернул ручку и увидел, что Гермиона и Полумна спят, и следов Анны у них в комнате нет. Следующими были комнаты Гарри и Рона, Дина, Оливандера и гоблина. Его начинало трясти, ведь последней оставалась комната хозяев. Он постучал.

— Да? — Ответил певучий голос.

— Флёр, Анна не у тебя? — Уже не на шутку взволновавшись, спросил Сириус.

— Нет, с чего ей быть у меня? — Спокойно ответила она.

— Она… Я нигде не могу её найти.

— Ты смотрел в остальных комнатах? — Так же напевно спросила она.

Но Сириус уже паниковал.

— Да, её нигде нет.

— В саду?

— Тоже.

Флер выглянула из-за двери в халате.

— Не пегхеживай, она всё гхравно не смогла бы выйти за тегхриторию, на наш дом поставлена слишком сильная защита, а снять ее можем только мы с Биллом.

Вместе они отправились снова обыскивать каждый уголок коттеджа и территорию сада, разбудив по дороге всех.

— Но как она могла пропасть, это невозможно! — Сказала Гермиона.

Сириуса трясло от неизвестности, как можно исчезнуть из напичканного чарами дома? Флер отправила сову Биллу, и тот вернулся, увидев почти всех обитателей дома в гостиной, а Сириуса, стоявшего у окна, с прижатой к лицу ладонью.

— Что стряслось, я еле сбежал с работы?

— Билл, — Начала Флер, — Анна пгхопала.

— В смысле? — Непонимающе уставился парень на всех присутствующих.

— Ее точно нет на территории коттеджа и дома, мы перерыли всё, но ее не нашли. — Вступил Сириус.

— Но она не смогла бы пройти сквозь защиту… — и тут он задумался.

— Что? — не выдержал Сириус.

— Как давно ее нет?

— Неизвестно, ты что-то знаешь? — Спросил Гарри.

— Сегодня ночью, когда я возвращался с работы, было нечто странное.

Все смотрели на него, ожидая услышать неприятные известия.

— Я думал, мне показалось, но когда ветер вырвал из моих рук палочку, услышал скрип двери.

Глаза Сириуса излучали тихий ужас.

— Конечно проверил, но ветер хлестал меня со всех сторон, и я поспешил в дом, списав всё на непогоду.

— Анна, это она отвлекла тебя… — Голос Сириуса стал неспокойным. — Вчера она странно себя вела, стремилась поскорее идти спать, и меня заставила…

Все в ужасе смотрели на него.

— Зачем? Куда она ушла? — Наконец произнесла Гермиона.

Никто не знал ответа.

— Я знал, что она что-то скрывает. — Продолжил Сириус, едва скрывая отчаяние. — Сразу не поверил, что она по счастливой случайности узнала, что нас отправили в поместье Малфоев.

— Сириус, ты считаешь, что она ушла, чтобы встретиться с тем самым человеком, который напал на нее в лесу, и перенес куда-то?

Сириус молча кивнул. Конечно были еще какие-то догадки, но друзья не раз обсуждали странное спасительное появление Анны в подземельях Малфоев, никто не верил в ее версию, они просто ее приняли. Она никогда бы не использовала империус против невинного человека, да и вообще против кого-либо, это факт. Анна не такая, а россказни про профессора Флитвика не звучали правдиво.

— Как вы думаете, кто этот человек? Он как-то связан с Хогвартсом, ведь сама она выманить Добби никак не могла. — Вздохнул Гарри, каждое упоминание об этом героическом существе давалось ему с болью.

— Может кто-то из профессоров?

— Но почему он скрывал лицо, почему сказал Анне не выдавать его? — Поразмыслил Рон.