Гарри Поттер и двойной капкан - Rulez - Страница 151

— Северус, не надо! — вскрикнула Вивьен, подбегая к мужчине.

— Я не хочу больше тебя видеть, — взбешенно прошептал девушке Снэйп, — забудь, что я существую, Вивьен.

— Северус, я не могла…, - Вивьен потянула руку к его плечу.

— Ты права, — не дав девушке до себя дотронуться, сказал Снэйп, — черная метка всегда будет стоять между нами. Ты не сможешь преодолеть такую преграду.

— Северус, — Вивьен уже плакала.

— "Dolor Vomical!" — крикнул Снэйп, и Дансени закричал во все горло от боли.

— Северус, прекрати! — закрыв уши ладонями, взмолилась Вивьен. — Я прошу тебя, Северус, не надо!

— Он причинил мне боль не за что! — громко сказал Снэйп. — Я не могу просто так уйти, не наказав его!

— "Expelliarmus!" — раздался чей-то голос, и палочка Снэйпа вылетела из его рук.

— Вот поэтому я и не могу принять твою метку, Снэйп! — раскричалась Вивьен со слезами на глазах. — Ты такой же жестокий, как и твой хозяин!

— А твой дружок — сама доброта, — ледяным голосом ответил Снэйп, — он не спросил ни тебя, ни меня, почему мы стояли в такое время и в таком месте наедине, а сразу накинулся на меня! Он сделал это только, ТОЛЬКО лишь потому, что я ношу метку Темного Лорда! Если ты считаешь, что я сегодня заслужил подобного отношения — я не желаю тебя видеть, Вивьен!

— Ты не должен был причинять ему боль! — закричала девушка.

— Значит, когда аврор нападает на Упивающегося Смертью без причины, нанося ему повреждения или боль — аврор прав? — проревел Снэйп, потеряв контроль над собой. — А я не обладал правом даже защищаться, так? Уж лучше бы я не встречал тебя, Вивьен. Я был ослеплен тобой, твоим сходством с…одним…с одной девушкой. Но ее моя метка не остановила. Она любила меня просто потому, что я есть. Ее не испугало то, что скажут ее друзья или родственники, если узнают, что она встречается с Упивающимся смертью — ей было все равно! А тебя больше интересует, что скажет такой сопляк, как Дансени.

Снэйп отошел на несколько шагов в сторону и поднял свое оружие с помощью беспалочковой магии, так как ушибленная спина не позволяла ему нагнуться.

— Спасибо, что не дали мне его убить, директор, — холодно произнес Снэйп и пошел по направлению к выходу из замка.

Глава 35. Финал и продолжение

— Северус! — закричала Вивьен и побежала за мужчиной, но Дамблдор остановил девушку.

— Оставь его, Вивьен, — тихо произнес Дамблдор, обнимая девушку, которая рыдала в его плечо. — Ты не должен был нападать на него, Кристоф. Северус не сделал ничего, что давало тебе право делать ему больно.

— Дамблдор, я не понимаю вас! — прохрипел Дансени, уже поднявшийся с каменного пола, немного придя в себя после проклятия Снэйпа. — Эта мразь приставала к Вивьен!

— Кристоф! — повысил голос Дамблдор. — Не смей так говорить о Северусе! Слышишь, не смей! Я запрещаю кому-либо из вас преследовать его в моей школе!

— Вы его защищаете, Дамблдор? — удивился Дансени. — Он же работает на Волдеморта — как вы могли взять его в школу?! Он ежедневно отравляет учеников своим присутствием, я уже молчу про Поттера!

— Кристоф, это не твое дело, что Северус Снэйп делает в Хогвартсе, — холодно произнес Дамблдор, — то, почему он здесь…это мое решение, основанное на моем видении ситуации. И я повторю тебе: не смей оскорблять или преследовать Северуса, Кристоф.

— Почему вы взяли его работать к себе, Дамблдор? — спросила Вивьен. — Вы же знаете, что Снэйп служит Темному Лорду…

— Нельзя делить людей только на хороших людей и Упивающихся Смертью, Вивьен, — так же холодно сказал Дамблдор девушке. — Ты не права, думая подобным образом о Северусе. Он не заслужил такой оценки с твоей стороны.

— А о ком он говорил? — спросила Вивьен. — Он что-то говорил о девушке, на которую я так похожа.

— Я не могу сказать тебе, Вивьен, — ответил старик, — это тайна Северуса, и он доверил мне ее, чтобы не подвергать свою жизнь опасности.

— Опасности? — удивилась девушка. — А причем тут опасность?

— Спроси его сама, — посоветовал Дамблдор, — если он сочтет нужным, он тебе расскажет. Извини, Вивьен, мне нужно проведать Северуса. Спокойной ночи.

Гарри никак не мог заснуть: перед глазами все стояли две диаметрально противоположные фигуры одного человека. Снэйп, несомненно, влюбленный в девушку, говорящий нежные слова, и Снэйп, подвергающий проклятию пытки молодого человека.

Гарри мысленно поддерживал Мастера Зелий, ответившего на неоправданное на него нападение со стороны Дансени, но, с другой стороны, Гарри был поражен, как Снэйп изменился, резко изменился рядом с женщиной.

Неужели любовь может творить такие чудеса с самым черствым, казалось бы, мужчиной на земле? Видимо, так и есть. Рядом с Вивьен или с Эммой, Снэйп просто преображался на глазах, превращаясь в чуткого, нежного и сентиментального человека, так непохожего на изверга, доводящего студентов до приступов истерики на своих уроках.

В одном Гарри был полностью согласен со Снэйпом — Вивьен должна была сказать Дансени, что сама бросилась в объятия мужчины. А так получилось, что Снэйп выглядел как, чуть ли не насильник, прижавший слабую девушку к себе, и силой старался заставить ее целовать себя. Гарри выбросил из своей головы Вивьен, поняв, что не стоит встать на пути у Мастера Зелий, который так влюблен в девушку. В том, что профессор Снэйп влюблен в Вивьен, у Гарри не осталось никаких сомнений. Раз Снэйп сам подошел к ней, причем, как понял Гарри, не в первый раз, тут уж не остается ничего другого подумать, как о серьезных чувствах Мастера Зелий.

И Гарри не злился на Снэйпа за то, что теперь у юноши нет ни Гермионы, ни Вивьен. Гарри прекрасно понял, что и Вивьен влюблена в Северуса, и никогда не ответила бы шестнадцатилетнему парню на зов его страсти, когда рядом с ней находится взрослый опытный мужчина, знающий толк не только с зельях, но и в искусстве любви, как успел заметить Гарри.

С трудом разлепив глаза, Гарри побрел в душ, чтобы хоть как-то проснуться после еще одной почти бессонной ночи. Рон поторапливал друга, ворча, что они уже опаздывают на завтрак, и ему не хотелось бы учиться с утра на голодный желудок. Кое-как покидав книги, пергамент и перья с чернилами в сумку, Гарри спустился в гостиную, где его ждал Рон, нервно описывая круги по комнате.

— Ты хуже девчонок, собирающихся на святочный бал, Гарри! — проворчал Рон. — Идем скорее, а то без завтрака останемся! И чего ты такой вялый сегодня?

— Спал плохо, — зевнул Гарри.

— О ком сегодня думал? О мисс Де` Лакруа опять? — усмехнулся Рон. — Ну, ладно, я пошутил.

Пока они шли к Большому залу, Рон без умолку болтал о какой-то ерунде насчет девчонок. Гарри чувствовал себя совсем разбитым, но надеялся, что после завтрака ему станет легче. Как он был не прав… Кое-как отсидев три часа на трансфигурации, Гарри мечтал только об одном — лечь и проспать все выходные. Но не тут-то было: только закончился урок, как к нему подлетел Рон.

— Гарри, завтра после завтрака у нас тренировка по Квиддитчу — ты придешь?

— Ох, Рон, — протянул Гарри, — я так устал. И надо же делать эти треклятые контрольные работы — ты все сделал?

— Нет, — ответил Рон, которого не волновали уроки накануне финального матча. — Так что?

— Я посоветуюсь с мадам Помфри, — сказал Гарри, — посмотрим, что она скажет.

Врач школы сказала, что Поттер не должен играть; она так же упомянула, что и Дамблдор, и Снэйп будут в бешенстве, если Гарри повредит плечо во время матча. На тренировку в субботу Гарри пришел, и команда была уверена, что теперь Поттер точно будет играть в финале. Только в воскресенье вечером, когда Гарри обещал дать ответ Джинни и Рону о своем участии в игре, ловец Гриффиндора не смог им сказать ничего утешительного.

— То есть, ты не будешь играть, да, Гарри? — спросила Джинни.

— Я не знаю, Джинни, — ответил Гарри.