Паутина - "Сфинкс" - Страница 90

— Не надо менять тему, — Малфой потянул ее за руку к деревьям, но Лили почему-то не далась. — Что?

— Папа…

Скорпиус оглянулся и тоже увидел Гарри Поттера, который шел по дорожке от ворот к замку. Гриффиндорка рванулась к отцу, но Малфой успел поймать ее за талию.

— Стой! А вдруг это не твой отец? Мы же уже разок видели здесь твоего отца. И если ты помнишь, он пытался погрызть твою родственницу.

Гарри Поттер повернул в их сторону — видимо, заметил. Лили нерешительно застыла, не зная, побежать ли к отцу или послушаться осторожного Малфоя.

— Привет, — Гарри остановился в нескольких шагах от молодых людей. Он был хмур. — Это я, Лили. В пятилетнем возрасте ты заставили меня постричь твои волосы, так как ты хотела такую же прическу, как и у Джеймса. Теперь веришь?

Лили кивнула и бросилась в объятия отца. Скорпиус поздоровался.

— Позвать Джеймса?

Гарри Поттер кивнул, и они вместе с Лили проводили взглядами слизеринца.

— Папа, что ты тут делаешь? Что-то случилось?

— Идем, сядем, нужно поговорить.

Лили, все еще обеспокоенно глядя на отца, кивнула, и они вместе подошли к скамейке у парка.

— Пап, как дядя Рон? — Лили села.

— Ничего, только очень ослаб, — Гарри внимательно смотрел на дочь. — Судя по тому, что я сейчас видел, задавать вопрос: правда ли то, что ты встречаешься со Скорпиусом Малфоем — излишне…

— В смысле? — насторожилась девушка, хотя щеки ее стали красными. Но глаз не отвела.

— У меня сегодня был Драко Малфой. С гневной тирадой о том, что я просто мечтаю, чтобы ты вышла замуж за его сына.

Лили не знала, что ответить отцу. Множество чувств сразу же отразилось на ее лице.

— Папа, ты против того, чтобы я встречалась с ним? — это было сейчас главное, что ее интересовало. — Ты сердишься?

— Я не знаю, как это воспринимать, — честно признался Гарри. — Я понимаю, что у тебя такой возраст, когда начинаешь думать о мальчиках, о свиданиях… Но ведь Малфой говорил не просто о ваших… романтических отношениях. Ему сказали, что ты и Скорпиус…

— Что мы спим вместе? — помогла отцу Лили, сжимая кулаки. — Я убью Джеймса!

— А при чем тут Джеймс? — не понял Гарри.

— Потому что это его гениальная идея, которую он озвучил при всей школе, а потом чуть не убил бедного Скорпиуса…

— Так я не понял — это правда или нет?

— Нет, конечно, папа! — Лили чуть нервно рассмеялась. — Да мы с Малфоем нормально разговаривать-то начали меньше недели назад!

Казалось, Лили физически почувствовала облегчение отца.

— Но ты в принципе допускаешь себе столь… близкие отношения? — Гарри внимательно смотрел на дочь.

Лили смутилась. Она еще не думала о такой стороне их общения со Скорпиусом. Просто сейчас все только начиналось, каждый день был новым и радостным. Что будет дальше, она не знала и не хотела загадывать.

— Я не знаю, папочка, — Лили прижалась к отцу.

— Значит, все настолько серьезно?

Девушка пожала плечами, скрывая улыбку.

— Мне он очень нравится. Наверное, я его даже люблю…

Отец тяжело вздохнул, обняв ее за плечи.

— Что ты об этом думаешь? Ты против?

— Даже если бы я был против, что бы это изменило? — Гарри хмыкнул. — Я бы предпочел, чтобы моя маленькая девочка была только моей, по крайней мере, пока не окончит школу. Но это родительский эгоизм. Я только надеюсь, что ты не будешь торопиться. А если Скорпиус Малфой обидит тебя, я…

— Не успеешь, — рассмеялась девушка, — потому что первым до него доберется Джеймс.

Гарри хмыкнул. Лили посмотрела на его лицо — хмурый, все еще обеспокоенный, но он всегда пытался понять ее и выслушать, всегда. Лили сейчас больше беспокоило то, что отец Скорпиуса явно был не в восторге от вести, что младший Малфой встречается с дочерью Гарри Поттера.

Прибежал запыхавшийся Джеймс, и до ужина они втроем болтали в парке, обсуждая Альбуса, дядю Рона и других Уизли. Потом отец ушел. Был ли он успокоен их разговором, Лили так и не поняла.

После ужина Джеймс и Скорпиус отправились отбывать наказание, а Лили побрела в библиотеку, потому что гора невыполненных заданий грозила ей плохими отметками и проведенными за учебниками выходными.

Лили заняла свой любимый стол, но что-то ей мешало спокойно заниматься. Вскоре она поняла — рядом сидела группа слизеринских девушек, среди которых была та брюнетка, что встретилась Лили однажды в подземелье.

Слизеринки все время бросали на Лили косые взгляды и как-то подозрительно улыбались. Гриффиндорка попыталась не обращать внимания, но не получилось.

— Эй, Поттер, как чувствуешь себя в роли подстилки для Малфоя? — у стола возникла брюнетка, держа в руках какую-то газету. — Так и быть, пользуйся им пока, я не жадная…

Лили сощурила глаза, собираясь ответить, но тут слизеринка просто бросила перед ней газету и с ядовитой улыбкой удалилась.

Гриффиндорка медленно протянула руку и взяла газету — вечерний выпуск «Магических хроник». С первой полосы на нее смотрели мужчина и женщина с холодными, ненастоящими улыбками. Заголовок заставил девушку замереть: «Откровения Драко Малфоя».

«На светском рауте в поместье Малфоев, посвященном благотворительной акции, что провела Астерия Патрисия Малфой для помощи больнице святого Мунго, ее муж, Драко Люциус Малфой открыл несколько секретов относительно своих планов…».

Лили пробежала глазами абзацы, пока не наткнулась на любимое имя: «…сказал по секрету, что уже на Рождество будет официально объявлено о помолвке между Скорпиусом Малфоем и Присциллой Забини. Молодые люди учатся на седьмом курсе Хогвартса, и, судя по словам счастливых родителей, давно мечтают узаконить свои отношения»…

Лили закрыла глаза, пытаясь дышать. Просто дышать. Газета выпала из рук. Девушка поднялась и, не чуя ног, бросилась прочь из библиотеки. Ей было наплевать, что слизеринцы смеются ей вслед. Она этого не слышала — потому что внутри звенели осколки только что разбившегося сердца.

Часть седьмая: Тенето.[3]

Глава 1. Джеймс Поттер

Он никогда еще не видел своего лучшего друга в таком гневе. Малфой был таким бледным, что мог бы поспорить с больничными простынями мадам Помфри.

Слизеринец бушевал уже второй час, и в комнате не осталось ничего, что еще можно было разбить, кинуть, разорвать или сломать. Если только самого Джеймса, который устроился у стены, на полу, глядя, как Скорпиус мечется из угла в угол.

Выручай-комната услужливо предоставила слизеринцу еще несколько стеклянных сосудов, ворох газет и пару ваз. И снова начали летать обрывки страниц, осколки стекла, от стен отскакивали остатки чашек и ящиков. На сколько еще хватит Малфоя, Джеймс представить не мог. Хотя вполне его понимал…

Скорпиус держался почти неделю, пока не понял окончательно, что Лили не будет с ним разговаривать. Она вообще ни с кем не разговаривала. Даже с братом. Хлопала дверями, пряталась, убегала, кричала и испепеляла взглядом.

Джеймс знал: сестра не простит, пока не узнает правды. Но как она узнает, если даже в одном коридоре не хочет находиться с Малфоем. Самого Джеймса она обозвала предателем, упрекнув его в том, что брат не убил друга за такую подлость. Когда Джеймс пытался объяснить, что Скорпиус вообще ни при чем, она просто развернулась и убежала. Она не стала слушать Ксению. Она отказалась говорить на эту тему с Розой. Она поссорилась с Хьюго. Был вариант подослать Аманду, но Джеймс боялся, что хаффлпаффка просто все напутает и толку будет ноль.

Три дня они пытались загнать Лили в угол и заставить выслушать. На четвертый написали ей письмо. Судя по всему, она даже не стала читать. На пятый Джеймс предложил оглушить ее, но Малфой взъярился и из гордости отказался. Сегодня слизеринец бил все вокруг, потому что он видел Лили в парке с Грегори — они сидели на скамейке и о чем-то разговаривали.