Лекции Президентам по Истории, Философии и Религии - Ключник Роман - Страница 315

Я подготовил на Востоке мои отряды «Тотенкопф»(«Мёртвая голова»), приказав им убивать безжалостно мужчин, женщин и детей польского происхождения… Только таким образом мы завоюем необходимое жизненное пространство… Польша будет — обезглавлена и колонизирована немцами… Будьте твёрдыми и беспощадными».

Гитлер также решил использовать старый придирочный трюк со «свободой» немцев в польском, некогда немецком городе Гданьске (Данцинге), и в «Белой книге» (изд. в 1939 г.) были собраны все «зловещие преступления поляков над немцами».

Сталин уже чувствовал запах войны и находился в безвыходном положении — Германия во главе с Гитлером фантастически быстро набрала огромную силу, а у Сталина страна к войне ещё не была готова. «Новая империалистическая война стала фактом» — сказал Сталин на 18 съезде ВКПб 10 марта 1939 г. И в апреле 1939 г. Сталин сделал заведомо безнадёжный шаг — предложил Англии и Франции заключить договор о взаимопомощи на случай войны, переговоры начались и быстро закончились ничем. Наблюдая за этими переговорами, и желая наверняка их сорвать, Гитлер неожиданно для Сталина сделал предложение — подписать выгодный договор между СССР и Германией.

И Сталин, как обречённая жертва, сделал отчаянный ход — пошёл навстречу Гитлеру в надежде начать переговорную игру и выиграть какое‑ то время.

Если Сталин мог попробовать играть с Гитлером, то Гитлер, дважды орденоносный солдат с давно ущемленным достоинством после Первой мировой войны уже играл не столько с СССР, сколько с Францией и Англией — «этот союз (Германии с СССР) — главный козырь, который я приберегу до конца игры. Возможно, это будет самая решающая игра в моей жизни» — говорил в азарте Гитлер.

Сталин решил перестраховаться и придержать Гитлера подальше от границ своей страны и с этой целью предложил руководству Польши заключить военный договор. Руководители Польши оказались в незавидном положении между двух мощных огней, — понимали грядущую агрессию Германии и не хотели отдаваться Сталину, ибо предложение Сталина восприняли как военную хитрость. В любом случае поляки теряли свою независимость. В этой ситуации они логично обратились за помощью к Франции и Англии.

Таким образом, теперь многое зависело от позиции Англии и Франции, которые играя в свои мудрёные игры и преследуя свои интересы не стали подписывать с Польшей договора. Прекрасно зная планы Гитлера, они уже принесли Польшу в жертву — и стали уговаривать польское руководство подписать договор с СССР, чтобы быстрее столкнуть Германию с СССР.

Но как отмечает историк Грюнберг: «Союзникам Польши не удалось уговорить её правительство принять предлагаемую Советским Союзом военную помощь».

В ночь на 24 августа 1939 г. в Москве был подписан советско-германский договор.

«Советский Союз согласился подписать этот пакт (с Германией), будучи уверенным, что Великобритания и Франция станут тянуть с началом наступления на Западном фронте в случае нападения Гитлера на Польшу. — отмечает Грюнберг, — Учитывая это, логично было предположить, что всё бремя агрессии ляжет на Восточный фронт. В этой ситуации Советский Союз мог оказаться в состоянии войны даже на два фронта, — против Германии и, что тогда ожидалось, — Японии».

Хотя Англия и подписала, наконец-то, за шесть дней до нападения Гитлера на Польшу договор с Польшей, и объявила формально войну Германии после нападения её на Польшу 1 сентября 1939 г., но практически ничем Польше не помогла, оставив её один на один с гитлеровской Германией.

Когда Гитлер обрушил мощнейший военный удар на Польшу, — в это время на западных границах Германии стояла огромнейшая англо-французская армия — 2,6 миллиона солдат. Девяносто (90) английских и французских дивизий на западном фронте против 25 пехотных немецких дивизий. Вся техника немцев была переброшена к польской границе.

Подлым и предательским поведением Англии и Франции по отношению к Польше удивлялись даже немецкие генералы, ожидавшие военного удара от англо-французских войск. — Фельдмаршал Вильгельм Кейтель: «Мы, солдаты, всегда ожидали удара со стороны западных держав, т. е. Франции, во время компании в Польше. Мы были поражены, что на Западе… ничего существенного не происходило.., — от голландской границы вплоть до Базеля, у нас было лишь 5 дивизий, не считая 20 дивизий, постоянно размещённых вдоль линии оборонительных укреплений.

С чисто военной точки зрения французская армия во время польской компании не встретила бы серьёзного сопротивления. Поскольку этого не произошло…» — Это признание немецкого фельдмаршала, но эти простейшие истины понимали и все английские и французские политики.

Знаменитый немецкий военноначальник Хайнц Гудериан: «Мы не могли прийти в себя от изумления,… почему французы не использовали сложившуюся ситуацию». Всего через год «мудрые» французы поплатились за это и свободой и позором.

Польшу Гитлеру в течение одной недели (как Францию) не удалось захватить. В течении трёх недель поляки оказывали сопротивление немецким войскам. В этих условиях, когда гитлеровские войска захватили столицу Польши, и все свои войска поляки бросили на борьбу с захватчиками, полностью оставив не защищённые свои восточные границы, — Сталин, совершенно подло, по предварительной договорённости с Гитлером — 17 сентября 1939 г. напал с востока на Польшу, ударил польским войскам в спину. Затем на совместном параде в Бресте советские и немецкие лидеры радостно смеялись над поляками, гордясь своей гениальностью.

И хотя советские историки вслед за советской пропагандой гордо писали (и сейчас пишут в России), что советские войска вошли и их встретили радостно с цветами, и не было ни какого сопротивления, то это ложь — неожиданно советским войскам оказали сопротивление ополченцы, местное население.

Например, город Гродно советские войска штурмовали двое суток, хотя в этом городе не было регулярных войск, а город защищали полицейские, пожарники и ополченцы. И сейчас в центре Гродно на берегу Немана стоит памятник «героически» погибшим советским захватчикам при захвате города.

«Сталин в отношении Польши проводил очень сдержанную политику, уважая чувства этого народа. В сентябре 1939 года Сталин после короткой полувойны с Польшей вернул исторические земли западной Белоруссии и Галиции» — комментирует современный псевдопатриот М.Муравьёв, совершенно «забывая», что Сталин, «уважая чувства этого народа» пленных польских ополченцев и именно интеллигентов: учителей, врачей, пожарников, полицейских и офицеров регулярной армии расстрелял вскоре в наспех организованных концлагерях. А потом ещё долго советское руководство, подбрасывая на место расправ пули от немецких автоматов «доказывало», что это немцы расстреляли более двадцати тысяч пленных поляков.

 По поводу «исторических земель» даже Галиции (!) — во-первых, Сталин прекрасно знал значение международного права и юридических договорённостей между сторон о признании границ. А во-вторых, — разве для него имело значение понятие «историческая земля»? — Разве Литва, Латвия, Эстония и Финляндия были историческими русскими землями?..

В захваченной двумя державами Польше происходили интересные и трагические события, получившие свой отклик в XXI веке. — В 2001 г. польский президент А. Квасьневский принёс публичные извинения перед еврейским народом, об этом много говорили все СМИ к огромному удовлетворению евреев.

Что там произошло? — На той части Польши, которую заняли Советские войска, происходили закономерные для большевизма события — грабёж и репрессии польской буржуазии, раскулачивание польских крестьян и их ссылка в Сибирь и Казахстан, трибуналы, «тройки» и т. п.

Но в отличие от поляков нападение красных войск на Польшу многомиллионное еврейское сообщество встретило как в 1920 г. — как «своих» родных, радостно и оказывало всяческую помощь.

С части Польши, которую захватила Германия 1,5 миллиона евреев перебежали в Советский Союз.

Поскольку поляки за многие века совместного проживания с евреями нашли свой рецепт сожительства — не позволявший еврейскому сообществу достигнуть явной гегемонии в экономике и политике, то евреи в Польше очень старались «помочь» сталинским войскам и спецорганам в аресте своих недругов по бизнесу, по соседству, по селу — многих тех кто жил с чувством собственного достоинства.