Лекции Президентам по Истории, Философии и Религии - Ключник Роман - Страница 211

Эта программа вошла в историю под названием «Апрельские тезисы». Под этим общим названием скрывались две небольшие, но очень важные программные работы — «Письма о тактике» и «Задачи пролетариата в нашей революции».

В эти две работы мы вынуждены заглянуть, так как там есть что-то впервые в истории человечества, совершенно новое в философии общества-государства. Итак, во-первых, — там ставится в самом начале задача перевода существующей революционной ситуации в России во вторую фазу, то есть отбор власти у Временного правительства пролетариатом в лице и под руководством партии Ленина.

В данном случае Ленин как и Маркс, а вернее как известный в это время доктор магии Папюс, использовал тёмную необразованную силу пролетариата для захвата власти. Не случайно Троцкий (!) ещё в 1912 году (во время образования «Правды») назвал с возмущением Ленина — «Профессиональный эксплуататор отсталости рабочего класса…».

А в случае успеха — что делать? Здесь используется опыт 1905 года — создаются на местах Советы, которые, конечно, возглавляются членами партии Ленина. Ленин в этот период ошибочно думал, что существующий в Петрограде Совет Нахамкеса — уже его, Ленина…

По замыслу Ленина местные Советы должны взять на местах под свой жёсткий контроль банки, синдикаты и всё, что представляет интерес. Для наведения и удержания общественного порядка создаётся народная милиция. То есть частично создаются новые государственные органы управления, а часть старых просто меняет название и сотрудников.

То есть создаётся новое государство. А как же фундаментальное утверждение Маркса — ликвидация вообще государства как такового? Да, это создание нового государства, которое необходимо на переходный период к социализму и коммунизму — находил оправдание Марксу Ленин.

Государство на переходный период просто необходимо и именно как аппарат подавления — этот вывод, — это цена и опыт Парижской Коммуны пятидесятилетней давности — тогда из-за расхлябанности, разгильдяйства, частичной анархии и благодаря паникёрам, диверсантам, провокаторам — всё рухнуло.

И Ленин под этот отход от марксизма, вернее — исправление его ошибки, подводит фундамент строгой логики: «Государство в собственном смысле есть командование над массами со стороны отрядов вооружённых людей, отделённых от народа. Наше рождающееся, новое государство есть тоже государство, ибо нам необходимы отряды вооружённых людей, необходим строжайший порядок, необходимо беспощадное подавление насилием всяких попыток контрреволюции…».

Вот вам и пресловутая демократия, — знаменем которой многие годы размахивали все марксисты вплоть до Бунда.

Хорошо, власть в Петербурге можно захватить и удерживать долгое время, может что-то подобное получится и в некоторых крупных других городах, — но как быть с захватом власти и её удержанием на всей огромной территории России, где и пролетариата нет, в сельской местности, в национальных регионах? Какие здесь обманные мотивы предложит Ленин?

И Ленин принимает два верных и важных обманных решения —

Первое — обманный лозунг: «Земля — крестьянам!» Это должно привлечь на сторону партии Ленина всё многомиллионное крестьянство.

Второе — это провозглашение права наций, входящих в Россию, на самоопределение, на отделение от России. Благодаря этим лозунгам Ленин запланировал подключить и возглавить эти две огромные силы.

Ленин, бесспорно, не хотел распада России, государства, которое сам собирался возглавить.

Это был его тактический обманный ход. Ленин провозглашал эти лозунги чтобы не просто иметь сторонников и союзников — просто симпатизирующих, пассивных, не мешающих захватить власть и удерживать её, но этим он хотел иметь активных сторонников-союзников, он пробуждал и освобождал борющуюся на его стороне довольно агрессивную и большую силу.

Пополнив свою армию миллионами крестьян и пробуждающимися к этому времени национал — освободительными движениями, — Ленин бесспорно получал существенное, решающее превосходство над существующей властью.

Фактически Ленин планировал осуществить заоблачную мечту Маркса, исходящую от Гегеля, — оседлать и использовать действующие в обществе объективные законы и закономерности, стоящие над простым человеком, где отдельный человек является только пылинкой или листком гонимым этими ветрами-закономерностями-процессами.

Когда-то Генрих Гейне язвил против намерений Маркса — «Так и знайте горделивые люди действия. Вы не что иное, как бессознательные чернорабочие на службе у людей мысли, которые не раз в смиреннейшей тиши точнейшим образом предсказывали все ваши деяния».

Мечту Маркса — научиться управлять этими процессами и осуществил в своих целях Ленин.

С появлением единого информационного пространства во второй половине XX века технологи от социальной инженерии по призыву духовного ученика Маркса Карла Поппера благодаря телевидению довели науку управления общественным сознанием, сознанием больших масс людей до совершенства.

Хотя, возможно, и до него в истории человечества эффективно использовали знания и сознательно управляли некоторыми процессами короли, цари, императоры и т. д.

А в наше время, изучив опыт Ленина и применив последние научные достижения, многие западные учёные-психологи и специалисты Голливуда превратили это в технологию, и стали руководить многими общественными законами-процессами, даже стали определять наши вкусы и наш выбор, что нам кушать и что нам пить, и во что нам одеваться — в этот момент «демократия» достигла апогея своего развития…

Советские идеологи пытались делать тоже самое примитивным способом пропаганды и дозированием информации. А Сорос постиг науку управлениями мировыми финансовыми процессами и через них и посредством их достиг возможности влиять на политические общественные процессы в мире. Вот история развития этого философского аспекта.

Возвращаясь к Ленину, стоит заметить, что с лозунгом о земле всё ясно — при первом же эксперименте, когда массово появились не симпатичные для коммунистов кулаки, всё закончилось сплошной коллективизацией. Когда уже у власти, то не надо оправдываться и отвечать на глупые вопросы. А для настырных, задающих неприятные вопросы — есть много работы в лагерях.

А вот с национальностями немного сложнее. Ленин довольно сильно рисковал пробуждая-разыгрывая национальный вопрос. Кто-то мог принять это за чистую монету или самостоятельно сознательно сыграть в этой ленинской игре.

Чтобы окончательно уяснить национальный вопрос — послушаем самого Ленина в написанной им в начале 1915 года небольшой работе «Социалистическая революция и право наций на самоопределение»—

«Таким образом, это требование вовсе не равносильно требованию отделения, дробления, образования мелких государств. Оно означает лишь последовательно выражение борьбы против всякого национального гнёта». Для особо непонятливых Ленин объяснял уже в 1917 году —

«Вопрос о праве наций на освобождение непозволительно смешивать с вопросом о целесообразности отделения той или иной нации… Этот последний вопрос партия пролетариата должна решать с точки зрения… интересов всего общественного развития и интересов классовой борьбы пролетариата за социализм». Немного вычурно и мутновато, но понятно.

Ленин понимал преимущества крупных (не делимых на мелкие) государств и писал ещё в 1915 году — «выгоды крупных государств и с точки зрения экономического прогресса и с точки зрения интересов массы несомненны».

Вот с таким теоретическим багажом — интеллектуальным оружием группа безработных «прогрессивных» интеллигентов во главе с Лениным, назвавшая себя партией пролетариата, и «кудрявый Роджер» с оптимизмом приближались к российской столице.

«На финских вейках переехали мы из Швеции в Финляндию. Было уже всё своё, милое — плохонькие вагоны третьего класса… — вспоминала Крупская, — Наши прильнули к окнам.

На перронах станции, мимо которых проезжали, стояли толпой солдаты. Усиевич высунулся в окно.

«Да здравствует мировая революция! — крикнул он. Недоуменно посмотрели на него солдаты. Мимо нас прошёл несколько раз бледный поручик…»