Тьма - Герберт Джеймс - Страница 39

— Но Прижляк мертв.

На этот раз ответа не последовало.

— Всему этому можно дать другое, более обоснованное объяснение, — вымолвил наконец Пек. — Бишоп зациклился на том, с чем он столкнулся в «Бичвуде» около года назад. Возвращение в этот дом могло так сильно на него подействовать, что он увидел все заново.

— Но тогда он обнаружил "только мертвые тела, — сказала Джессика. — А во второй раз он видел, как они убивали друг друга или совершали самоубийства.

— О том, что они были уже мертвы, мы знаем только с его слов. Джессика вопросительно посмотрела на отца.

— Но разве нет свидетеля, видевшего, как Бишоп входил в дом? — спросил старик. — Ведь какая-то женщина с ребенком проходила в этот момент мимо?

— Да, я читал отчет. Но откуда нам известно, что он не заходил в дом и до этого? Что он не был там, когда совершались самоубийства и казни? Из того, что я узнал об этом Бишопе, я понял, что он склонен подходить к сверхъестественным явлениям с научной точки зрения. Разве вы мне не говорили, что Борис Прижляк тоже интересовался подобными вопросами как ученый?

— Да, но...

Пек не дал ему договорить:

— Видите ли, может статься, что наш дорогой мистер Бишоп сам является членом тайной секты Прижляка. Возможно, именно ему предназначено остаться в живых и продолжать то безумное дело, которому они все служили.

— Но это же чепуха! — Джессика залилась краской. — Два дня назад Крис сам подвергся нападению.

— Да, по его словам.

— Я думаю, вы ошибаетесь, инспектор, — спокойно возразил Кьюлек. И посмотрел незрячими глазами на свою дочь и Эдит Метлок. — Мы все думаем, что вы ошибаетесь.

— К тому же, — продолжил Пек, — у меня сложилось впечатление, что Бишоп отрицательно отнесся к вашей идее обследовать «Бичвуд».

— Это так, — согласилась Джессика, — но только сначала. Теперь его отношение изменилось. Он старается нам помочь.

— Вот как? — сухо отозвался Пек.

В гостиную вернулся Роупер и снова уселся на неудобный стул, с нескрываемым облегчением подняв с пола свой стакан. Перед тем как отхлебнуть, он бросил взгляд на Пека:

— Бишоп вышел из дому чуть позже восьми. Наши сыщики сопровождали его до какого-то здания в Туикнеме, под названием фэрвью... нет, фэрфилдский «Дом отдыха».

— Наверное, это лечебница, где находится его жена, — предположила Джессика.

— Психиатрическая?

Она кивнула. Лицо у Пека оставалось непроницаемым.

— Свяжитесь с ними, Фрэнк. Скажите, чтобы доставили Бишопа сюда. Я думаю, что на этом небольшом совещании его присутствие необходимо.

— Сейчас? — Роупер уже поднес стакан к губам.

— Немедленно.

Полицейский снова поставил стакан и опять вышел из комнаты.

Пек пригубил виски с содовой и выжидательно смотрел поверх стакана на Джейкоба Кьюлека.

— Итак, сэр, вы хотели поговорить о теории.

Но слепец был поглощен мыслями о Бишопе. Нет, это невозможно. Крис Бишоп — хороший человек, он в этом уверен. Сложный. Раздражительный. Но ничуть не похожий на Прижляка. Джессике он тоже в конце концов понравился, а она-то разбирается в людях, как никто. Иногда ему казалось, что суждения дочери чересчур строги, чересчур критичны... Поэтому, наверное, ни один из немногих мужчин в ее жизни не соответствовал ее высоким запросам.

— Мистер Кьюлек? — В голосе Пека появились нотки нетерпения.

— Простите, инспектор. Я задумался.

— У вас есть теория, — напомнил Пек.

Ему казалось, что глаза Кьюлека буравят его, и он готов был поклясться, что чувствует, как старик читает его потаенные мысли.

— Это нелегко, инспектор. Вы человек практических действий и, разумеется, не верите в привидения. Но я думаю, что со своей работой вы справляетесь хорошо, следовательно, не лишены воображения.

— Благодарю, — буркнул Пек.

— Позвольте начать с весьма странного события, произошедшего с Эдит два дня назад. А может быть, она расскажет об этом сама? — Он повернулся к медиуму.

— Я телепат, инспектор, или, если вам более привычны другие определения, медиум, духовидец. Так вот, как телепат, я наиболее чувствительна к тем силам и влияниям, которые находятся за пределами нашей повседневной жизни.

— Миру духов?..

— Если его можно так назвать, инспектор. Я в этом уже не уверена. Возможно, у нас совершенно неверное представление о том, что мы называем миром духов. Некоторые мои коллеги начинают испытывать подобные сомнения.

— Вы хотите сказать, что никаких... привидений не существует?

В гостиную снова вошел Роупер и бросил на Пека удивленный взгляд. Он кивнул своему начальнику в подтверждение того, что приказание того выполняется, затем занял свое место и потянулся за стаканом.

— В том виде, как мы их раньше представляли, пожалуй, нет, — ответила медиум. — Мы всегда думали, что это отдельные духи, существующие в ином мире, отличающемся от нашего только тем, что он расположен на более высоком уровне. Ближе к Богу, что ли, если хотите.

— И все это оказалось не так?

— Я этого не утверждаю. — В ее голосе промелькнуло раздражение. — Мы просто не знаем. У нас появились сомнения. Возможно, мир духов не так уж сильно удален от нашего мира, как мы всегда считали. И они существуют не в виде отдельных существ, а как единое целое. Как некая сила.

Пек нахмурился. Роупер шумно допил свое виски.

— Инспектор, я попробую объяснить вам это в другой раз, — вмешался Кьюлек. — По-моему, Эдит следует рассказать вам, что случилось с ней два дня назад.

Пек кивнул в знак согласия.

— Я живу одна в маленьком доме в Вудфорде, — начала Эдит. — В среду вечером — было уже поздно, где-то около одиннадцати, — я слушала радио. Мне, знаете ли, очень нравятся передачи, построенные на непосредственном контакте со слушателями. Иногда полезно узнать, что думают о состоянии нашего мира обычные люди. Но радио вдруг стало потрескивать, будто где-то поблизости включили мощный двигатель. Сколько я ни подстраивала, помехи не исчезали. Сначала короткими импульсами, затем все более продолжительными. В конце концов они превратились в непрекращающееся жужжание, и я выключила приемник. И тут, сидя в тишине, я ощутила какую-то перемену в атмосфере. Полагаю, я не заметила этого раньше только потому, что мое внимание было слишком поглощено моим несчастным приемником. В этой перемене не было ничего пугающего — призраки часто дают о себе знать без приглашения, — (Поэтому я откинулась в кресле и позволила им войти. Мне потребовалось всего несколько секунд, чтобы осознать, что это было нечто дурное.

— Постойте, — прервал ее Пек. — Вы только что сказали, что уже не уверены в существовании призраков.

— Какими мы их себе представляем, инспектор. Но это не означает, что все то, чего мы не воспринимаем своими органами чувств, не существует. Игнорировать невероятное количество зарегистрированных сверхъестественных явлений невозможно. Я хочу подчеркнуть, что в ту минуту я никак не могла понять, кто именно воспользовался мной как посредником.

— Продолжайте, пожалуйста.

— Я почувствовала, что мой дом окружен какой-то... темной пеленой. Казалось, чернота ползала вокруг дома, прижимаясь к окнам. И какая-то ее часть уже достигла меня. Часть проникла в мое сознание, стремясь заполнить его целиком и поглотить меня. Но для этого она должна была сначала физически меня подавить, а ей что-то мешало.

— Ваша сила воли? — спросил Пек, не обращая внимания на усмешку Роупера.

— Отчасти. Но не только. Я вдруг поняла, что союзником и извечным спутником этой силы является тьма. Не знаю, что заставило меня так поступить, но я включила в доме все лампы. Во всех комнатах...

«В этом нет ничего необычного», — подумал Пек. Лично он не знал ни одной одинокой женщины, которая не боялась бы темноты. Многие мужчины тоже боятся, хотя никогда не признались бы в этом.

— Я почувствовала, что давление ослабело, — продолжала медиум, и по выражению ее лица Пек понял, что она сейчас как бы заново переживает это событие. — Но за окнами чернота эта существовала... и поджидала. Я была вынуждена блокировать свое сознание, чтобы не поддаться настойчивому желанию впустить ее в себя. Казалось, что-то хочет меня поглотить. — Она вздрогнула, и Пек тоже почувствовал холодок на затылке.