– В вашем возрасте, – говорит Фима нравоучительно, когда Ишутин пробегает мимо, – пора научиться врать как следует, что это за любительство – "я не гово- рил, я не знаю!"

– Я не врал!

– А меня возмущает, – говорит Мила Руткевич, – как могут еще сохраняться лю- ди, на глазах которых двое здоровых мужчин тащат беззащитного мальчика, и он не только не вмешивается, но и скрывает это.

– А может, у них есть право мальчиков носить? – огрызается Ишутин.

– Вы подлец, – говорит Садовский. – Я вас вызываю на дуэль любым удобным ору- жием, в любое время и место, ну?

Ишутин не отвечает – он бежит по улице.

– Его уже не перевоспитать, – говорит Алиса.

– Вот это мне не нравится, – говорит Крыс, стоя у окна.

Коля лежит на полу, глаза закрыты.

– Чего там? – говорит Весельчак, отодвигая Колю ногой. – Придется подождать. Отключился. Слабенький попался.

– А то, что тот трус, который книжку читал, попался им в лапы.

– Кому им? Кто читал? Ты не путай, ты говори.

– Ага, – говорит Крыс. – Они совещаются. Скоро сюда побегут. Наверное, выпы- тали.

– Кто побежит?

– Ихние дети. И среди них… Погоди-ка, что она делает?

Весельчак подходит ближе, тоже глядит в щель между досками.

– Клянусь чернотой Галактики, миелофон уже у девчонки. Мы опоздали, Весель- чак!

– Как?

– Она наушник из уха вынула… Видишь?

Весельчак неожиданно достает старомодные очки и напяливает на нос.

– Если у нее, давай схватим!

– Она не одна. Очень даже не одна.

– Что мы их, не раскидаем?

– Их-то раскидаем. А потом что? Все равно мы должны здесь дежурить, пока вре- менная дверь откроется.

– И подождем.

– А они на нас милицию напустят.

– Но ведь этой Алисе тоже надо обратно.

– Слушай, Весельчак, давай сделаем, как я предлагал.

– Остаться здесь?

– Конечно, здесь куда больше возможностей. С миелофоном и нашими талантами. Рванем куда-нибудь в эту… Латинскую Америку. Государство себе оторвем. Дикта- торами станем, хунтой, а?

– Нет, ты не поймешь, я по космосу тоскую. По настоящим делам. Что мне Гонду- рас? Мне планеты подавай, звездные системы… – говорит Весельчак.

– У нас меньше минуты. Они кончили совещаться. Пошли к дому.

– А что с этим делать?

– Ничего не делать. Он нам больше не нужен.

Ребята наблюдали за домом из кустов.

– Значит, так, – говорит Сулима. – В дом идут только ребята. Я, Садовский…

– Кому-то надо охранять женщин, – говорит Фима. – Я беру это на себя.

– Вас понял, – говорит снисходительно Сулима. – Тебе самая трудная задача.

– Трудностей не боюсь, – не понял насмешки Фима.

– Еще неизвестно, кого кому придется охранять, – говорит Альбина.

– Борис, Гена, пойдемте?

– Что за вопрос? – говорит Борис.

– Я тоже пойду, – говорит Алиса. – Не спорьте… Я умею и прыгать, и бегать, и драться. И знаю о них больше.

– А мы что? – спрашивает Катя.

– Вы следите за всеми окнами. Они могут попытаться уйти. Если видите что-ни- будь подозрительное – сразу поднимайте шум. И не выпускайте их из виду.

– Не беспокойся, – говорит Мила.

– Только не подходите близко, – говорит Алиса. – Это, честное слово, не шут- ки. У них же оружие. И они трусы. А трусы всегда опасны. Я бы и ребят не пуска- ла.

– Ну ладно, чего разговаривать, – говорит Борис. – Пошли.

Они идут к дому. Девочки по указанию Кати расходятся так, чтобы видеть окна дома.

В доме Крыс стоит у окна. На первом этаже.

Он оборачивается к Весельчаку.

– Я пошел, – говорит он. – Они уже близко. Ты все запомнил?

– Не дурак, – говорит Весельчак.

Крыс идет к окну, раздвигает доски…

Мы видим, как раздвигаются доски со стороны двора. Из дома выскакивает Коля Герасимов.

Он бросается бежать от дома.

– Коля! Герасимов! – кричит Альбина. – Ты куда бежишь! Не бойся, мы тебя спа- сем.

Но Коля бежит от дома.

На крик оборачиваются те, кто собирался войти в дом.

– Он от них убежал! – говорит Сулима.

– Он не откликается. Он в шоке! – говорит Юлька и бросается за Герасимовым.

Все бегут за Герасимовым.

Алиса смотрит им вслед. Потом осторожно достает из кармана шнурок миелофона. Только она хочет вставить микрофон в ухо, как слышит сверху слабый голос:

– Алиса, на помощь…

Там, между досок, видно лицо Коли Герасимова.

– Они меня заперли! – плачет Коля. – Скорее. Я не выдержу! Там Крыс вместо меня побежал… Это не настоящий. Это не я! Скорей.. Ой!

Кто-то оттягивает Колю от окна – его лицо пропадает.

Алиса кидается к двери в дом. Открывает ее.

В тот момент, когда она скрывается в доме, ее видит вышедшая из арки тренерша Марта Скрыль.

– Девочка моя! – кричит Марта. – Ты не понимаешь, от чего ты отказываешься.

Алиса бежит вверх по лестнице. Открывает дверь. Коля лежит связанный посреди комнаты.

– Нет, – шепчет Коля, – не найти… Вам его не найти…

Алиса бросается к нему. Начинает распутывать веревки.

– Коля! Сейчас… Как же ты… – Она останавливается. – Как же ты подходил к окну?

Она настороженно оглядывается.

– Простите, – Весельчак У играет бластером, – к окну подошел я. Ты, моя крош- ка, не сообразила, что Коль может быть не два, а три! Мы неплохо провели опера- цию. Ты куда? Ни с места!

Ребята выбегают на улицу. Одинокая старушка бредет, опираясь на палку. Коли не видно.

– Где же он? Он только что здесь бежал! – говорит Альбина.

– Бабушка, здесь мальчик не пробегал? – спрашивает Фима.

– За молоком ходила, милый, за молоком, – говорит бабушка.

– Там Алиса! – сообразила Юлька.

Она первой бросается обратно. Ребята стоят в растерянности. Мила Руткевич го- ворит:

– А может, это все же был Коля? Ну он же совсем как настоящий.

– И в шоке, – говорит Альбина. – Его надо еще поискать. Он наверняка спрятал- ся.

– Ищите, – говорит Сулима. – Садовский, за мной!

Они бегут вслед за Юлькой.

Весельчак повернул Алису лицом к стене, вытаскивает у нее из кармана миело- фон.

– Вот и отлично, – говорит он. – А ты бегала, скрывалась. Ну кто может скры- ться от всемогущего Весельчака?

– Вы опять напали на эту девочку? – спрашивает, войдя в комнату, Марта Скрыль.

– Я должна вам сказать…

– К стене, мымра! – рычит Весельчак.

Он замахивается пистолетом.

Юлька подбегает к дому.

И видит, как доски, которыми забито окно на втором этаже, разлетаются и отту- да громадной тушей вылетает Весельчак У. Он падает на землю.