Желанная - Хенли Вирджиния - Страница 95

— Хоксблад держал здесь женщину. В этом дворце, — широко раскрыв глаза, прошептала Брайенна, все еще не в силах опомниться и поверить, что все происходит на самом деле.

— Сядь, мой ягненочек. Не стоит печалиться из-за этой француженки, — утешала Адель, свирепо глядя на Пэдди.

Тот лишь беспомощно пожал плечами и спросил:

— Какая спальня вам по вкусу, миледи?

Обида быстро сменилась яростью. Кажется, все, кроме нее, знали о баронессе!

— Не важно. Все комнаты очень красивы. Постарайся только выбрать такую, которая надежно запирается!

Пэдди мгновенно исчез.

— Он держит в плену ее и ее брата-барона, дожидаясь купа. Она его узница, а вовсе не то, чем кажется.

— Да? И чем же она кажется, Адель?

— Ну… — покраснела камеристка, — ты же понимаешь… его любовницей.

— Вот именно! Почему бы не добавить — одной из его любовниц. Он ведь араб, не забывай!

— О, мой ягненочек, не дай ей испортить радость пребывания в этом дворце! Здесь все великолепно: есть мраморный бассейн, сады, фонтан и пруд, выложенный зелеными плитками, с резвящимися в нем золотыми и серебряными рыбками, и…

— Ну, конечно, ты права, не стоит из-за нее портить себе удовольствие. Кстати, Пэдди не рассказал тебе, как удалось арабу завладеть этим дворцом?

Адели стало ясно, что Брайенна в бешенстве, если называет мужа «арабом».

— Когда Хоксблад впервые был в Бордо и увидел дворец Уоррика, он купил соседний, хотя ни разу не видел графа и только подозревал, что тот — его отец. Пэдди сказал, что Кристиан сделал это из гордости. Он должен был купить дом лучше и больше, чем у графа.

— Но где он взял деньги?

— Пэдди только сказал, что Хоксблад заплатил золотом.

— Ну что ж, вижу, Пэдди знает все на свете. Кстати, он упомянул, где его хозяин умудрился украсть столько золота?

Адель прикусила язык. Не похоже на Брайенну — быть такой язвительной!

— Пойду посмотрю, куда он поставил твои сундуки, — ушла она от ответа. — Отдохни пока немного.

Адель нашла Пэдди в красивой, выкрашенной в нежно-розовый цвет комнате по другую сторону холла.

— Ты проклятый осел, Пэдди! Почему не выгнал ее из хозяйских покоев до приезда Брайенны?

— Потому что она чертова баба! Такие родятся на свет, только чтобы сеять беду и смуту.

— Вот это мило!

— Но, дорогая, я не имел в виду тебя, потому что знаю, ты избегаешь скандалов, как чумы! Поэтому послушай моего совета: не показывайся мне не глаза, пока не появится хозяин. Он заткнет рот Лизетт, и, если леди Брайенна попытается скандалить, он и с ней справится! Вот ее проклятый ключ, много от него пользы, как же!

Пэдди протянул Адели ключ.

— Пожелай мне удачи, дорогая! Нужно вытащить француженку за шиворот и запихнуть в какую-нибудь дыру.

У леди Джоан Холланд тоже было немало вещей. Одежда, меха и драгоценности занимали около дюжины сундуков. Даже перина была принесена на борт, чтобы леди могла отдохнуть с комфортом до отплытия корабля Они отправлялись с утренним приливом, и Джоан со слезами прощалась с братом.

— Жаль, что ты не едешь с нами, Эдмунд!

— Я наместник короля здесь, в Кале, Джоан, — с сожалением вздохнул граф.

— Только не притворяйся, что ты несчастлив здесь, Эдмунд! Твое положение привлекает женщин, как нектар пчел.

— Положение и власть — это все, помни, милая, — подмигнул Эдмунд.

— Почему мужчины всегда такие грубияны?!

— Только не говори мне, что материнство превратит тебя в ханжу, — поддразнил брат.

— Пора тебе жениться и завести детей, Эдмунд. Моей малышке нужны кузены, чтобы было с кем играть.

Джоан поцеловала брата.

— До свидания, Эдмунд! Я буду скучать по тебе.

— Ты полюбишь Бордо. Юг Франции — это рай. Беззаботное лицо на мгновение стало серьезным.

— И, ради Бога, береги себя, Джоан.

Он окутал ее меховым плащом и крепко обнял.

— Ангелы позаботятся обо мне, Эдмунд, — тихо сказала она.

— Надеюсь, родная.

Дюжина рыцарей Холланда провожали на судно Джоан и Глинис. Сэр Джон должен был провести последнюю ночь в штаб-квартире гарнизона и прибыть на корабль прямо к отплытию.

Эдмунд Кент вышел из дома Джоан и направился к штаб-квартире в самом центре Кале. Холланд приветствовал зятя:

— Рад, что вы зашли, милорд граф. Я назначил сэра Невилла Уигса своим заместителем. Он не прочь прибегнуть к силе, если понадобится.

— Не думаю, что в Кале начнутся волнения. По-моему, здесь привыкли к англичанам, в городе уже английские порядки. Хотя на пристани еще есть злачные места с насквозь прогнившими шлюхами.

— О, нет, — покачал головой Холланд, — наоборот, контроля требуют скорее дорогие бордели на южной стороне. Я мог бы показать вам места, которые обязательно должны охраняться… Если, конечно, у вас возникнет желание пройтись, милорд.

— Ну что ж, по удивительному совпадению, я как раз собирался прогуляться в том направлении! Нет лучшего средства разжечь аппетит к ужину!

Мужчины направились на юг к большим особнякам, где жили богатые бюргеры, миновали величественный дом, где остановилась королева, и завернули за угол в какую-то аллею.

— Именно вот на таких тихих улочках чаще всего совершаются преступления, и стража должна обходить их дозором. Кстати, вот и один из наших людей! Все, как я приказал.

Пока вооруженный рыцарь приближался к ним, Холланд быстро обнажил нож с широким лезвием и заостренным концом и с силой вонзил его в спину Эдмунду Кенту. Тот с приглушенным: криком свалился на землю между обоими мужчинами. Холланд повернул и вытащил нож. Теперь кровь хлынула потоком.

— Нож в спину — довольно распространенный способ убийства здесь, в Кале, — заметил Холланд. — Грабители часто подстерегают одиноких прохожих.

Холланд нагнулся, чтобы вытащить кошелек из-за пояса умирающего, и усмехнулся, глядя в затуманенные смертью глаза:

— Не волнуйся за мою жену, она только что приобрела целое состояние.

Он вытер окровавленный клинок платком и вновь сунул в ножны.

— Сэр Невилл, если вечером узнаете о каком-то несчастном случае или беспорядках, будьте добры доложить о них после отплытия судна.

Уигс браво отсалютовал мечом.

— До свидания, сэр. Спасибо за доверие. Вы не пожалеете об этом.

Пэдди нашел Хоксблада в конюшне. Он и Уоррик только сейчас закончили зашивать раны боевых коней полученные при переезде из Англии. Собственно говоря еще повезло, что ни одно животное не погибло. Когда хотя бы одна лошадь в трюме обрывает путы, последствия могут быть катастрофическими.

Целый день они выгружали коней — самый ценны груз. Скакунов, принадлежавших королю и дворянам завели в конюшню, остальных — в загоны под открыты небом.

Заметив выражение лица Пэдди, Хоксблад сразу заподозрил неладное.

— Что-то случилось?

— Вроде того, милорд.

Али, который последние восемнадцать часов без отыха возился с лошадьми, презрительно поморщился.

— Мы справились с тремя сотнями боевых коней ты не можешь успокоить двух женщин?!

— Трех женщин, и поверьте — они могут натворить больше бед, чем триста лошадей!

Уоррик вопросительно поднял брови.

— Насколько я понимаю, та французкая кобылка, за которую ты хочешь получить выкуп, скорее любовница, чем пленница?

— Нет, черт возьми! Она никогда не была моей любовницей! Христос, один раз переспать с девкой и потом расплачиваться за это всю жизнь!

Он в раздумье глянул на отца.

— Не согласишься ли приютить Сен-Ло, пока за них не заплатят выкуп?

— Придется, если я хочу, чтобы мой сын прожил в мире и согласии до конца дней своих, — ухмыльнулся Уоррик.

Все четверо направились к белым каменным дворцам, залитым лунным светом. Когда Уоррик отделился от остальных, чтобы зайти к себе, Кристиан предупредил:

— Мы сейчас вернемся.

Открывая дверь в высокой стене, окружавшей дворец, Кристиан осведомился: