Желанная - Хенли Вирджиния - Страница 92

Всю ночь король и Кэтрин де Монтекьют бодрствовали над умирающим Уильямом. Рана, полученная в обшей схватке, казалась пустяком по сравнению с теми, какие он получал в битвах. Но состояние графа Солсбери ухудшалось с каждым часом. Магистр Джон Брей, личный врач короля, не отходил от него весь день, а ночью поднял короля с постели, поняв, что граф не доживет до утра.

— Неужели ты больше ничего не можешь сделать? — допытывался король.

Сердце его сжалось, когда он увидел страдание и сознание вины в глазах Кэтрин.

— Нет, Ваше Величество. Похоже, что копье было отравлено и яд быстро разошелся по телу.

— Тогда ты можешь покинуть нас. Я хочу остаться с ним до конца. По крайней мере, это мой долг.

Король одной рукой сжал пальцы Уильяма, другой — ладонь Кэтрин, словно вливая в них собственную силу и энергию.

Уильям так и не пришел в сознание и испустил дух за несколько минут до рассвета. Стоя на коленях, Эдуард и Кэтрин рыдали над мертвецом.

— Любовь моя, не надо, чтобы нас видели вместе, — шепнул король. — Злые люди будут говорить, будто я убил его, чтобы получить тебя. Эти волки раздерут в клочья твою репутацию. Слухи об отравлении разнесутся быстрее лесного пожара, если мы не расстанемся сейчас. Я хочу, чтобы тебя и Уильяма по-прежнему уважали, пойми, я боюсь навлечь на тебя бесчестие.

Кэтрин взглянула в полные боли глаза короля: «У меня были оба, а сейчас не осталось ни одного/» — потрясенно думала она, пряча жгучую боль в сердце. Кэтрин понимающе кивнула. Если душа Уильяма еще здесь, он узнает, что они любили друг друга, но никогда не желали его смерти. Увы, ему станет известно об их неверности, но ведь людям свойственно ошибаться и грешить.

Глава 34

Король Англии не находил себе места. После смерти старого друга Уильяма де Монтекьюта, Виндзор казался клеткой. Кончина Уильяма заставила короля понять, что жизнь коротка, а смерть неминуема. Возможно, он ошибался, подчинив всю свою жизнь одной цели — покорению Франции. Сам он в расцвете сил, обстановка в государстве благополучная, празднования по случаю его великой победы будут продолжаться еще много лет. К тому же он основал Орден Подвязки для самых мужественных и храбрых рыцарей Англии. Его Совет настаивал на заключении мира. Войны обходились дорого, а после битвы при Креси и Кале, а также затрат на пышный турнир в Виндзоре, казна вновь опустела.

Неожиданно события во Франции полностью изменили ситуацию. Король Филипп умер, и на трон взошел его сын Жан. Смерть также пришла за Папой, и вскоре был избран новый Папа, Иннокентий.

Король Эдуард созвал Совет, чтобы составить план на будущее. Члены Совета были против того, чтобы залезать в огромные долги ради продолжения войны с Францией. Поэтому было решено послать герцога Ланкастера к новому Папе, в Авиньон, с предложением условий мира, если права короля Эдуарда как суверена Франции будут безоговорочно подтверждены. Кроме того, намечалось также послать делегацию к королю Наварры Карлу, чтобы укрепить союз между Англией и Наваррой, поскольку было известно, что Карл ненавидел нового правителя Франции.

Принцесса Изабел влюбилась в Эзи, сына лорда Альбре из Гаскони, поэтому начнется обсуждение пунктов брачного контракта, а рука младшей сестры Изабел, принцессы Джоанны, будет предложена Педро, наследнику трона Кастилии: итак, все переговоры будут иметь целью обретение союзников по другую сторону Ла-Манша.

Королева Филиппа предложила всем двором отправится Бордо. Предстояло нелегкое путешествие, и сборы начались немедленно.

Черный Принц, однако, был полон решимости вновь собрать свое войско и вернуться в Кале, чтобы предпринять очередное наступление. Он решил снарядить войско и платить своей десятитысячной армии из дохода, приносимого его оловянными рудниками в Чешире. Король, всегда заботившийся о безопасности и благополучии семьи, решил, что Черный Принц должен вести армию в Бордо. Большинство английских владений во Франции входило в южные провинции, и стоило, следовательно, завоевывать земли по соседству с этими владениями.

Принц Эдуард не мог не признать обоснованности этого предложения. Но Джоан была в Кале, и принц больше не мог выносить разлуку. Когда он возразил, что должен посетить Кале и проверить, как несет свои обязанности оставленный гарнизон, отец отмел все его предложения:

— Нет, Эдуард, прочти ежедневные отчеты. Кале теперь английский порт, весь, до последнего камня. Людям гораздо лучше под властью англичан, и они это прекрасно сознают. Наш флот удерживает гавань, и торговля день ото дня все больше процветает. Я хочу, чтобы ты отправился на юг, и Уоррик со мной согласен.

У принца Эдуарда не было другого выхода, кроме как сдаться. Он немедленно уселся писать письма своей возлюбленной Джоан, ее брату Эдмунду и сэру Джону Холланду.

Холланд сидел за столом, заваленным пергаментами и счетными книгами. Главный камергер короля — должность, на которой можно получать большое жалованье без особого труда. Он нанимал большой штат слуг для ведения хозяйства в каждом королевском замке и такую же ораву клерков для записи расходов.

Холланд прекрасно умел считать и еще лучше находить возможности для получения прибылей. Сотни торговцев и поставщиков едва ли не дрались за честь снабжать припасами королевское семейство и знали, что вовремя данная взятка поможет избавиться от конкурентов.

Холланд выглянул из окна на небольшой двор, где сидела его жена под цветущим каштаном.

Какая прекрасная картина! Дорого бы он дал, чтобы стать частью ее, но Эдмунд Кент постоянно следил за сестрой, как сторожевой пес.

Глаза Холланда настороженно сузились. Граф Кент был развратником, не знавшим счета деньгам, имевшим по три-четыре любовницы сразу. Его отец оставил сыну огромное состояние, так что Эдмунду не приходилось беспокоиться о расходах.

Холланд поднял пергамент и расправил его толстыми пальцами. Там было написано, что у Эдмунда были и другие титулы, кроме графа Кента и лорда Уэйк Лиддела, а это означало, что владения его еще более обширны, чем считал Холланд, и, пока Эдмунд не был женат, наследницей оставалась не кто иная, как жена Холланда, Джоан.

Главный камергер короля пристально наблюдал за братом и сестрой. Он мечтал заполучить не только богатство Эдмунда, но и Джоан. Она так прекрасна, так полна жизни, даже сейчас, когда беременность уже очень заметна. Она привлекала глубоко чувственную натуру Холланда, стала для него навязчивой идеей еще и потому, что была запретным плодом. В эти дни он часто вспоминал о разговоре с Робертом де Бошемом. Хватит ли у него смелости? И ума, чтобы выйти сухим из воды? Каждый день он подсознательно ожидал получить известие о смерти Эдуарда. Эта смерть сделала бы принца Лайонела наследником трона.

Холланд ничем не мог ускорить дело. Оставалось только ждать и молиться, но зато он мог предпринять кое-что здесь, в Кале, чтобы увеличить собственное состояние. Поскольку судьба помогает тем, кто заботится о себе, Холланд решил захватить огромное состояние графа Кента.

Наблюдая за сидевшей во дворе Джоан, Холланд все время представлял то, что он хочет сделать с ней, и то, что она могла бы делать с ним по его желанию. Веселый смех Джоан наполнял дом, а улыбка освещала комнаты. Холланда снедало вожделение лишь при одном взгляде на жену, но она видела лишь своего проклятого братца. Рука Холланда скользнула внутрь трико. Придется самому принести себе облегчение, прежде чем прочесть остальные депеши. Но он поклялся себе, что вскоре его избалованная жена будет биться под ним, придавленная его телом. Уж он-то знает, как получать массу удовольствия!

Когда Холланд вернулся к столу, солнце уже садилось и во дворе никого не было. Кент, скорее всего, занят очередными похождениями, а Джоан ужинает у себя в компании камеристки. Он потянулся к депеше, обозначенной «срочно», и, когда прочитал, руки затряслись от бессильной ярости. Принц Уэльский сообщал, что двор отплывает в Бордо и присутствие там Холланда, как главного камергера короля, необходимо.