Желанная - Хенли Вирджиния - Страница 75

— Эти шотландцы как нелюди, — объяснял Эдуард другу. — Каждый возит с собой сковороду и мешок с овсом, чтобы в пути не заботиться о пропитании.

— Я слышал, они бесстрашные бойцы, — заметил Хоксблад.

— Да, особенно горцы. Настоящие дикари на своих пони! Наши церкви и аббатства ничего для них не значат. Шотландцы разрушают их и сжигают, просто так, для забавы. Насилуют и похищают английских женщин.

— Похоже на бешеных турок, — покачал головой Хоксблад, а Пэдди и Али обменялись встревоженными взглядами.

Оказавшись в Йорке, они присоединились к английской армии, собранной северными магнатами, и отправились дальше, в Дархем, за шестьдесят миль к северу. Шестнадцатого октября Уильям Дуглас, шотландский полководец, поднялся на холм и увидел лагерь англичан, раскинутый у Невиллз-Кросс. Повернув коня, Дуглас помчался к королю Дэвиду. Тот зашелся смехом:

— Английская армия во Франции, друг мой! В. Англии не осталось ни одного мужчины, если не считать монахов, свинопасов, портных да кожевников!

На рассвете семнадцатого октября королю пришлось убедиться в обратном. Англичане атаковали шотландскую армию. Дэвид впал в ярость, велел принести доспехи, но его вожди попытались воспротивиться.

— Вы не представляете, что такое их лучники! Чудеса творят своими луками и стрелами. Говорят, именно они выиграли битву при Креси.

Дэвид заскрипел зубами.

— Кто еще раз осмелится напомнить мне о Креси, лишится головы, — заревел он и ринулся в гущу битвы. В него мгновенно впились две стрелы, а третья поразила коня. С трудом поднявшись, он взглянул в самое темное и свирепо-жестокое лицо, которое когда-либо видел в жизни. Король Дэвид в страхе попытался ударить незнакомца в челюсть латной перчаткой, но тот лишь усмехнулся, понимая, кто попал ему в руки!

Дуглас поспешил на помощь королю, но был взят в плен принцем Эдуардом. К концу дня англичанам удалось захватить также сэра Малколма Флеминга и графов Файфа и Монтейта.

Когда Кристиан Хоксблад доставил Дэвида к королю Англии, тот немедленно посвятил его в рыцари! Хоксблад запротестовал было, убеждая короля, что он уже давно посвящен, но Эдуард гордо объявил:

— Только не моей рукой!

Принц Эдуард и оруженосцы стояли рядом и улыбались, когда Кристиан опустился на одно колено и склонил голову перед королем, чтобы принять посвящение.

После отъезда короля и его людей в Шотландию, Брайенна сразу же отправилась к Джоан.

— Что сказал Эдуард, когда узнал о ребенке? — тихо спросила она, мысленно готовясь мужественно встретить плохие новости и порадоваться хорошим.

— Я ничего не сообщила ему, — пролепетала Джоан.

— Не сообщила? — недоверчиво охнула Брайенна.

— Не сердись! Я просто не смогла заставить себя выговорить эти слова! Мы так мало пробыли вместе! Я поеду во Францию с принцессой Изабел и предчувствую, что все будет хорошо. Честное слово!

— О, дорогая, конечно, все будет хорошо, но ты должна во всем признаться. У тебя просто нет выбора.

— Знаю. Обещаю тебе, что расскажу ему, как только увижу. А сейчас нужно шить тебе приданое, Брайенна. Хочу, чтобы ты в своем подвенечном наряде затмила принцессу Изабел.

Брайенна вздохнула, но тут же тихо рассмеялась. Джоан, как всегда, не желает думать о неприятных вещах. И в этом Брайенне хотелось быть похожей на подругу. Гораздо легче жить, когда обо всем беспокоятся другие.

Еще до конца октября король и наследник с победой вернулись в Виндзор. В замке царила праздничная атмосфера. По вечерам в зале звенела музыка, барды и менестрели пели песни, прославляющие могущественного воина короля Эдуарда и нового героя Англии Черного Принца. Дни пролетали в поспешной подготовке к отъезду во Францию. Плантагенеты чувствовали себя поистине непобедимыми.

Когда прибыл посланец от королевы, Джоан Кент, вздрогнув от дурного предчувствия, умоляюще попросила Брайенну сопровождать ее.

— Что, если она узнала о беременности?!

— Откуда? Конечно нет, — заверила Брайенна. — Ты по-прежнему стройная, как тростинка. Только мы четверо знаем и никогда не выдадим тебя, дорогая.

Брайенна пошла с подругой, но оставалась у порога, пока Филиппа о чем-то говорила с Джоан.

— Король обратился к Папе с просьбой внести ясность в путаницу с вашей помолвкой, леди Кент, — холодно объявила королева, не давая себе труда скрыть неприязнь к хорошенькой девушке.

Джоан молча ожидала продолжения, полностью отрешенная от всего, о чем говорила королева, словно вопрос о ее свадьбе не имел к ней никакого отношения.

— Папа высказался в пользу сэра Джона Холланда, так что все устроилось, и надеюсь, теперь уже слухи о ваших, по меньшей мере странных романах, постепенно затихнут.

Джоан сделала реверанс, прошептала что-то невнятное и поспешила к выходу, схватившись за руку Брайенны, как утопающая за соломинку!

— Давай уйдем отсюда поскорее, пожалуйста, — вы молвила она.

— Что случилось? — с тревогой спросила Брайенна, когда девушки, выйдя из солярия, направились к галерее.

— Ничего… просто я хотела бы, чтобы мать Эдуарда меня любила.

— Джоан, тебе нужно беспокоиться совсем о другом. Ты должна сказать принцу Эдуарду о своей беде.

И в этот момент она увидела идущего им навстречу нового главного камергера короля. Это был не кто иной, как сэр Джон Холланд. Он почтительно поклонился Джоан.

— Миледи, полученные новости сделали меня счастливейшим человеком в королевстве.

Джоан, словно в трансе, машинально протянула руку.

— Милорд Холланд…

Джон поднес ее руку к губам, но выпустил, так и не поцеловав, затем достал из дублета письмо и, снова поклонившись, отдал девушке.

Тут Брайенна безошибочно поняла, о чем сообщила подруге королева. Теперь Джоан официально помолвлена с Джоном Холландом. Но сколько ни старалась, Брайенна, никак не могла представить приземистого, с бычьей шеей Холланда сочиняющим любовное письмо. Сердце у нее упало: Джоан с каждой минутой становилось все хуже. Если бы только она могла немного прийти в себя и попытаться сделать что-то!

Джоан не развернула записку, пока не попала в свою комнату. Брайенна увидела, как осветилось лицо подруги.

— От Эдуарда. Он хочет, чтобы я приехала в дом на Фиш-стрит.

— Но твой брат в Кале. Под каким же предлогом ты сможешь поехать в Лондон?!

— Нам нужно кое-что купить до отъезда во Францию. Возьмем с собой Адель и Глинис.

Брайенна тяжело вздохнула. Ей ужасно не хотелось участвовать в этом, но Джоан ее подруга, и кто же еще сможет проводить ее, как не Брайенна?

По правде говоря, она не желала отправляться в городской дом принца Эдуарда из страха встретить там Кристиана Хоксблада.

— Я поеду, Джоан, но лишь при условии, что ты во сем признаешься Эдуарду.

— Даю слово, — поклялась Джоан.

И она в самом деле нашла в себе мужество открыть свою тайну принцу, когда они оказались вдвоем в уютной спальне лондонского дома. Удачный момент подвернулся, когда Эдуард, обхватив ладонями талию Джоан, поднял девушку и припал к ее губам.

— Милая, я всегда забываю, какая ты крошечная, пока не прикоснусь к тебе!

— Я скоро не буду такой крошечной. Во мне растет твой ребенок.

— Правда! Неужели?!

Вне себя от радости, принц высоко подкинул возлюбленную, но тут же, испугавшись, перестал улыбаться.

— Я настоящая скотина! Тебе не больно, любимая?

— Нет, нет!

Джоан засмеялась, слезы счастья вот-вот готовы брызнуть из глаз.

— О, Эдуард, я так волновалась! Не знала, что делать!

— Кому еще известно об этом, милая?

— Брайенне Бедфорд и моей камеристке.

— Это хорошо. Мои враги могли бы использовать это против меня.

— Враги? — переспросила сбитая с толку Джоан. — Эдуард, у тебя нет врагов.

Принц рассмеялся над наивностью возлюбленной.

— Тебя это не должно волновать, Жанетт.

И, сбросив плащ, посадил ее на колени, поближе к огню.

— Ты поедешь со мной во Францию. У нас будет свой дом. Мы станем жить, как в раю!