Талисман - Хенли Вирджиния - Страница 69

– Наместник уезжает завтра утром. Если бы он хоть чуть-чуть сомневался в том, что ты выздоровеешь, то остался бы здесь. Мне очень нравится Джон де Уорен. Хочешь – верь, хочешь – нет, но мне кажется, что я твоему дяде тоже понравилась.

Джейн придвинулась к Линксу, и он, горячими губами захватив ее сосок, благодарно вздохнул. Она вытерла капельки пота у него на лбу.

Любовь и доверие, объединяющие их, крепли с каждым днем и с каждой ночью. Джейн была всем для него: женой, любовницей, другом, сиделкой, а теперь и матерью. Связанная с ним такими прочными узами, Джейн ощущала себя его дыханием, его кровью, его пульсом, его болью, его жизнью. Она улыбнулась, почувствовав себя всемогущей. После того как Линкс де Уорен вернулся в Дамфрис на волоске от смерти, Джейн впервые приобрела абсолютную уверенность в том, что ее любимый будет жить.

Джейн еще две недели кормила его грудным молоком, а затем начала давать понемногу другую пищу, и – о чудо! – организм не отторгал ее. После этого Линкс стал быстро набираться сил и уже мог свободно переворачиваться с боку на бок и даже садиться.

Ночью на закрытой пологом кровати все тоже было по-другому. Если раньше только Джейн обнимала его, то теперь они лежали в объятиях друг друга, пока ночная тьма плавно не переходила в утренний свет. Шаг за шагом Линкс начал возвращать себе свои права и власть.

– Мне нужен глоток свежего воздуха, – заявил он однажды июньским утром.

Джейн открыла дверь на галерею.

– Нет, я хочу во двор. Томас! – позвал он.

Джейн попросила Тэффи вынести кресло на галерею и поставить его на солнечной стороне.

– Не перенесете ли вы его в кресло? – спросила она.

– Помогите мне дойти самому! – приказал Линкс своим оруженосцам, не обращая внимания на просьбу Джейн.

В какой-то миг ее охватили опасения, что Линкс больше не нуждается в ней, но это длилось всего лишь мгновение. Джейн радостно рассмеялась и стала благодарить солнце, луну, звезды на небе за то, что любимый делает наконец первые шаги на своем трудном пути к выздоровлению. Она знала, что Линкс живет ради того дня, когда вновь почувствует себя сильным и не будет зависеть ни от кого. Он жаждал жить, но главное – чувствовать себя нужным.

Томас помог ему сесть в кресло, и Линкс, взглянув на стоящую в дверях Джейн, восторженно воскликнул:

– Разве она не прекрасна?

– Именно так, милорд. Чертовски красивая женщина! К ним присоединились Марджори и Элизабет де Бург.

– О, Линкс! Ты так быстро поправляешься, – обрадовалась Джори.

Однако Линкс не слушал ее. Он не сводил глаз с Джейн и, когда она наконец вышла на галерею, спросил сестру:

– Разве она не восхитительна?

Джори все поняла и, удивленно подняв брови, воскликнула:

– Бог мой! Да ты влюблен!

– Только посмей сказать ей!

Джори закатила глаза и смиренно пообещала:

– Клянусь, братец, я буду держать рот на замке.

– И не советую тебе открывать его. Не забывай, что я тоже храню твои секреты, – пригрозил Линкс.

Как только Джейн подошла, он взял ее за руку, притянул к себе и поцеловал.

– Ты так благоухаешь, что я теряю голову! Джори рассмеялась:

– Не беспокойся, братик, в ближайший миллион лет ни одна живая душа не догадается о твоем секрете.

– Секрет? – спросила Джейн невинно.

– А разве он тебе не рассказывал? Линкс дал обет целомудрия во имя искупления своих грехов.

Джейн рассмеялась, поцеловала мужа в ответ и шепнула ему:

– Мне лучше знать.

– Кстати, о грешниках. Вот еще один на подходе! – воскликнула Джори, увидев Роберта Брюса верхом на коне.

Марджори подхватила подол юбки и побежала к лестнице, Элизабет де Бург последовала за ней.

– Прошу вас, – крикнула им вслед Джейн, – разрешите мне первой встретить Роберта!

Чудесные зеленые глаза Джори встретились с глазами Джейн.

– Конечно, – мило согласилась она. – Мы подождем вас здесь наверху.

Джейн встретила Роберта в приемном зале замка. Он широко развел свои сильные руки, и Джейн не успела заметить, как оказалась в его объятиях.

– Я не мог приехать раньше, но сердце мое разрывалось на части из-за вас. Я боялся, что ранение Линкса слишком серьезно и он не выживет. Как тебе удалось спасти его?

– Полагаю, он сам себя спас, хотя я и обладаю целительной силой. Роберт, он еще очень плох, слаб, сильно похудел и быстро устает. Он, конечно, не позволит тебе увидеть его страдания, но по ночам ему бывает очень плохо.

– Понимаю. Как ты выдерживаешь это, милая?

– Теперь я леди Джейн де Уорен. Болезнь моего мужа придала мне силы, о которых я никогда не подозревала.

– Ты всегда была сильной, Джейн.

– Роберт, ты не знаешь рыцаря с опущенным веком? Кто он?

Брюс настороженно посмотрел на нее и ответил:

– Это смертельный враг Линкса.

– Ради Бога, расскажи мне! Я ничего о нем не знаю.

– Это Фитцуорен, внебрачный сын Джона де Уорена. Джейн прижала руки к груди.

– О Боже, спаси и сохрани нас!

– Не хочешь ли ты сказать, что виновником всех бед является Роджер Фитцуорен?

– Да, но Линкс ни о чем не догадывается. Джори и Джон уже знают. Они не обсуждали эту тему со мной, но как только было упомянуто опущенное веко, я по их взглядам тотчас догадалась, что они поняли, о ком идет речь. – Джейн положила ладони ему на грудь. – Когда Линкс узнает, то захочет отомстить, а он еще не так силен. Если откровенно, то я боюсь, что его лучшие дни остались позади.

Роберт взял Джейн за подбородок и, приподняв лицо, заглянул ей в глаза.

– А ты этого хочешь?

– О нет, нет! Я хочу, чтобы он выздоровел и снова стал сильным рыцарем, каким был раньше. Это будет невыносимо для него.

– Послушай меня, Джейн. Возможно, в настоящее время плоть Линкса и ослабела, но его мозг, его разум остались прежними. Поверь мне, он достаточно силен, чтобы узнать правду.

На галерее друзья сердечно обнялись, и женщины едва сдержали слезы.

– Черт возьми, я пришел свататься к вдове, а нахожу тебя бодающимся! – заявил Роберт.

Линкс усмехнулся:

– Я еще готов побороться за нее.

– Брось! Твои боевые деньки закончились.

– Отнюдь нет.

– Давайте оставим их наедине, – предложила Джейн. – Скоро тут начнется петушиный бой.

Марджори последовала за Джейн и Элизабет, но не преминула высказать свое недовольство: – Роберт ведет себя так, словно с Линксом ничего не произошло.

– Моим первым порывом было защитить Линкса от острого языка Роберта, но думаю, его слова возымеют обратное действие. Я сердцем чувствую, что Роберт никогда не сделает ничего во вред Линксу, и вы обе тоже знаете это.

Линкс подождал, пока Роберт устроится между зубцами на стене, и заговорил:

– Ты взял семью Уильяма Дугласа в плен и тем самым выиграл для нас сражение под Ирвином. Скажи, ты заранее знал, что таким способом вынудишь Дугласа перейти на нашу сторону?

– Не скрою, надеялся. Я только что из Эдинбурга. Наместник назначил меня шерифом Ланарка – ему надоели беспорядки в этой казарме.

– Что дает нам победа над Ирвином?

– Возможно, несколько месяцев мира и покоя.

– Весьма кстати. Мне понадобится это лето, чтобы поправиться и восстановить силы.

– Наместник отправил Фитцуорена со своей кавалерией на север, в помощь Комину. Ходят слухи, что между ним и внебрачным сыном произошел жуткий скандал. Твой дядя угрожал лишить его всех званий и чинов. Я считал решение Джона правильным до тех пор, пока не вернулся домой и не прочел письмо от своего брата из Карлайла, в котором он сообщает, что верховный судья Ормсби поспешил к ним. Не сомневаюсь, Фитцуорен отправил кавалериста, чтобы предупредить судью о предстоящем нападении Уоллеса.

– Иуда! Этот негодяй везде поспевает: пристроился к незаконно нажитым приобретениям Ормсби и явно был в сговоре с Уоллесом – иначе откуда ему знать, что на Скону готовится нападение?

– Вот именно поэтому наместник, желая избавиться от этой головной боли, отправил подлеца на север, прямо в лагерь Уоллеса.