Страстная женщина - Хенли Вирджиния - Страница 17

— Бесс, проснись! Ты кричишь… Наверное, тебе приснился страшный сон.

Открыв глаза, девушка обняла сестру дрожащими руками.

— Я снова вернулась в Хардвик!

— Ты видела все тот же кошмарный сон? Бесс кивнула. «Это лишь сон», — подумала она. Слава Богу, сон кончился, но грызущая пустота осталась.

На следующее утро Бесс заспалась и спустилась в кухню позже обычного. Едва она присела за стол, в дверь кто-то торопливо забарабанил. В кухню вбежал побелевший от страха Роберт Барлоу:

— Отцу хуже! Кажется, он умирает!..

— Сядь, Роб. Ты болен и бледен, как призрак. — Бесс встревожилась, увидев, как тяжело дышит ее друг.

— Мне надо бежать в Эденсор за преподобным Руфусом.

— Священника приведет Джеймс, — вмешалась Элизабет. — А мы поспешим в дом Барлоу.

Мать Бесс, ее отчим, Марселла и Джейн немедленно вышли. Роберт задержался, дожидаясь Бесс.

— Роб, я очень сочувствую тебе, — беспомощно пробормотала девушка.

Юноша устремил на нее умоляющий взгляд:

— Бесс, ты выйдешь за меня замуж?

Она не могла ответить: казалось, язык присох к нёбу. «Мне не нужен такой брак! Он отнимет у меня единственный шанс… погубит всю мою жизнь!»

— Бесс, тебе не придется всю жизнь терпеть меня. Я проживу еще год-другой…

— Не говори так, Роберт, прошу тебя!

— Мне не страшно умирать, когда ты рядом. Я люблю тебя, Бесс. Ты окажешь мне честь, станешь моей женой?

Что ему ответить? Зачем ранить Роба так же безжалостно, как вчера ранили ее?

— Я… подумаю об этом, Роб.

Он пожал ей руку и с робкой надеждой улыбнулся.

Когда Роберт и Бесс вошли в дом Барлоу, у Артура уже началась агония. Он тяжело дышал, но даже это не помешало госпоже Барлоу обрушить все громы и молнии на Ральфа Лича:

— Если вы не заставите ее выйти замуж, клянусь, я сгною вас в долговой тюрьме!

— Прекратите! Хотя бы ради приличия! — возмутилась Бесс.

— Ради приличия? А почему же Хардвики забыли о нем? Твой отец и брат пустили меня по миру. Пока мой муж болел, они пользовались нашей землей и не платили нам ни гроша! А ты, Бесс Хардвик, заботишься только о себе и не желаешь помочь нам в беде!

Роберт взял Бесс за руку.

— Замолчи, мама! Бесс — самая добрая девушка на свете. Я люблю ее.

Джеймс Хардвик привел преподобного Руфуса, и тот заставил госпожу Барлоу замолчать. Священник подошел к постели умирающего, посмотрел на него и обернулся к собравшимся.

— Если мне предстоит совершить брачную церемонию, то Артур Барлоу должен дать свое согласие.

Брак надо заключить при жизни Артура, поскольку Роберт еще не достиг совершеннолетия. Госпожа Хардвик, госпожа Барлоу, все это вам известно. Об этом мы давно говорили.

Все взгляды устремились на Бесс, и она вдруг осознала, что судьба родных — в ее руках. Роберт с безмолвной мольбой взирал на Бесс. Девушку охватила ярость. Как обычно, тяжелая ноша свалилась на ее плечи, и все эти слабые люди ждали от нее проявления силы и решимости.

— Я хочу получить письменное подтверждение тому, что против Ральфа Лича не будет выдвинуто никаких обвинений.

— На это нет времени, — возразил преподобный Руфус, — Артур умирает. Подтверждение ты получишь потом.

— Пока я не получу подписанную бумагу, никакой церемонии не будет! — заявила Бесс.

В доме поднялась суета, все бросились на поиски бумаги и чернил. Бесс получила не только бумагу с подписью госпожи Барлоу, но и документ, подтверждающий, что ей будет принадлежать третья часть всего имущества семьи Барлоу, если Роберт умрет раньше, чем она.

Артур Барлоу испустил последний вздох еще до завершения церемонии, но собравшиеся сделали вид, будто не заметили этого. Одеревеневшими губами Бесс прошептала: «Да». Ей казалось, что это происходит с кем-то другим, — настолько все выглядело нереальным.

Взглянув на Роберта, стоящего над телом отца, девушка вдруг поняла, что ее молодой муж близок к обмороку. Вздернув подбородок, она гневно взглянула на свекровь:

— Прошу прощения, но мне надо уложить мужа в постель.

Глава 8

Хотя Роберт и уверял Бесс, что не боится умирать, ему стало страшно — после того как он увидел агонию отца. Однако рядом с Бесс юноша легче перенес это испытание. Вопреки мнению матери Роберт опасался, что его силы подтачивает тот же недуг, который свел в могилу его отца. Хроническая болезнь легких быстро истощала силы юноши, а под конец во время приступов кашля у него открывалось кровохарканье.

В тот роковой день Роберт Барлоу не только потерял отца, но и добился исполнения своего заветного желания. Охваченный смятением, он был на грани обморока. Когда Бесс помогла ему подняться наверх и лечь в постель, его захлестнула благодарность.

Роберт радовался тому, что занимает в родительском доме просторную, удобную комнату с камином, где могут разместиться двое. Он сел на постель, еле дыша от изнеможения. Догадавшись, что у Роберта нет сил даже поднять руку, Бесс начала раздевать его, потом опустилась на колени и сняла с юноши башмаки. Слезы хлынули из глаз Роберта.

— Бесс, разве так бывает? Сегодня самый счастливый и самый горестный день в моей жизни…

Девушка села рядом с ним и заключила его в объятия.

— Роб, каждому выпадают роковые дни, когда может случиться все — и хорошее, и плохое… события, меняющие нашу жизнь. Ты уже ничем не поможешь отцу — он в руках Господа. — «А ты — в моих», — мысленно добавила она. — Ты должен отдохнуть и набраться сил. — Бесс ловко раздела мужа, помогла ему лечь, укрыла одеялом и раздула огонь в камине.

— Бесс, не уходи!

Вернувшись, она снова прижала больного к груди. Он разрыдался. Бесс крепко обнимала мужа, стараясь передать ему свою силу, утешение и любовь.

Когда Роберт уснул, девушка спустилась вниз. Полдень уже миновал, но ее родные все еще находились в доме. Марселла помогала обмывать и одевать Артура Барлоу, Ральф и Джеймс доили коров. Джейн украдкой пожала сестре руку. Между тем преподобный Руфус обсуждал с вдовой предстоящие похороны.

Увидев Бесс, госпожа Барлоу нахмурилась:

— Бесстыдница! Не могла дождаться, когда затащишь его в постель!

Бесс была потрясена, но, овладей собой, в упор уставилась на свекровь:

— Роберт болен. Я сделаю все, чтобы он поправился, и не позволю мешать мне!

Марселла, которая молчала уже несколько часов, подхватила:

— Бесс права. Если вы не одумаетесь, то скоро загоните сына в могилу. — Она обратилась к Элизабет:

— Я иду домой готовить детям ужин.

— И я с тобой, — решила Бесс. — Мне надо собрать веши.

— Мы все уходим. Госпожа Барлоу нуждается в тишине и покое, — твердо заявила Элизабет Хардвик.

Вернувшись домой, Бесс начала укладывать вещи. Письмо Повесы Кавендиша все еще лежало на столике у кровати. Девушка схватила его и разорвала пополам, но вдруг одумалась и положила обе половинки на дно сундука.

Собрав одежду, Бесс прихватила с собой давно забытую куклу Эсмеральду, которая перешла по наследству к ее сестрам. Девушке казалось, что эта кукла — ее маленький двойник. В детстве Бесс называла куклу леди Понсонби, надеясь когда-нибудь стать титулованной особой. Как наивна она была! Бесс сунула куклу в сундук, захлопнула крышку и уставилась на нее. Под этой крышкой находилось все ее имущество.

В комнату вошла ее мать.

— Бесс, удастся ли мне когда-нибудь отблагодарить тебя? Ты так добра и бескорыстна!

«Не правда! Я — самая себялюбивая женщина в мире. Слава Богу, ты не умеешь читать мысли!»

— Не потеряй бумагу с подписью госпожи Барлоу. Пока этот документ у тебя, она не осмелится выдвинуть обвинения против Ральфа!

Едва мать ушла, в спальне появилась Марселла:

— Ну что я могу сказать, детка? Этот брак не принесет тебе утешения. Думай о том, что по крайней мере Элизабет и Ральф теперь будут спокойны.

— В утешениях нуждается Роберт.

— И ты не обманешь его ожидания. — Марселла привлекла племянницу к себе и поцеловала в лоб. — Бесс, дорогая, иногда судьба играет с нами злые шутки… Всему свое время. Ты еще так молода, у тебя впереди вся жизнь. Может, сейчас тебе следует смириться с неизбежным, чтобы затем дождаться исполнения всех желаний.