Сокол и цветок - Хенли Вирджиния - Страница 99

Хью подмигнул Эвизе, которая тут же вспыхнула.

– Если бы этот закон приняли раньше, подумай сам, скольких страданий удалось бы избежать!

– Наша любовь лишь стала слаще после долгого ожидания, – галантно ответил Хью.

– Ожидания? Можно подумать, я тебе в чем-то отказывала! Мужчины в роду де Бергов не признают слова «нет»!

Но тут Эвиза заметила, как на лицо Джезмин словно опустились тучи, и поняла, что между ней и му жем не все ладно.

– Пойдем, дорогая, давай поднимемся нанерх, там мы будем совсем одни, и я смогу шокировать тебя последними сплетнями из жизни двора.

Они отправились в спальню Эвизы. Хозяйка усадила Джезмин в кресло, налила кубок сладкого вина.

– Жизнь странная штука. Когда-то ты думала стать фрейлиной королевы Эвизы, а теперь мы обе леди де Берг.

На сердце у Джезмин было так тяжело, что казалось, из глаз вот-вот хлынут слезы.

– Что произошло между тобой и Фолконом? – спросила Эвиза.

Джезмин покачала головой.

– Он... он изменил, – прошептала она.

Но Эвиза лишь рассмеялась такой наивности.

– Это все? Прости, дорогая, для женщины, имевшей трех мужей и вышедшей замуж за человека, у которого было три жены, такие вещи попросту не имеют значения.

Джезмин задумалась.

– Но, Эвиза, быть первой любовью мужчины – не самое главное, важнее стать его последней привязанностью.

Эвиза лукаво улыбнулась.

– Ни на момент не пытаюсь уверить себя, что стану последней любовью Хью! Я старше, поэтому он успеет жениться еще разок!

– Ох, Эвиза, с тобой все мои несчастья кажутся такими незначительными!

– Дорогая, твоя главная беда в том, что ты слишком серьезно относишься к себе! Тебе необходимо немного развлечься, завести ни к чему не обязывающий роман, начать легкий флирт, после чего стапешь гораздо снисходительнее к похождениям мужа! Джезмин слегка передернулась, неожиданно представив Джона. Каково это – отдаться человеку, которого презираешь? Господь даст, она никогда не узнает!

– Дня через два Хью проводит меня обратно в Глочестер. Почему бы тебе тоже не поехать? Я дам праздник в твою честь, там ты сможешь выбрать любого мужчину из приглашенных!

Джезмин, засмеявшись, вновь тряхнула головой.

– Я должна повидаться с Эстеллой и попросить аудиенции у короля.

Настала очередь Эвизы вздрогнуть.

– Ну что ж, если останешься здесь, вскоре такая возможность представится. Собственно, поэтому я и уезжаю. Джон заставляет Хью сопровождать его в замок епископа Линкольнского в Ньюарк, по какому-то секретному делу, и, естественно, собирается остановиться здесь на несколько дней.

– Ньюаркский замок – неприступная твердыня, не так ли? – с любопытством спросила Джезмин.

– Да, и епископ Линкольнский – единственный священнослужитель, оставшийся верным королю во всех невзгодах. Худшего епископа в мире не было! Господь, должно быть, сильно возмутился в тот самый день, когда Джон назначил подобного епископа! Но, по правде говоря, Господь должен возмущаться каждый раз, когда видит мерзкие деяния Джона, – озорно воскликнула Эвиза.

– Интересно, что ему понадобилось? – вздохнула Джезмин.

– Должно быть, деньги потребовались, это единственное, что волнует Джона, если не считать собственной похоти, конечно, – усмехнулась Эвиза.

Глава 41

Отправившись в Глочестер, Хью и Эвиза взяли с собой сотню рыцарей, оставив в Райзинге лишь небольшой гарнизон. Они отсутствовали всего лишь сутки, когда в замок прибыл запыхавшийся гонец с посланием короля, настоятельно призывавшим к себе Хьюберта де Берга.

Кастелян обменялся несколькими яростными словами с королевским посланником и решил посоветоваться с леди Джезмин де Берг. У молодого рыцаря оказались ледяные глаза и жесткий рот, кроме того, он был взбешен оттого, что не застал верховного судью.

– Мадам, король путешествовал из Лондона в Кембридж лишь в сопровождении личных телохранителей, потому что не мог больше дожидаться верховного судью. О чем только думает этот человек?! – разъяренно потребовал он.

– Человек? – переспросила Джезмин, потрясенная столь явным неуважением.– Сэр, вы говорите о верховном судье Англии! Неужели не боитесь его гнева?

– Я гораздо сильнее боюсь королевской немилости, – без обиняков заявил он.– По правде говоря, я не смею ехать обратно и признаться, что не нашел сэра де Берга. Для короля опасно отправляться дальше на север без защиты армии.

– Почему же?

– Мадам, всего лишь прошлым Рождеством двухтысячное войско в Стэмфорде было готово выступить против короля. Где вы находились все это время? Под каким камнем прятались?

Джезмин мило рассмеялась.

– Уверена, что, поскольку Джон подписал Великую хартию, армия давно распущена. Сейчас октябрь, и с Рождества прошло десять долгих месяцев, – заметила она.

Рыцарь вспыхнул, холодные глаза чуть сузились. Эта дама намекнула, что он трус, а ведь он всего лишь следовал приказу короля!

– Верховный судья уехал всего сутки назад и, должно быть, добрался всего лишь до Питерборо. Я пошлю за ним. Возвращайтесь к королю и передайте, что леди Джезмин де Берг ожидает его в замке Райзинг.– И, пренебрежительно усмехнувшись, добавила:– Думаю, он не побоится рискнуть проехать сорок миль от Кембриджа без своей армии.– Она позвала кастеляна.– Проследите, чтобы этому человеку поднесли рог с элем и свежего коня.

Джезмин металась по замку, как пойманная тигрица в клетке, и наконец, не выдержав, надела теплый плащ и вышла на стену. Замок Райзинг был выстроен почти на самом берегу, и она зачарованно смотрела, как волны Северного моря поглощают милю за милей кораллово-оранжевого песка. Она нервно облизывала губы, ощущая соленый вкус. Чайки и крачки взмывали вверх и с криками, разрывавшими ей сердце, бросались в волны. Почему она здесь? – в панике спрашивала себя Джезмин. Должно быть, попросту сошла с ума! Ветер бил ей в лицо, принося с собой нечто похожее на спокойствие.

Она приехала просить короля Джона о милости. Придется встретиться с драконом в его пещере, чтобы тот позволил ее сыновьям остаться с отцом в Ирландии. Это так, но если быть до конца искренней, она хотела еще и наказать Фолкона. Джезмин любила мужа и, потрясенная его неверностью, бежала, как слепая, сама не зная куда, в надежде, что разлука заставит его страдать и, может, хоть тогда он оценит ее по-настоящему. Но теперь Джезмин с ужасом осознала, что, если изменит Фолкону с королем, в глазах мужа она вообще ничего не будет стоить.

Она вздохнула. Джон скоро будет здесь. Придется остаться с ним наедине, без всякой защиты. Единственное спасение – крохотный сосуд с настойкой болиголова, с помощью которого она надеялась лишить короля мужской силы... Джезмин привезла его с собой из Ирландии. Сосуд был спрятан между ее грудей, и она не расставалась с ним.

Джезмин спустилась вниз и отправилась на поиски кастеляна, чтобы приказать приготовить для короля лучшие покои. Тот показал ей западное крыло замка Райзинг, где Джон останавливался вот уже несколько лет подряд. Только там было достаточно спален, чтобы вместить свиту короля. Джезмин попросила также дать Эстелле комнату рядом с ее покоями в восточном крыле, а потом отыскала Мэрфи, жившего в башне с обоими подопечными и их слугами. Мальчики только вернулись после очередного урока искусству драться на мечах. Оба горели желанием учиться, особенно теперь, став обладателями настоящего оружия.

– Король вот-вот будет здесь. Вполне возможно, даже завтра утром, – сообщила она.– Вы должны встать перед ним на колени и обращаться к нему «ваше величество» или «сир».

– Не волнуйся, девушка, – успокоил Мэрфи, – парней всему обучили, хотя они и провели всю жизнь в ирландской глуши.

– О Мэрфи, я не хотела никого обидеть, но они еще малы и не придают значения подобным вещам. Я хотела дать еще один совет и надеюсь, вы не обидитесь. Пожалуйста, следите, не начался ли .прилив, прежде чем соберетесь кататься верхом. Вода прибывает слишком быстро, вы можете попасть в ловушку и утонуть, если не будете начеку.