Сердце ворона - Хенли Вирджиния - Страница 79

— Да ведь он же сумасшедший! Он в Тауэре!

— Да, он безумен. Но все предпочитают его герцогу Кларенсу!

— Спасибо вам, Линк! Вы вернули меня к жизни! А когда же все это должно решиться?

— Уже скоро. Мы все хотим прекращения конфликта, который обескровливает страну.

— И ваш голос будет отдан за то, чтобы герцог Кларенс не был избран королем Англии?

— Он будет звучать едва ли не громче всех остальных! — пообещал граф.

Розанна поднялась, чтобы уйти. Но Линкольну так не хотелось отпускать ее!

— Прошу вас, останьтесь пообедать со мной, леди Розанна!

Розанна, поколебавшись лишь мгновение, вежливо отказалась:

— Мне очень жаль, граф, но я не могу принять ваше предложение. Начался снегопад, и я боюсь попасть в метель по дороге домой! Мне следует торопиться!

Линкольну очень хотелось предложить ей переночевать в его замке, но это могло поставить его в глазах леди Рэвенспер в один ряд с гнусным сластолюбцем Кларенсом.

— Вы позволите мне когда-нибудь навестить вас? — спросил он.

— О, конечно! Как любезно с вашей стороны проявить такую заботу обо мне и моем сыне, милорд!

— Линк! — с мольбой произнес он.

23

Миновала неделя. Розанна не знала покоя ни днем ни ночью. Она с ужасом думала о возможном визите Кларенса, скорбела о погибшем Роджере и тосковала по малютке Неду.

Однажды днем, выглянув в окно, она заметила нескольких всадников, на всем скаку приближавшихся к воротам замка. Крик ужаса готов был сорваться с ее уст, но немного погодя, узнав золотисто-пепельные кудри Линкольна, она вздохнула с облегчением и без сил опустилась на подоконник. Но надо было идти встречать гостя. Розанна дрожавшей рукой пригладила волосы и быстро спустилась вниз.

— Линк! — радостно воскликнула она, выходя в зал. На ней было простое темное платье, в котором она казалась хрупкой и тоненькой, словно юная девушка. Граф Линкольн никогда не встречал более прелестной, более желанной женщины, чем леди Розанна.

— Боже милосердный! Время тянулось для меня так медленно, леди Розанна! — сказал он, целуя ее руку. — Я с таким нетерпением ждал встречи с вами!

— Я тоже томилась тоской, граф Линкольн, — с печальной улыбкой ответила она. — Ведь я так давно не видела своего сына!

— Где он?

Розанна с сомнением взглянула на него.

— Доверьтесь мне!

— Он у моих родителей в Кастэлмейне.

— Я провожу вас туда, чтобы вы могли повидаться с ним!

— О, неужели?! — воскликнула Розанна. Глаза ее засияли от счастья.

— А что же может помешать этому? — с улыбкой спросил он.

— Ничего! Линк, спасибо, спасибо вам!

— Велите же заложить вашу повозку, леди Розанна.

— Зачем? Давайте поедем верхом!

Кейт подала им скромный завтрак, и вскоре они тронулись в путь в сопровождении людей графа.

Джоанна была счастлива, что дочь обрела надежного защитника в лице графа Линкольна. Она развлекала гостя приятной беседой, а после чая Невилл проводил Линка и Розанну в конюшни, чтобы показать обоим своих великолепных лошадей и жеребят. Розанна была рада убедиться, что Доббин с должной заботой ухаживал за ее тремя белоснежными кобылицами.

Вечером Розанна сама уложила маленького Неда в колыбель. Линк с нежностью смотрел на нее и на младенца. Он понимал, как тяжело было Розанне жить в разлуке с сыном.

Они решили переночевать в Кастэлмейне. Розанна проводила графа в отведенную ему комнату. На пороге он обнял ее и, задыхаясь от волнения, проговорил:

— Розанна! Я люблю тебя!

Она прижала ладонь к его рту, чтобы заставить его умолкнуть, и выскользнула из комнаты.

Перед сном Розанна зашла в спальню матери. Джоанна обняла ее за плечи и нежно поцеловала в лоб.

— Дорогая, ты, я вижу, не теряла времени даром! Но готова ли ты дать ему то, на что он рассчитывает?

— Да! Я стану его любовницей, потому что не вижу другого способа защитить моего сына от этого выродка Кларенса!

— Иди к себе, дитя мое! А то Линкольн будет разочарован, не застав тебя в спальне!

Но Линкольн, против всяких ожиданий, не пришел этой ночью в комнату Розанны.

Ранним утром они уехали. Розанна, с глазами полными слез, прижала к себе маленького Неда и, отдав его матери, села в седло.

На обратном пути они почти не разговаривали друг с другом, но, войдя в замок, Линкольн заключил Розанну в объятия и произнес:

— Будь моей женой, Розанна!

Эти слова потрясли и огорчили ее. Она вовсе не желала вступать в новый брак.

— О, Линк, но ведь я не могу…

— Что ты хочешь этим сказать?

— Я не могу выйти за тебя замуж! Ведь я овдовела совсем недавно! Мы с мужем горячо любили друг друга, и сердце мое навеки отдано ему! Пойми, я не смогу полюбить никого другого! — Розанна говорила правду. Роджер был и остался единственной страстной любовью в ее жизни, и место, которое он занимал в ее сердце, не могло принадлежать никому другому. Она готова была стать метрессой Линкольна, чтобы обрести в его лице друга и защитника, но о супружеском союзе с ним не могло быть и речи!

— Но скажи, зачем тогда ты искала встречи со мной? Чего ты ждала от меня? — с тревогой спросил он.

— Мне нужна была твоя помощь, твоя защита, и я готова была в благодарность за это…

— Ты хотела отдать мне свое тело?! — гневно воскликнул он. — Но мне мало этого, Розанна! Боже правый! Стоило мне стать графом Линкольном, и женщины наперебой домогаются моего внимания! Я не желаю, чтобы ты уподобилась одной из них! Ты должна стать моей супругой, или мы расстанемся навек!

— Но почему ты непременно хочешь жениться на мне? — с недоумением спросила Розанна.

— По многим причинам, любовь моя! В тебе чувствуется высокое происхождение, и ты могла бы по праву носить титул графини! Я в восторге не только от твоей внешности, но и от твоего ума, от твоего живого, непосредственного, сильного характера. Мне понравился твой здоровый, крепкий малыш, и я хочу, чтобы ты родила мне такого же сына! И, не скрою, я желал бы, чтобы при взгляде на тебя, мою супругу, все другие мужчины зеленели от зависти! Розанна, мои намерения по отношению к тебе честны и благородны, ведь только вступив в брак со мной, ты обретешь почет и уважение окружающих. Положение метрессы унизительно и ненадежно, любовь моя!

Боже, как он молод, как наивен! — с нежностью и сожалением подумала Розанна.

— Прости меня, Линк! — мягко проговорила она. — Я не хотела задеть твои чувства! Ты мне очень нравишься, но я не могу заставить себя поступить наперекор своему сердцу!

Он улыбнулся и поцеловал ее в лоб.

— Я дам тебе время подумать, любовь моя! Я покидаю тебя с надеждой, что вскоре ты изменишь свое решение!

Он вышел во двор. Розанна проводила его долгим, грустным взглядом.

Приближалось Рождество. Однажды морозным декабрьским днем Розанна выехала верхом на Зевсе в ближайшую рощу, где набрала остролиста, чтобы украсить большой зал и свою спальню. Теперь, в преддверии праздника, она еще острее, чем прежде, переживала свою потерю. Одиночество давило ее еще более тяжким грузом. О, если бы можно было повернуть время вспять! Если бы вся их маленькая семья могла собраться вместе у праздничного стола!

Линкольн больше не приезжал к ней. Розанна боялась, что мать, узнав о ее отказе выйти за него замуж, обрушит на нее бесчисленные упреки. Кейт молчала, но Розанна чувствовала, что практичная камеристка считает ее законченной дурой, сумасшедшей, отвернувшейся от необыкновенной удачи, выпавшей на ее долю.

В большом зале ярко горели бесчисленные свечи и факелы. На улице стемнело, хотя до вечера было еще далеко. Розанна решила лечь спать пораньше. «А чем еще можно заняться в этом огромном, опустевшем доме?» — с тоской подумала он и стала неторопливо подниматься по лестнице. Но внезапно входная дверь с треском распахнулась, и в проеме показался долговязый Кларенс. Он стремительно вошел в зал, а по пятам за ним следовало полдюжины хмельных рыцарей.