Порабощенная - Хенли Вирджиния - Страница 79

Он не нашел ничего. Однако в комнатах на первом этаже стоял странный запах, происхождение которого он не смог сразу определить. Он знал этот запах, вот только никак не мог вспомнить откуда. Пахло явно лекарством, не слишком ядовитым, но определенно неприятным. Он неохотно запер дверь и сунул ключ в карман.

Когда его рука коснулась сережек Дианы, он закрыл глаза, вспоминая, как она их снимала. Он хотел, чтобы она вернулась в его постель, в его жизнь. Она стала его частью. В глубине души он был уверен, что по своей воле она бы его не покинула. Если даже она сбежала, то не от него, а либо от опекунов, либо от Питера.

Марк решил объехать все постоялые дворы в Бате. Оттуда можно было добраться до Лондона, Бристоля и любого другого крупного города. Если Диана где-нибудь покупала себе билет, он об этом узнает. Он начал с «Кристофера» на Хай-стрит, потом перешел на Уайт-Харт-стрит. К тому времени, как он опросил всех кучеров в «Сарасенз Хед» на Борд-стрит, он начал сознавать, что его поиски бесполезны.

В «Ангеле» на Уэстгейт-стрйт он выяснил, что Давенпорты держали в их конюшне своих лошадей и карету. Но никто не вспомнил молодой девушки.

Он разочарованно взъерошил волосы. И тут внезапно его озарило. Опий! Тот запах, что он почувствовал в доме на Куин-сквер, напоминал запах паров опия. Милостивый Боже, да что же они с ней сделали?!

Глава 35

Диана провела ночь, скорчившись у стены. К утру ей стало трудно дышать. Смирительная рубашка так крепко стягивала ей руки на груди, что она начала задыхаться. Она дала себе клятву, что если ее развяжут, она больше не даст им повода опять запеленать себя в это ужасное одеяние.

Наконец пришли две вчерашние женщины, отперли дверь и принесли ей воды для умывания. Они сняли с нее смирительную рубашку, оставив ее голой. Диана подождала, когда они уйдут, и тщательно вымылась губкой. Она вспомнила великолепные бани Аква Сулис, ту радость и счастье, которые они с Маркусом испытывали в бассейне. В сравнении с римскими временами приспособления для мытья в эпоху Георга были просто нищенскими.

Женщины забрали смирительную рубашку с собой, и она взмолилась в душе, чтобы больше никогда ее не видеть. Она предпочитала быть голой. Большинство людей сочли бы это унизительным, но Диана научилась видеть красоту обнаженного тела. Теперь ни ее собственная нагота, ни нагота других ее не унижала.

Однако вернувшиеся женщины принесли коричневое платье и парусиновые туфли.

— Что это за заведение? — — спросила она как можно спокойнее.

Женщины обменялись настороженными взглядами, потом одна из них сказала:

— Это частная психиатрическая больница.

«Психиатрическая больница? Бог ты мой, они запихнули меня в психушку!»

— И много здесь еще пациентов?

— Здесь более пятидесяти человек, — услышала она в ответ, — но тебе не разрешат с ними общаться, пока не научишься себя вести. Ты будешь сидеть первые несколько недель в одиночестве.

«Недель? Милостивый Боже, не допусти, чтобы я осталась здесь на несколько недель!» — взмолилась Диана, понимая, что, пока ее держат в одиночке, шансы на побег практически равны нулю. Они провели ее в другую комнату, обставленную в спартанском стиле — койка, комод, стол и стул.

У Дианы едва не подогнулись колени, когда она увидела на столе поднос, на котором стояли кувшин с водой, тарелка с кашей и лежал толстый кусок хлеба. Она страшно проголодалась, а пить хотелось так, что саднило горло. Она услышала, как за женщинами закрылась дверь и в замке повернулся ключ, но не могла думать ни о чем, кроме еды.

Доев кашу до последней крошки и вылизав ложку, Диана почувствовала тупую сонливость. Ей трудно было ясно мыслить, но она догадалась, что они подсыпали ей что-то в кашу, чтобы сделать ее послушной. Она забралась на койку и легла, уставившись в потолок.

— Марк… пожалуйста!.. Ты единственный, кто может мне помочь, — прошептала она. Сон наваливался на нее. Она попыталась держать глаза открытыми, бороться с лекарством, но проиграла эту битву.

Марк Хардвик не собирался тратить драгоценное время на сон, пока еще осталась возможность что-то узнать. Мистер Берк упаковал ему саквояж, пока он переодевался. Через час он уже ехал в Лондон. Марк взял с собой кучера, чтобы они могли по очереди управлять лошадьми на стомильном пути из Бата в Лондон.

На Гросвенор-сквер они остановились перед элегантным домом Давенпортов. Граф Батский взбежал по ступеням и протянул свою визитную карточку мажордому. Его тренированная память подсказала ему, что человек этот новый, не тот, кто открывал ему дверь, когда он год назад приезжал покупать книги.

Его провели в библиотеку, где ему пришлось ждать, пока слуга сообщит о нем Давенпортам. Марк Хард-вик вспомнил свою встречу с Дианой, вспомнил пробегавшие между ними искры. Ее присутствие еще ощущалось в этой комнате, и в нем вспыхнула надежда, что она близко.

Его размышления прервал приход Давенпортов.

— Чем могу служить, ваша светлость? — официально осведомился Ричард.

— Я приехал, чтобы увидеть леди Диану, — прямо сказал Марк, с трудом подавляя желание свернуть Давенпорту шею.

Ричард взглянул на жену, прежде чем ответить.

— Боюсь, что ее здесь нет. Она не возвращалась с нами в Лондон.

— Могу я спросить, где она? — спросил Марк Хардвик, тоном давая понять, что легко от него не отделаешься.

— Лорд Бат, — сказала Пруденс строго, — я не хочу, чтобы об этом пошли разговоры, но по секрету я могу сообщить вам, что она снова исчезла.

— Куда исчезла, мадам? — настаивал он безжалостно.

— Ну, исчезла туда, куда исчезала в первый раз, я так думаю.

Женщина явно лгала. Диана никогда не покинула бы его по своей воле. Он не собирается играть в кошки-мышки с этой убогой парочкой.

— Я уверен, вы скрываете ее местонахождение! — решительно заявил граф.

— Это неправда! — вскричала Пруденс. — Девчонка доставляла мне массу хлопот после смерти ее отца. Я пытаюсь пережить скандал, связанный с ее первым исчезновением. Зачем мне начинать все сначала?

— Если ее здесь нет, то вы не станете возражать, если я обыщу дом?

Ричард распрямил плечи:

— Лорд Бат, моя профессия — закон. В этой стране жилище человека священно!

— Но ведь это не ваш дом, сэр. Это дом леди Дианы, и в этом весь секрет.

— Секрет? — Ричард сделал удивленные глаза. — Я могу подать на вас в суд за клевету.

— Милости прошу. Вам еще придется объяснить судье, почему в доме на Куин-сквер пахло опием.

— Опием? — Пруденс разыграла такое возмущение, что казалось, она вот-вот потеряет сознание. — Дорогой сэр, я страдаю от болей в бедре, именно по этому я и отправилась в этот несчастный Бат. Там пахло настойкой опиума. Я без него не могу заснуть.

«Бог мой, у нее на все есть ответ!»

Граф Батский понял всю бесполезность дальнейших расспросов. Он ушел из дома, но не с Гросвенор-сквер, расспросив о Диане соседей. Все единодушно утверждали, что не видели девушку уже почти год. Марк Хардвик прождал весь день, надеясь расспросить о Диане прислугу Давенпортов. Наконец ему удалось поймать Джеймса, кучера, и он повел его в паб на Шеперд-маркет, где угостил парой кружек горького пива.

— Я все больше по конюшням, в доме мне делать нечего, сами понимаете, так что у меня все больше сплетни от прислуги. Когда молодой Питер приехал и сказал, что леди Диана объявилась, я свез их в Бат. Дождь лил как из ведра, так что мы остановились на постоялом дворе в Чиппенеме милях так в двадцати.

— А ты отвозил их на следующий день в Хардвик-Холл? — спросил Марк.

— Да, милорд. Это после того, как они сняли дом на Куин-сквер. Они вроде собирались забрать леди Диану от вас на Куин-сквер, я так понял. Ну и злющие же они ехали обратно без нее!

— Когда через два дня леди Диана приезжала на Куин-сквер, ты их куда-нибудь отвозил?

— Если она и появлялась, я ее не видал.