Порабощенная - Хенли Вирджиния - Страница 27

Диану удивили размеры крепости. Внутри находился целый город с многочисленными улицами и зданиями. На пересечении двух основных магистралей вокруг большой площади расположились высокие здания, где, по-видимому, размещались штаб, склады и конторы. Когда Келл остановился, чтобы узнать, где примипил, стражники сообщили ему, что тот в наружной пристройке.

Они проехали мимо конюшен, мастерских и, наконец, длинного ряда казарм, где спали и ели римские солдаты, весьма просторных, с колоннами у входов. На всем протяжении их пути люди бросали свою работу, изумленно пялились на нее и шли следом. Они уже привыкли видеть колесницу Келла в крепости, но ни разу со дня ее возникновения там не было женщин.

Ворота в центре задней стены вели в пристройку. Это оказался большой амфитеатр, используемый для тренировок и парадов. На поле находилась по меньшей мере тысяча солдат в металлических латах. Солнце отсвечивало от бронзы, железных шлемов и нагрудников легионеров, выстроившихся по периметру поля.

Они стояли с копьями и щитами по стойке смирно, глядя на центурию в центре поля, упражняющуюся с оружием. Битва шла жестокая. Солдаты дрались всерьез.

Маркус Магнус добивался того, чтобы каждый солдат научился искусно обращаться с гладиусом — коротким обоюдоострым мечом — до отъезда из Аква Сулис. Этот меч был скорее предназначен для того, чтобы колоть в ближнем бою, а не резать. Держали его в кожаных с бронзой ножнах на правом бедре. На левом бедре на том же, ремне висели железные ножны с кинжалом. На краю поля стояли санитары, готовые отнести раненых в больницу.

За примипилом стояли два кельтских туземца в своем обычном одеянии, состоящем из кожаной набедренной повязки, вооруженные топорами и ножами. У обоих были длинные черные волосы, а обнаженные конечности покрыты густой сетью татуировок, сделанных вайдой и имеющих устрашающий вид. Оба напали на него одновременно. С первым Маркус разделался мгновенно, вонзив ему в живот меч. Второго он схватил за волосы, резко откинул ему голову назад и перерезал горло.

Примипил даже не позаботился откинуть алую мантию за плечо, чтобы освободить правую руку. Солдаты приветствовали его радостными криками. За криками последовал смущенный смех, когда два туземца поднялись с земли в целости и сохранности. Они-то думали, что римлянин с ними покончит. Кельты проделывали все это вот уже два года и до сих пор ни разу не сумели одолеть его. Лишь однажды они его слегка ранили, после этого он мог убить их каждый раз, но не делал этого, лишь демонстрировал свое умение владеть оружием.

Когда появилась Диана на колеснице, глаза всех присутствующих обратились на нее. Солдаты зашумели, и командирам не удавалось заставить их замолчать, потому что они сами обменивались впечатлениями от столь необычного зрелища.

Примипил, не веря своим глазам, смотрел, как приближается к нему колесница Келла, в которой стоит прекрасная рабыня. Когда экипаж остановился, Маркус сунул в ножны гладиус и подошел, с изумлением глядя на нее. Глаза его метали искры. Прежде чем он успел что-то сказать, Диана протянула ему изящную руку.

— Помоги мне спуститься, Маркус, а то твои солдаты решат, что ты плохо воспитан. — Она говорила тихо, чтобы только он мог слышать.

— Ты еще узнаешь, насколько я невоспитан! — пообещал Маркус, но она заметила, что он умышленно не повышает голос.

— Улыбнись мне. Ведь ты же хочешь, чтобы солдаты подумали, что это ты велел мне сюда приехать.

От ее красоты у него перехватило дыхание. Он показал зубы в волчьей усмешке, проигнорировал протянутую руку Дианы и снял ее с колесницы, взяв за талию. Солдаты возбужденно приветствовали его, когда он сомкнул свои огромные ладони на ее узенькой талии и поставил на землю рядом с собой. Римский воин не обратил на вопли внимания, сосредоточившись на прекрасной женщине, у которой хватило смелости появиться перед ним на глазах у тысячи солдат.

Она улыбнулась в склонившееся над ней темное лицо.

— Они решили, что я твоя новая любовница, — прошептала она, обольстительно улыбаясь.

Его тело немедленно отреагировало на такое предположение. В темных глазах засветилось торжество.

— Ты приехала, чтобы мне сказать это?

— Конечно нет, грубиян! — поддразнила она.

Жгучее желание вспыхнуло в нем. Ему хотелось повалить ее на землю и овладеть на глазах у всех римских солдат так, чтобы она запомнила это на всю жизнь. Он хотел поставить на ней свое клеймо, показать им всем, что эта очаровательная женщина принадлежит ему, и только ему! Он властно взял ее за плечи.

— Тогда, во имя Аида, что ты здесь делаешь? — яростно спросил он.

Она подняла руку и нежно провела пальцем по его шраму. Все зрители с шумом втянули воздух.

— Я здесь для того, чтобы ты пригласил меня с собой поужинать. — Она слегка надула губки.

Ему безумно хотелось завладеть ими. От страстного желания стучало в висках.

— Ты моя рабыня, так что я приказываю тебе поужинать со мною!

Диана игриво покачала головой. Его руки на ее талии сжались, желая заставить ее покориться.

— Если ты пригласишь меня, то я соглашусь с превеликим удовольствием. Когда же мы поужинаем, я выскажу тебе свое предложение.

— Ты сама ляжешь передо мной, не заблуждайся на этот счет! — грубо проговорил он.

— Возможно. — Она постаралась вложить в это слово таинственность, обещание и страсть.

Маркус ощутил ответную реакцию во всем теле, до самого кончика его восставшей плоти.

Он внутренне улыбнулся. Она взяла инициативу в свои руки. Этим утром он умышленно разрешил своим собакам испачкать только что выскобленный пол, чтобы спровоцировать ее, но по части провокаций эта женщина, похоже, взяла над ним верх.

— А сейчас иди, пока я не воспользовался своим оружием прямо здесь, перед всеми солдатами. — Его темные глаза сверкнули. — Я приказываю тебе сегодня поужинать со мной!

Диана улыбнулась про себя.

— Ты просто дьявол, как я могу отвергнуть такое очаровательное приглашение! — Она встала на цыпочки и прошептала ему на ухо: — Меня возбуждает то, как ты командуешь и повелеваешь всеми этими грубыми солдатами. — Она отступила на шаг.

Его сильные руки подхватили ее под ягодицы и поставили на колесницу рядом с Келлом. Солдаты в восхищении заорали и засвистели.

— Хватит! — прогремел он, и лицо его приобрело гордое и яростное выражение.

Мгновенно наступила полная тишина.

По дороге домой, на виллу, ни Келл, ни Диана не могли до конца поверить, что ей все сошло с рук. Она намеренно прошептала последние слова, чтобы соблазнить его, польстить его мужскому тщеславию, — те слова, которые ему хотелось услышать. Но она должна была признаться самой себе, что говорила она правду. Его близость, его прикосновения возбуждали ее.

Она с радостью сознавала, что когда находится рядом, Маркус Магнус не может удержаться, чтобы не коснуться ее. Она это проверит еще раз сегодня вечером. Она будет подходить к нему близко-близко, чтобы доказать, что он не может устоять. Диана взглянула на Келла:

— Он тебя отругал?

— Он меня даже не заметил, леди.

Диана была довольна Келлом. Он показал свое отношение, назвав ее леди. Она понимала, как ей выгодно иметь его в союзниках, поскольку хозяин полностью доверял ему. Еще она выяснила, что ей: приятно, когда она видит в глазах Маркуса веселье. Мужчины любят смеяться. Она должна изо всех сил постараться развеселить его.

«Будь я проклят, — думал Петриус, стоя перед своими потными легионерами и наблюдая за сценой, разворачивающейся перед ним между братом и его очаровательной рабыней, — ничего удивительного, что Маркусу нравится в Аква Сулис! Имея виллу, полную рабов, да еще такую женщину, удовлетворяющую все прихоти, кто не будет доволен? Вчера за ужином брат тщательно прятал своих рабынь. Теперь понятно, почему он не захотел остаться в борделе. Рабыня возбуждает мужчину больше, чем проститутка, а эта еще к тому же на редкость красива. Хочет Маркус или нет, но ему снова придется развлекать меня за ужином. И теперь мы с ним все разделим поровну, так-то, братец!»