Невеста на продажу - Хенке Ширл - Страница 50

Тори закончила застегивать рубашку, и он надел пиджак. В отличие от кажущейся неспособности обращаться с кнопками, он сразу же безукоризненно завязал галстук.

— Гости ждут вас, миссис Дэвис, — церемонно произнес он, беря ее под руку.

Проходя мимо зеркала. Тори взглянула на отражение. Они действительно представляли собой замечательную пару. Его элегантная одежда, исключительно черного и белого цвета, подчеркивала его удивительную красоту. Теперь, когда она отучила его от крикливых драгоценностей, он выглядел хорошо воспитанным состоятельным человеком. Рядом с этим высоким, загоревшим, сурового вида человеком ее хрупкое изящество представляло собой прекрасное дополнение. «Посмотри, какую милую, дорогую игрушку ты купил себе. Рис», — с грустью подумала она. — Надеюсь, что твои друзья, включая мистера Меньона, будут прилично одеты? — спросила она с некоторым опасением.

Относительно приглашенных пришлось пойти на компромисс.

— Не могу поручиться, что у Майка не будет одного или двух чернильных пятен на пальцах, но не беспокойся, любовь моя. Я не позволю ему дотронуться до тебя, — шепнул он ей на ухо со смешком.

— Уверена, что это вдвойне относится к Чарльзу Эверетту, — заметила она игриво, зная, что это его раздразнит.

— Поражен, что этот негодник решился принять приглашение. Сегодня он получит совсем немного голосов.

— Только потому, что ты пригласил в основном своих друзей-демократов.

— Они не забудут о своих манерах, любовь моя. Если даже меня удалось отесать, то такой умный человек, как маленький ирландец, сумеет разобраться, какой вилкой надо пользоваться.

— Надеюсь, что он воткнет ее в жареную свинину, а не в сенатора Гейтса, — отозвалась Тори.

— Я буду присматривать за ним, — пообещал Рис с притворной серьезностью.

— Следи за своими французскими запонками, — чопорно посоветовала она.

Рис усмехнулся, и они начали спускаться по широкой лестнице. Внизу, в большом, зале для танцев, настраивали инструменты музыканты струнного оркестра, приглашенного из самого Денвера. Огромные букеты свежесрезанных цветов оживляли коридоры и комнаты. Их аромат смешивался с божественными запахами, проникавшими из кухни.

Тори нервно улыбнулась отцу и его нескольким друзьям — банкирам и горнозаводчикам. Они беседовали в одном из углов огромного зала для танцев. С другой стороны от них перед Лаурой Эверетт и полдюжиной дам из ее садового клуба распинался Майк Меньон. — И проповедник, услышав приговор, осмотрел зал суда и во всеуслышание заявил:

— «Виселица — это единственное средство, которое сломит упрямство Пекера!» — закончил свой рассказ Майк, заставив всех дам задыхаться от смеха.

Хедда, которая находилась в пределах слышимости, пренебрежительно подняла бровь и повернулась к Чарити Соамс, которая шепнула ей что-то с неодобрением.

Даже для юго-запада в год выборов компания обеспеченных людей и тех, кто оказался за бортом удачи, оказалась слишком разношерстной. К вящей неразберихе сенсационный процесс над Альфредом Пекером закончился плачевно. Адвокатам осужденного людоеда удалось подать апелляцию в верховный суд штата и потребовать пересмотра дела на основании технических погрешностей. А так как судья был убежденным демократом, а сторонники Пекера были республиканцами, то политическая потасовка в районе Скалистых гор разгорелась еще жарче. Завязался спор вокруг отмененного приговора.

Рис вел дела с шахтерами, купцами, скотоводами, транспортниками. Он даже присматривался к возможностям железнодорожного строительства: по слухам, узкоколейка должна была пройти до Старлайта. Необходимость ее не вызывала сомнений. Деньги были нужны обеим партиям, и Рис никого не чуждался. Принимая впервые гостей в качестве хозяйки дома, Тори явно волновалась, все ли гладко пройдет в зале танцев.

Рис не отпускал ее от себя, когда они приветствовали прибывающих гостей, гордо представляя ее благоговейно трепетавшим хозяевам шахт и овцеводам. Хотя он был знаком с большинством богатых деловых людей города, он еще не встречался с друзьями Стоддарда из столицы штата. Тори знакомила его и поражалась, как быстро его принимали эти люди из цитаделей власти и богатства. Их жены, от которых Тори ждала воздержанности и холодности, как от Хедды, в большинстве своем поддавались дьявольскому очарованию Риса. Невысокая, толстенькая жена сенатора Гейтса буквально ловила каждое его слово. Все шло довольно гладко, и Тори, проверив, как идет подготовка обеда, начала понемногу успокаиваться. Когда она возвратилась в зал для танцев, к яркой толпе присоединился Чарльз, вышедший из прихожей. Он опоздал. Его волосы и одежда слегка намокли под дождем, который только что припустился вовсю. Выражение его лица соответствовало погоде. Он осмотрел зал, не скрыв отвращения при виде Майка Меньона и овцевода по имени Рудольфе Васкес. Потом он заметил Риса, и его холодные, темные глаза прищурились.

К нему подошла Лаура и начала с ним болтать, но Тори знала, что как хозяйка она должна сама занять протеже отца. Она подошла, когда Чарльз с Рисом сухо приветствовали друг друга.

Видя, как этот надутый осел пожирает глазами Тори, Рис с удовольствием взял ее по-хозяйски под руку и произнес с усмешкой:

— Конечно, вас не надо представлять миссис Дэвис?

— Любезно с твоей стороны пригласить меня, Виктория, — обратился к ней Чарльз, потом повернулся к Рису. — Полагаю, что ввиду моей давнишней дружбы с Викторией, вы позволите мне такую фамильярность — обращаться к ней по имени?

Тут вмешалась Лаура:

— Тори, прием проходит просто прекрасно. Вы отлично постарались. — Она наблюдала, как двое мужчин задиристо поглядывают друг на друга.

— Тори великолепно делает все, за что ни берется, — с гордостью отозвался Рис. В его глазах запрыгали чертики, когда он переводил взгляд с Лауры на ее деверя, лицо которого потемнело от гнева.

— Дикая вещь, эта история с Пекером, — произнес сенатор Гейтс, подойдя со Стоддардом к хозяевам. — Добрый вечер, Чарльз, миссис Эверетт. Великолепный прием, миссис Дэвис, — приветствовал их пухлый пожилой сенатор штата, склонившись над рукой Тори. — Примите мои наилучшие пожелания в связи с вашим бракосочетанием!

— Спасибо, сенатор, — любезно поблагодарила Тори, обрадованная тем, что старый грубиян не стал ее спрашивать о неожиданной смене жениха. Но ее благодарность оказалась преждевременной.

— Вас, Эверетт, я могу, по крайней мере, поздравить со скорыми выборами. В этой кампании вы, несомненно, выиграете мое место, даже если вам не удалось завоевать руку этой милой дамы.

— Сенатор, не ставьте на это все свои наличные, — вмешался в разговор Майк Меньон с плутоватой улыбкой. — У нашего кандидата шансы занять это место после вашей отставки несколько предпочтительнее.

— Дэвис, вы любите держать пари, — холодно заметил Гейтс. — На кого бы вы поставили?

— Майк знает о моих политических взглядах, а Стоддард — мои банковские вклады. — Он многозначительно посмотрел на Лафтона, который в замешательстве поглядывал то на сенатора, то на своего зятя. — Сенатор-республиканец от нашего округа — обтяпает сделку о железной дороге с людьми из Денвера, на чем я заработаю кучу денег… но именно в данном случае я могу принести деньги в жертву принципам.

— Вы толком не понимаете запутанность политических дел в Колорадо, Дэвис, да и вы тоже, Меньон, — возразил Эверетт с презрительной усмешкой. — Наш штат выиграл бы, если бы вы оба убрались на свою варварскую кельтскую родину.

— Нашему штату, молодой человек, больше пользы принесут ирландские волкодавы, чем такие, как вы, — ответил Меньон, намеренно усугубляя ирландский акцент. — Ничего удивительного в том, что республиканцы подключают неразборчивых стяжателей-демократов, желая остановить наш прогресс! Почему бы вам не двинуть в сенат Пекера?

Рис рассмеялся:

— Цивилизованные колорадцы и варвары-кельты, так? Думаю, что вы попали в небо, Чарльз. В Уэльсе, во всяком случае, когда человека приглашают на обед, то он знает, что его фамилия будет фигурировать в списке для гостей, а не в меню.