Невеста на продажу - Хенке Ширл - Страница 26

Джинджер смерила Риса с ног до головы взглядом, ожидая конца фразы и чуть ли не опасаясь того, что он скажет.

Когда Рис осекся, она заметила:

— Ты и эта чудаковатая миссис Эверетт довольно близко сошлись в последнее время. С ее стороны очень демократично якшаться с таким человеком, как ты.

Рис засмеялся.

— Она верна республиканским принципам. — И добавил:

— Ты же не можешь ревновать меня к Лауре! Она мне годится в матери.

— Я слышала о необычном приеме, который она устраивает в своем доме на следующей неделе. Все важные птицы приглашены на него. Почему тебя заинтересовала эта публика. Рис?

Его глаза потемнели, стали холодно-голубыми, бесстрастными, непостижимыми.

— Это деловая встреча, любовь моя. Ты командуешь здесь, в «Голубой правде». Позволь мне заниматься остальным.

Почувствовав, что Рис и Джинджер хотят остаться наедине, Келли демонстративно поднял мешок с картофельными очистками и другим мусором и направился в заднюю дверь, чтобы выбросить все это.

Джинджер положила руку на плечо Риса, одетого в дорогую белую батистовую рубашку, и погладила его. В нем чувствовалась какая-то сердитая напряженность.

— Всю эту неделю ты спишь один, дорогой. Может быть, я сделала что-нибудь не так? Я не собираюсь тебе мешать в твоих делах с этими богачами. Я не хотела совать нос не в свое дело.

Он почувствовал мольбу в ее голосе. Она позволила халату распахнуться, обнажив пышные большие груди, которые соблазнительно сверкнули в шелковом обрамлении халата. В нем проснулось старое, знакомое желание, он, мысленно проклиная себя, взял ее руки, поднес к губам и искренне произнес:

— Очень жаль, любовь моя! Я не собирался обижать тебя.

— Я не хочу обидеть тебя, но боюсь, мне придется это сделать.

Она трепетно улыбнулась.

— У тебя сегодня утром действительно важная встреча, дорогой? Если нет, то…

— Я дошел до точки, старина, мне обязательно надо увидеть хозяина, — раздался громкий голос из передней части салуна, и послышался грохот входной двери.

Рис понял, как Руфус открыл дверь и впустил в бар Вилли Уилкокса, нос картошкой.

— Налей мне выпить, пока обо мне доложат хозяину. Мы можем кое-что отметить, это точно, сэр.

Быстро поцеловав приоткрытые губы Джинджер, Рис поднялся со словами:

— Вполне могло случиться, что Вилли наткнулся на приисках на серебряную жилу. На той самой шахте, которую я купил у Чарльза Эверетта.

Проходя через зал к большому бару, он испытывал противоречивые чувства к своей любовнице. Он был рад, что объяснение временно откладывается, однако его тело изнывало от сексуального голода. Дав себе обещание разобраться с этим позже, он поздоровался с Уилкоксом.

— Вилли, не стоит напиваться до встречи со мной, — сказал он долговязому шахтеру, который уже поднес к губам бутылку виски.

— Тихое здесь стало местечко. Когда-то тут было шумно с самого утра, дым стоял коромыслом. Рис улыбнулся.

— Все остается по-прежнему… для определенных клиентов. Я вижу, у тебя хорошее настроение. А значит, ты напал на серебряную жилу, и мы должны это отметить!

Вилли выпрямился. Несмотря на отвислый живот, он выглядел так же импозантно, как его внушительный нос, когда он говорил о своих достижениях.

— Как вам понравится жила шириной в целый фут? Тянется до самого Китая. Вы можете там нанять желтокожих шахтеров и оттуда начать разработки. Мы встретимся с ними где-нибудь посередине!

«Лауре Эверетт такая новость понравится», — решил Рис.

Но она не понравилась Чарльзу Эверетту и Стоддарду Лафтону. В тот вечер, когда Лаура устроила прием, они потягивали коктейли в кабинете Лафтона, дожидаясь Хедды и Тори.

— Вы сглупили, что так поспешно продали прииски Дэвису, Чарльз, — немногословно заметил Стоддард, допивая залпом остатки бурбона.

Эверетт крепче сжал бокал.

— Вряд ли это можно назвать поспешностью. Когда я приобрел эту шахту за жалкие гроши, то нанял инженера, чтобы ее обследовать. Так называемый эксперт уверял меня в том, что шахта будет приносить прибыль. Но две бригады разрабатывали ее в течение трех месяцев и ничего не обнаружили, кроме еле заметных следов в тоннах черной породы.

Лафтон сердито возразил:

— Ну, видно, ваши шахтеры вели проходку не в том направлении.

Он рассчитывал на богатого зятя, который выручит его из нынешнего трудного положения.

— Этот проклятый старый пропойца Уилкокс сделал вас посмешищем, а Дэвиса — богачом.

Хмурое лицо Чарльза побагровело от злости.

— Совершенно необязательно раздражаться и сердиться на меня, Стоддард! В эти дни Дэвис выдает больше займов, чем ваш банк. До меня даже дошли неприятные слухи о ваших финансовых затруднениях. Я надеюсь, эти слухи не соответствуют действительности.

Лафтон не пожелал посмотреть ему в глаза, и тогда Чарльз задал еще один вопрос.

— Насколько мне известно, Сандерс подался в восточные штаты.

По крайней мере, этот пропойца больше не будет путаться под ногами, отвлекая Тори и ставя всю семью в затруднительное положение.

Стоддард постарался успокоиться и ответил ровным голосом.

— Да, он навещает бабушку и дедушку в Массачусетсе, — услышав негромкий разговор своей жены с дочерью, он тут же изменил тему разговора. — Ну вот и наши дамы, очаровательные, как всегда.

— Вот именно, — подтвердил Чарльз, оценивающе глядя на шелковый наряд Виктории цвета тусклой бирюзы, безукоризненно подогнанный по фигуре, подчеркивающий тонкую талию и гармонирующий с ее глазами цвета морской пены. Волосы были взбиты в высокую прическу.

— Вы очень привлекательны, моя дорогая, — сказал Чарльз и подумал, что это великолепная жена для человека с безграничным политическим честолюбием. Конечно, он все еще нуждался в поддержке Стоддарда и в материальном плане, и в отношении партийных связей. Чарльз искренне надеялся, что слухи о пошатнувшихся делах в банке неоправданны.

Хедда сияла, — глядя на дочь и Чарльза.

— Какая замечательная пара! Идем же, Стоддард! Лаура бывает так недовольна, когда мы опаздываем.

— Мне неприятны эти званые обеды у Лауры. У нее слишком странные причуды для нормально воспитанной женщины, — ворчал ее муж, когда они выходили из кабинета.

— Пусть так, но она по-прежнему остается социальным арбитром Старлайта, даже если они с Чарльзом не в очень хороших отношениях. Если он ее терпит, то и ты можешь потерпеть, Стоддард, — в голосе Хедды опять зазвучали стальные нотки.

— Кто там будет? — спросил Чарльз, мысленно перебирая важных политических деятелей, на которых он хотел произвести впечатление. От его докучливой невестки все-таки была некоторая польза.

— Уверена, что все стоящие люди Старлайта там будут.

Их экипаж остановился у двухэтажного белого дома Лауры, окруженного разнообразно подстриженным кустарником и затейливым решетчатым забором. Двор был уже заполнен другими экипажами, такими же, богатыми, как и выезд Лафтонов.

— Не понимаю, почему Лаура цепляется за это старье, которое она называет домом! Ужасающе старомодный, из дерева, а ведь все лучшие дома строятся теперь из кирпича, с мансардами и окантовкой из кованого железа, — заметила Хедда, когда Стоддард помогал ей сойти с экипажа.

— Мама, ты же знаешь, что Лаура сентиментальна, этот дом построил для нее Джекоб, когда она стала его невестой, — напомнила Тори.

Чарльз состроил кислую физиономию.

— Она вполне может позволить себе более приличное жилье.

Когда он взял Тори за руку, она увидела большого вороного коня, привязанного к перилу с задней стороны дома. Неужели это Блэкджек? Этот замечательный жеребец выделялся среди других лошадей, как превосходно отшлифованный бриллиант сверкает в куче грязного разбитого стекла.

Когда они вошли в дом, наихудшие страхи Тори подтвердились. На пороге гостиной Лауры стоял он, наполняя, казалось, все помещение своей энергией и опасной мужской аурой запретного. Рис одарил ее ослепительной улыбкой.