Гордость и целомудрие - Хенке Ширл - Страница 55

— Это же у черта на рогах, а наши кони давно нуждаются в передышке! По такой местности лучше путешествовать на каноэ или пешком, а не верхом! Нужно уговорить Тимпучи дать нам несколько воинов, чтобы те управляли каноэ и помогали перенести его через водоразделы.

На рассвете следующего дня они отправились вверх по течению Кузы. Два молодых воина-мускоги гнали суденышко вперед мощными ударами весел. Монотонное путешествие навевало на Алекса мрачные мысли по поводу их отношений с Джосс. Девон словно прочел их и сказал:

— Что, сынок, медовый месяц не удался?

— Неужели это так заметно? — вздохнул Алекс.

— Боюсь, что да. Когда мы выезжали из Саванны, у тебя был такой вид, будто ты не спал всю ночь. — Он усмехнулся и добавил: — Я, впрочем, тоже не успел выспаться, но по другой причине.

Алекс покосился на индейцев. Те махали веслами как ни в чем не бывало. Они не понимали ни слова по-английски, и отец с сыном спокойно могли обсуждать свою личную жизнь. Девон Блэкторн никогда не навязывал сыну своего мнения и не приставал с расспросами. И сейчас Алексу было неловко оттого, что он не смеет открыть отцу всю правду.

— Я чувствую себя так, будто внутри меня затянут огромный тутой узел. Я даже не могу сказать толком, что чувствую к Джосс. Когда мы решили пожениться… ну, словом, тогда все казалось ясно и просто, а теперь…

— Это из-за войны? Она считает, что находится в стане врага? — осторожно спросил Девон, надеясь в глубине души, что не это является главной проблемой. Ему понравилась молодая англичанка, чем-то напомнившая Барбару в дни их молодости.

— Нет, она сама предпочла приехать со мной в Америку. Ее всегда интересовали люди, а не политика.

— Ну, тогда это не больше чем обычная размолвка. Мы с твоей мамой ссорились, как кошка с собакой, когда только познакомились. Но мало-помалу оба поостыли, и все встало на свои места.

Алекс ничего не ответил, рассеянно наблюдая за игрой бликов на воде и думая о своей жене…

Уже на подступах к стойбищу Черного Воина они почувствовали напряжение, витавшее в воздухе. Великий вождь шайеннов вернулся, он снова встал на тропу войны! Дев редко заезжал так далеко на север, и вожди из племени Черного Воина с недоверием отнеслись к двум полукровкам, чьи золотистые шевелюры говорили сами за себя. Однако законы гостеприимства и репутация Блэкторна как честного и справедливого торговца позволили им получить здесь приют на ночь.

Вечером они сидели у большого костра, с тревогой наблюдая за тем, как шаман шайеннов, Сикабу, и верные ему Красные Дубинки кружатся в танце войны. Голые танцоры, разрисованные жуткими черно-красными узорами, довели себя до полного неистовства, трясясь и завывая, как дикие твари из леса. Наконец они в конвульсиях рухнули на землю.

— Весьма внушительно, — шепнул Алекс отцу, обратив внимание на запуганную этим спектаклем аудиторию.

— Тебя не было в прошлом году, когда Текумсе предсказал появление кометы и землетрясение.

— И предсказания сбылись? — удивился Алекс.

— В точности как он сказал, — серьезно кивнул Девон. — Все это довольно странно. О комете он мог узнать от белых, но кто предупредил его о землетрясении?

Алекс задумался, и по его мрачной физиономии трудно было догадаться, шутит он или говорит серьезно:

— Послушай, а ты уверен, что мы на той стороне?

— Не всегда, — горько ответил Девон, — но по крайней мере из двух зол мы выбрали меньшее. Знаешь, о чем проболтался вождь Медвежья Лапа? Один американец работает на британцев. Он спускается вниз по Таллапосе и раздает Красным Дубинкам английские ружья Брауна.

— Это Уилбур Кент. — Алекс не сдержал проклятия. — Зря я не прикончил этого слизняка, пока была возможность!

— Наверное, ему удалось сбежать из тюрьмы.

— Скорее всего это Сибил Чемберлен ухитрилась его вытащить оттуда. Мы должны остановить его, но как?

Прежде чем Дев ответил, один из местных вождей вышел к костру и торжественно сообщил о великом воине из племени шайеннов, посетившем их стойбище. Текумсе величаво выступил из тени, и яркие сполохи костра придали его суровому лицу загадочное и зловещее выражение. Низкий раскатистый голос моментально околдовал и без того ошеломленную аудиторию.

— Ваша кровь стала жидкой и белой. Ваши томагавки затупились. Ваши луки и стрелы похоронены вместе со славой отцов. Братья моей матери! — вскричал вождь. — Когда вы проснетесь? Когда отомстите за свою землю? Время уходит! Кости наших предков взывают о справедливости! Неужели нет среди вас достойных сыновей, способных расправиться с бледнолицыми и вернуть нашим призракам вечный покой?

Далее шли экскурсы в историю вперемежку с воинственными призывами к мести и обещанием помощи от Великого Белого Короля по ту сторону Большой Воды. Он пришлет оружие для воинов и еду для женщин и детей. Он поддержит их святую войну против американцев.

После Текумсе выступали местные вожди, и все как один призывали народ к войне. Наконец дали слово и Девону Блэкторну, по прозвищу Золотой Орел.

— Прежде всего я хочу сказать, что Текумсе был прав, обвиняя американцев в коварстве и предательстве. Мы все видим, как поселенцы захватывают наши земли, и Великий Отец в Вашингтоне ничего не делает для того, чтобы их остановить.

По рядам слушателей пролетел удивленный шепот: все ожидали от этого полукровки совсем иной речи.

— Многие меня знают. Я провел среди вас всю свою жизнь. Я из клана Ветра. И когда-то я был воином Белого Короля, как сейчас Текумсе. В последней войне между Англией и Америкой я воевал за англичан, потому что они обещали вернуть наши земли, сохранить наши семьи и накормить наши племена. Но этого не случилось. Американцы разбили англичан. Англичане забрались в свои каноэ и вернулись в дальние страны по ту сторону Большой Воды. Они бросили нас на произвол судьбы, на расправу американцам.

Алекс слушал отца и восхищался его выдержкой и ораторским искусством. Он понимал, как тяжело Девону Блэкторпу вспоминать лишний раз о своей службе в полку королевских рейнджеров, о гибели друзей и горечи поражения, а особенно о резне, учиненной в Джорджии в 1781 году, во время бегства англичан.

Остальные слушатели воспринимали речь Золотого Орла по-разному. Красным Дубинкам, конечно, все было нипочем: в их глазах по-прежнему пылала жажда крови. Зато многие из вождей задумались, вспоминая последнюю войну. В эти смутные времена отцу с сыном оставалось надеяться лишь на то, что верх возьмут рассудительность и здравый смысл.

— Это как же прикажешь тебя понимать? — не веря своим ушам, возмущалась Барбара. — Что значит «не умею ездить верхом»? Учти, Джоселин, мне не до шуток!

— А я и не шучу, — выдавила из себя Джосс, с ужасом уставившись на нависшее над ней непарнокопытное чудовище. — Я проехалась верхом раз в жизни. Алекс был в седле, а я сидела перед ним.

— Ну и ну… Но тогда весь мой план летит вверх тормашками! — Барбара невесело рассмеялась. — Остается еще каноэ, но от ручья до ручья длиннющие волоки, где нам придется топать пешком по болоту. Представляю, сколько мы будем тащиться до Коуэты! Кстати, ты знаешь, что такое зыбуны и ядовитые змеи?

— Знаю. — Джосс даже передернуло. — Это еще хуже, чем лошади!

— Ну вот, мы и сдвинулись с мертвой точки. Деваться некуда, будем срочно учиться верховой езде!

— Папа наверняка назвал бы такое испытание крещением огнем, — пожаловалась Джосс.

— Ты хочешь увидеться с Алексом или нет?

У Джосс вырвался тоскливый вздох. Она протянула руку и взяла под уздцы Милашку. Белая кобылка вздрогнула, почувствовав ее испуг. С помощью конюха Джосс водрузилась верхом. В довершение ее горестей на кобыле оказалось мужское седло. Барбара не признавала никаких тонкостей этикета и ездила так, как было принято у женщин-мускоги. Она без обиняков заявила Джосс, что женское седло хорошо для лондонского Гайд-парка. Когда человек скачет по прериям и рискует каждую минуту свернуть себе шею, ему нет дела до соблюдения условностей.