Черный орден СС. История охранных отрядов - Хене Хайнц - Страница 24

Судебный процесс Данцайзена и последовавший вслед за ним иск газете «Мюнхнер пост» со стороны НСДАП вскрыли всю глубину морального падения нацистской партии. К тому же ирония судьбы заключалась в том, что относящиеся к полусвету руководители СА обратились за помощью к защитнику демократии Майру, опасаясь убийц из собственного лагеря. Мартин Борман, зять Буха и его доверенное лицо, в ярости заявил:

«Это не лезет ни в какие ворота. Один из видных руководителей партии встречается с идеологическим противником… и возводит хулу на членов своей партии, называя их свиньями».

Чем сильнее становился запах гнили, доносившийся из коричневого болота, тем с большей надеждой взирали на организацию Генриха Гиммлера многие члены партии. 5 октября 1932 года Борман, обратившись к секретарю Гитлера, Рудольфу Гессу, сказал: «Посмотрите внимательнее на СС. Ведь вы знаете Гиммлера и его способности».

Да и вне партии у здравомыслящих людей стало складываться мнение, что 50-тысячная эсэсовская армия пуританцев, не знающих жалости и сострадания, готова дать отпор кучке опустившихся гомосексуалистов СА. Недаром Гиммлер провозгласил на совещании своего руководства 13 июня 1931 года:

«Может быть, пройдут месяцы или недели до того момента, когда настанет время принятия решения. Мы будем там, куда нас направит наш фюрер».

Действительно, ждать долго СС не пришлось. Приближалось 30 января 1933 года, и на горизонте немецкой истории появились первые признаки «ночи длинных ножей». Правда, пока еще было неясно, кого она коснется — СА или СС.

Глава 4

ЗАХВАТ ВЛАСТИ

Третий рейх начался для Генриха Гиммлера с разочарования. Никто не предложил будущему рейхсфюреру СС занять в ходе «национальной революции», решившей 30 января 1933 года судьбу Германии и быстро преобразившей страну, занять какую-нибудь ключевую позицию. Штурмовые отряды овладели улицами, тиранизируя инакомыслящих. Приспешники Адольфа Гитлера получили государственные посты, Гиммлер же и его охранные отряды не были отнесены числу важных составляющих нового режима.

Кое-кто был даже склонен считать, что Гиммлер — один из тех, кто проиграл в борьбе за власть после захвата власти национал-социалистами. Новый германский канцлер не предоставил «верному Генриху» сколько-нибудь важную роль в только что созданном третьем рейхе. Человек, которого Гиммлер возил на мотоцикле в дождь, слякоть и холод, рискуя собственным здоровьем, и обеспечил ему своими охранными отрядами верховенство в партии, по всей видимости, забыл о шефе СС. Геринг, Геббельс, Фрик[74] и многие другие получили из рук национал-социалистского фюрера доходные местечки в государстве, а постоянно куда-то торопившийся Гиммлер был им проигнорирован.

Да и во время путча в Мюнхене 9 марта 1933 года, когда отрядами СА и СС было свергнуто законное баварское правительство во главе с представителем правокатолической партии доктором Генрихом Хельдом, Гиммлер не играл руководящей роли. Путч осуществлял бывший командир дивизии, в которой служил в свое время Рём, — Франц фон Эпп, прозванный эсэсовцами за свою приверженность к церкви «генералом богоматери». И именно его, а не Гиммлера Гитлер назначил имперским наместником Баварии. Гиммлер был лишь удостоен должности полицей-президента Мюнхена.

Особенно его удручало то обстоятельство, что самый важный его соперник в рядах СС, Курт Далюге, занял в далекой Пруссии весомый государственный пост, будучи протеже тогдашнего министра внутренних дел Пруссии Германа Геринга, который явно не симпатизировал Гиммлеру. Далюге назначили правительственным комиссаром по особым поручениям, ему подчинили полицию общественного порядка и присвоили звание генерал-лейтенанта, что побудило его разорвать отношения со своим номинальным шефом Гиммлером.

Чтобы призвать его к порядку, Гиммлер направил в Берлин своего сподвижника Райнхарда Гейдриха, ставшего к тому времени штандартенфюрером СС. В его задачу входили создание на Шпрее секретной службы и постоянная информация шефа о действиях Далюге. Гейдрих немедленно отправился к месту своего назначения вместе с женой Линой. В западной части города он арендовал дом и попытался установить контакт с Далюге.

Однако назойливый гость из Мюнхена не попал к ставшему респектабельным генералу, который заявил ему через свою секретаршу, что не может принять его, поскольку очень занят. Последующие попытки Гейдриха успеха также не имели. Так как он не прекращал своих намерений выйти на Далюге, тайная полиция Геринга пригрозила ему. Лина Гейдрих впоследствии вспоминала: «Моему мужу было известно, что Геринг подготовил приказ о его аресте».

Видя бесперспективность дальнейших усилий, посланец рейхсфюрера СС возвратился назад. Родившая вскоре мальчика Лина тоже уехала в Мюнхен.

Гиммлеру и Гейдриху стало ясно, что власть автоматически сама по себе к ним в руки не придет. Третий рейх нисколько не напоминал тогда тоталитарное государство. Начиная с 30 января 1933 года государственный аппарат страны был окутан плотной сетью иерархического соперничества и влияния, сквозь которую необходимо было прорваться, чтобы в Германии Адольфа Гитлера добиться власти.

Как и многие в Германии, руководители СС до 1933 года не имели четкого представления о характере взятия власти национал-социалистами. Они полагали как само собой разумеющееся, что их вожди возьмут бразды правления Веймарской республики в свои руки и ликвидируют демократию, оставляя детали руководству и мудрости Гитлера. Национал-социалистское движение и государство, по их мнению, должны были представлять собой единое целое, которому будут подчинены все интересы.

«Целью национальной революции должно быть тоталитарное государство, проникающее во все сферы общественной жизни», — заявлял Геббельс.

Гитлер также возвещал о необходимости «введения тоталитаризма в государстве», Вильгельм Фрик же полагал, что будет «создано сильное правительство, независимое от отдельных личностей, групп, классов, привилегий, партий и парламентов».

В действительности же все выглядело совершенно по-другому. Место партий демократического государства заняли различные национал-социалистские клики, а вместо рейхстага с его обязательным решением вопросов большинством голосов появился новый вид «парламентаризма», что, по существу, означало борьбу национал-социалистских лидеров между собой за собственные интересы.

НСДАП стала партией, пришедшей к управлению государством. Внешне она выглядела монолитно, на самом же деле отражала в себе все противоречия, присущие в историческом плане различным немецким политическим партиям. Взнузданная харизматическим руководством Гитлера, она тем не менее представляла собой конгломерат фракций и групп, возникших в стране в результате поражения в войне, инфляции, безработицы и ликвидации демократии.

Американский историк Роберт Л. Кёль называет четыре группы, на которые подразделялась гитлеровская партия. Вокруг самого фюрера группировалась клика так называемых «старых бойцов — ядро нацизма», оставшихся еще в живых представителей ранней истории партии. С ней была тесно связана вторая группа праворадикальных индивидуалистов, являвшихся в основном доктринерами расизма и вступивших в партию в период с 1925 по 1929 год, когда членство в ней еще не считалось престижным. Третья группа представляла собой смешение «народного национализма и мелкобуржуазного социализма». Возникла она в годы экономической депрессии (1930-1933 гг.), когда лавочники, квалифицированные рабочие и зажиточные крестьяне подпали под влияние «национальной революции». Четвертую группу составили выходцы из так называемой «порядочной буржуазии» — приверженцы довоенных порядков: бывшие офицеры, чиновники и предприниматели, вступившие в партию «немецкого обновления» и серьезно верившие в возможность возврата к старым временам во главе с барабанщиком Гитлером.

Если в период оппозиции в такой партии было трудно достичь полного единства, то после 30 января 1933 года внутрипартийный плюрализм стал оказывать самое серьезное влияние на государственные дела. Своеобразие взятия власти национал-социалистами вынудило к тому же Гитлера образовать коалиционное правительство совместно с политиками буржуазных правых партий и консервативными чиновниками.