Принцесса морей - Вербинина Валерия - Страница 29

Нельзя сказать, что Джек не предвидел такой поворот событий. Корабль подходил к Ямайке, подняв английский флаг. Джек, который вызвался изображать капитана Блэйка, совершенно преобразился. Он сменил свои живописные лохмотья на узкие белые панталоны, расшитый золотом красный камзол и желтый атласный жилет. Сбоку Джек прицепил блэйковскую шпагу, вынул из ушей золотые серьги, чтобы ничто в его облике более не напоминало пирата, а роскошные кудри пригладил и зачесал назад. Габриэль собственноручно выбрала ему изумительную шляпу из капитанских запасов, после чего Джек попросту не узнал себя в зеркале. Он был адски хорош и в приличной одежде выглядел адски же убедительно, так что Габриэль поглядела на него с невольным интересом, а рыжий Анри в углу сразу насторожился.

– А кого будете изображать вы? – спросил Джек у своей сообщницы, когда пауза в разговоре малость затянулась.

Габриэль озорно ухмыльнулась.

– Я буду женой голландского капитана, которую вы спасли от бесчинствующих пиратов.

В душе Джек затрепетал от восторга, но виду все же не подал.

– Значит, женская одежда и всякое такое? Только учтите, в Порт-Ройяле все же имеются голландцы, хоть и немного их. Я бы на вашем месте…

– Не беспокойтесь, – отозвалась Габриэль, – я отлично говорю по-голландски. Мы с вами сойдем на берег и отвлечем внимание, а ночью наши люди возьмут сокровищницу, после чего нам придется очень быстро сняться с якоря. Все понятно, капитан?

Джек галантно поклонился. Габриэль подошла ближе и положила руку ему на рукав, глядя прямо в глаза.

– И вот еще что… Джек. Я думаю, вашей… даме вовсе не обязательно сходить с нами на берег. Придумайте ей какое-нибудь занятие, чтобы она не путалась у нас под ногами.

– Как вам будет угодно, – склонил голову Джек.

После чего направился прямиком к Луизе и без всяких околичностей заявил, что та должна оставаться на борту, когда бриг причалит к Порт-Ройялу.

Луиза вспылила. Заявила, что ни за что, никогда, ни за какие коврижки не оставит Джека. Глаза ее сверкали, ноздри раздувались.

– Все она, эта чертова француженка! Ты из-за нее лезешь на рожон, Джек! Она тебе нравится, я чувствую, и ты готов на все, лишь бы завоевать ее внимание!

– Ничего подобного, – отвечал Джек, глядя на любовницу хрустальными глазами честнейшего в мире человека. – Просто я ее должник, ведь она крупно меня выручила, а ты же знаешь, я терпеть не могу долгов.

– Джек, но это же безумие! – воскликнула Луиза. – Я знаю, ты был дружен с сэром Генри, а где жил сэр Генри? В Порт-Ройяле! Сколько раз ты бывал там, Джек? И неужели ты думаешь, тебя никто не узнает?

– Можешь не волноваться, – успокаивающе промолвил Джек. – Да, я бывал в Порт-Ройяле, но меня там никто не видел. Кроме сэра Генри, а он уже умер.

– Но, Джек…

– Я тебе сказал: никакой опасности нет. Успокойся, Луиза, не настолько я безрассуден, чтобы лезть прямиком в пасть льву. Повторяю: никто, кроме сэра Генри, не знал меня в городе в лицо. Ну же, не хмурься! Завтра в это время мы будем уже далеко в море вместе с казной Порт-Ройяла. Как удачно, что мы не успели закрасить старое название! Я настолько замотался с набором команды, что совершенно про него забыл.

Однако Луиза упорствовала. Ее долг – быть рядом с Джеком, что бы с ним ни произошло. Она не из породы каких-нибудь там ветреных вертихвосток, останется с ним, что бы он ей ни говорил!

К счастью, у капитана оставался в запасе еще один аргумент, и он без колебаний пустил его в ход. Для начала он оглянулся по сторонам и, понизив голос, признался:

– Видишь ли, дело в том, что я совсем не доверяю французам.

– Конечно! – горячо поддержала его Луиза. – Лягушатникам вообще верить нельзя!

– Поэтому нам придется разделиться. Я сойду на берег с Габриэль и постараюсь не спускать с нее глаз. А ты будешь приглядывать за слугой, – безжалостно продолжал Джек и многозначительно прибавил: – Сдается мне, никакой он не слуга.

– Но… – хотела что-то возразить ошеломленная Луиза.

– Дело в том, – оборвал ее Осборн, оглядевшись еще раз и еще понизив голос, – что Анри и остальные отправятся брать сокровищницу. Ты сама понимаешь, мало ли что… такое богатство… Вдруг они вздумают надуть нас?

Луиза, сдвинув брови, сосредоточенно размышляла над его словами.

– Большие деньги – большой соблазн, – серьезно промолвил Джек, видя, что его любовница колеблется. – Никому, кроме тебя, я не могу поручить такое дело, и именно поэтому ты мне очень нужна здесь, Луиза. Когда Анри и остальные погрузят сокровища на корабль, будь начеку. Не позволь бригу уйти без меня, потому что иначе, – со вздохом закончил капитан, – мне конец.

Луиза была явно тронута его словами. На мгновение Джек почувствовал укол совести, когда любовница сжала его руку и произнесла прерывающимся голосом:

– Хорошо, Джек. Ты прав, с французов нельзя спускать глаз. Обещаю, я не подведу тебя.

Произнося эти слова, Луиза чувствовала живейшие угрызения совести. Она видела, что Джек сомневается в своих союзниках и, возможно, вообще жалеет, что позволил втравить себя в авантюру с ограблением казны города. Она ухватилась за предложение капитана потому, что ей выпала возможность… побыть с симпатичным Анри почти наедине. Ненавистная дочка фехтовальщика будет далеко, и, как знать, может, без нее они с Анри легче найдут общий язык?

Двое обманщиков расстались. Каждый из них немного жалел другого, и каждый считал другого простофилей, который дал себя провести. Но самое забавное, что ни Джек, ни Луиза не догадывались о том, что обман оказался взаимным.

Глава 21

Слава капитана Блэйка

– Капитан Блэйк! Тот самый Блэйк, гроза проклятых пиратов! Дорогой сэр, какая честь для нас принять вас на нашем острове! – так говорил вице-губернатор Фортескью, приветствуя знаменитого гостя в огромном красно-золотом зале своего особняка.

Великолепная мебель, стены, обитые шелком, потемневшие от времени портреты – все напоминало обстановку какого-нибудь английского замка, и если бы не виднеющиеся за окном апельсиновые деревья и пальмы, иллюзия была бы полной. Яркое солнце лилось в окна, освещая своими лучами силуэты вице-губернатора и его гостей. Мистер Фортескью больше всего походил на колобок, на одутловатом лице которого под низкими бровями примостились довольно-таки цепкие крошечные глазки. Последние ни минуты не знали покоя – то взбирались вверх по фигуре статного капитана Блэйка, то перепрыгивали на лицо его спутницы, то вновь возвращались к капитану, который как раз в это мгновение улыбнулся словам Фортескью и отвесил изящный поклон. Все в мистере Блэйке выдавало человека совершенно светского, и вице-губернатор, ожидавший увидеть неотесанного морского волка с грубоватыми манерами, был полностью покорен.

– Надеюсь, капитан, ваше плавание прошло успешно? – осведомился он.

– О, вполне, – небрежно отвечал капитан Блэйк. – Кстати, счастлив вам сообщить, что мы потопили корабль презренного пирата капитана Осборна. Того самого, которого еще называли Джеком Везунчиком.

Вице-губернатор разразился желчным смехом.

– Что ж, больше ему не будет везти! Однако кто это с вами, дорогой сэр?

– Позвольте вам представить миссис Вандегриф, жену голландского капитана, – сообщил Джек (то есть, конечно, Блэйк), покосившись в сторону молодой женщины в дурно сшитом платье. – Я спас ее из лап пиратов, но, к сожалению, весь гардероб бедняжки пошел ко дну.

Габриэль мило улыбнулась и сделала реверанс.

Поскольку на корабле Блэйка женских платьев не оказалось, одежду для «жены капитана Вандегрифа» пришлось в срочном порядке сшить из разных обносков, и вид у прелестной мадам Вандегриф в таком рубище был довольно жалкий. Несмотря на это, когда Габриэль впервые появилась на палубе в новом облике, Макферсон чуть не выпустил штурвал, а Боб Хендрикс широко разинул рот, да так и не закрыл его.

– Тысяча чертей! – взревел он наконец. – Что за дьявольщина?