Отель - Хейли Артур - Страница 30

— Да. У меня был тогда бронхит.

— А вы долго работали шахтером, мистер Уэллс?

— Больше, чем мне хотелось бы, мисс. И забыть об этом никак не удается — то одно напоминает, то другое. Например, бронхит. Или еще вот это. — Он вытянул на одеяле руки ладонями вверх, и Кристина увидела задубевшую кожу, пальцы, искривленные годами тяжелого физического труда.

Под влиянием порыва Кристина наклонилась и погладила их.

— Этим, по-моему, нужно гордиться, мистер Уэллс. Расскажите о себе — мне бы так хотелось послушать.

Он отрицательно покачал головой.

— Возможно, в другой раз, когда у вас будет побольше времени и вы наберетесь терпения. Но вообще-то это будет стариковская болтовня, а старики могут надоесть до смерти, дай им только возможность поболтать.

Кристина села на стул у кровати.

— Я терпеливая. И я не верю, что мне надоест вас слушать.

Он усмехнулся.

— В Монреале есть люди, которые вряд ли с вами согласятся.

— Я часто пыталась представить себе, какой он — Монреаль. Я там никогда не была.

— Пестрый город, в котором всего понемножку, такой же, как Новый Орлеан.

— Не потому ли вы и приезжаете сюда каждый год? — спросила она с любопытством. — Вам кажется, что похоже?

Старик задумался, его костлявые плечи глубоко ушли в подушки.

— Мне никогда это не приходило раньше в голову, мисс. Наверное, я все-таки приезжаю сюда потому, что мне нравится все старомодное, а теперь осталось не так уж много мест, где это можно найти. Таким, к примеру, является ваш отель. Правда, и тут старина кое-где начинает уступать под натиском нового — вы это и сами видите. Но все же здесь чувствуешь себя как дома — я говорю это в самом хорошем смысле слова. Я ненавижу отели крупных корпораций — они везде одинаковы. Все блестит и сверкает, а живешь в них — точно на фабрике.

Немного поколебавшись, Кристина решила, что события сегодняшнего дня все равно уже ни для кого не тайна, и сказала:

— А у нас новости, которые вам, очевидно, не понравятся. Есть опасения, что «Сент-Грегори» в недалеком будущем перейдет в руки корпорации.

— Мне будет очень жаль, если такое случится, — сказал Альберт Уэллс. — Хотя я уже давно предполагал, что ваш отель испытывает финансовые затруднения.

— Откуда вы это узнали?

Старик немного подумал и ответил:

— В прошлый мой приезд, а возможно, и в позапрошлый, я уже видел, как туго идут дела. А в чем сейчас трудности: банк отказал в ссуде, по закладным нужно платить — что-нибудь в этом роде?

Удивительные качества открываются в этом бывшем шахтере, подумала Кристина: у него, оказывается, совершенно необыкновенное чутье.

И, улыбнувшись, она сказала:

— Я, видимо, наговорила вам больше, чем нужно. Но не сомневаюсь, и до вас дойдет весть о том, что сегодня утром к нам прибыл мистер Кэртис О'Киф.

— О нет! Только не он! — На лице Альберта Уэллса отразилось неподдельное беспокойство. — Если этот человек приберет к рукам и ваш отель, он станет точной копией всех прочих. Это будет фабрика, как я уже говорил. «Сент-Грегори» нуждается в переменах, но не в таких.

— А какие, по-вашему, тут нужны перемены, мистер Уэллс? — поинтересовалась Кристина.

— Хороший администратор мог бы сказать вам больше, чем я, но и у меня на этот счет есть кое-какие соображения. Я твердо знаю одно, мисс: публика страдает массовыми психозами. Сейчас она жаждет хрома, блеска и чтобы все у всех было одинаково. Но со временем люди от этого устанут и захотят вернуться к старине — к подлинному гостеприимству, к своеобразию характеров и обстановки; им захочется чего-то такого, что не было бы точной копией уже виденного в пятидесяти городах и ожидающего их еще в пятидесяти. Но вот беда: к тому времени, когда они одумаются и захотят всего этого, многие хорошие заведения, включая, возможно, и этот отель, уже перестанут существовать. — Он помолчал, потом спросил: — Когда же все решается?

— Право, не знаю, — ответила Кристина. Она была поражена проницательностью старика. — Только вряд ли мистер О'Киф пробудет здесь долго.

Альберт Уэллс кивнул.

— Да, насколько мне известно, он нигде не любит задерживаться. Действует быстро, особенно если что-то решит. Словом, могу лишь повторить: мне будет очень жаль, и, если это произойдет, я сюда больше уже не приеду.

— Нам будет недоставать вас, мистер Уэллс. Во всяком случае, если, конечно, я переживу грядущие изменения.

— Переживете, мисс, и будете там, где вам захочется. Хотя, если у некоего молодого человека есть голова на плечах, он вам не разрешит работать в отеле.

Она рассмеялась, и они еще немного поговорили, пока в комнату, предварительно постучав, не вошла медицинская сестра.

— Спасибо, мисс Фрэнсис, — сказала она сухо. Затем весьма недвусмысленно посмотрела на часы. — Пора моему пациенту принимать лекарство и отдыхать.

— Мне все равно уже надо идти, — сказала Кристина. — Я навещу вас завтра утром, если не возражаете, мистер Уэллс.

— Буду рад вас видеть.

И он лукаво подмигнул ей.

На столе Кристины лежала записка: ее просили позвонить Сэму Якубеку. Она набрала номер. Главный бухгалтер сам снял трубку.

— Я звонил в монреальский банк, — сказал он. — И подумал, что вам это будет небезынтересно. Похоже, что дела вашего знакомого в полном порядке.

— Приятная новость, Сэм. А что они вам сказали?

— Да как-то странно все получилось. Они, конечно, ничего не сообщили о том, сколько у него денег на счету: во всех банках одни и те же порядки. Просто сказали, чтобы я представил чек к оплате. Я тем не менее назвал сумму, но она их не взволновала, следовательно, он располагает такими деньгами.

— Я очень рада, — сказала Кристина.

— Я тоже, тем не менее я послежу, чтобы счет за комнату и услугине вырос в слишком большую сумму.

— Это, Сэм, вы умеете. Чего-чего, а предусмотрительности у вас хоть отбавляй, — засмеялась Кристина. — И спасибо, что позвонили.

Кэртис О'Киф и Додо удобно разместились в отведенных им номерах, и Додо тут же занялась своим любимым делом: принялась распаковывать чемоданы, в то время как О'Киф, усевшись в большей из двух гостиных, начал изучать бумаги в голубой папке с надписью «Секретно. Отель „Сент-Грегори“. Предварительный доклад».

Додо, тщательно обследовав великолепную корзину с фруктами, которую по распоряжению Питера Макдермотта принесли в апартаменты, выбрала яблоко и начала его чистить, как вдруг телефон, стоявший у локтя О'Кифа, зазвонил — вторично за эти несколько минут. Первым позвонил Уоррен Трент. Он вежливо приветствовал гостя, желая лично убедиться, все ли в порядке. И услышал искреннее признание:

— Даже в наших отелях не могло бы быть лучше, дорогой Уоррен.

После чего владелец «Сент-Грегори» пригласил Кэртиса О'Кифа вместе с Додо к себе на ужин.

— С огромным удовольствием, — любезно согласился магнат. — Кстати, мне очень нравится ваш отель.

— Вот этого я всегда и боялся, — сухо ответил Трент.

О'Киф расхохотался.

— Потолкуем сегодня вечером, Уоррен. Наверно, немного и о делах, но больше всего мне хотелось бы просто поболтать с великим специалистом гостиничного дела.

Опустив трубку на рычаг, он увидел, что Додо недоуменно смотрит на него.

— Послушай, Кэрти, если он такой великий специалист, почему же он продает тебе свой отель?

О'Киф ответил обстоятельно, как отвечал всегда, хотя заранее знал, что она все равно ничего не поймет:

— Главным образом потому, что времена изменились, а он этого не чувствует. Нынче недостаточно знать толк в гостиничном деле — надо еще уметь считать.

— Вот это да, — воскликнула Додо. — Какие огромные яблоки!

Второй телефонный звонок раздался сразу же вслед за первымзвонили из автомата в вестибюле отеля.

— Привет, Огден, — сказал О'Киф, когда звонивший представился. — Я как раз читаю ваш отчет.

А в вестибюле, одиннадцатью этажами ниже, лысый человек с болезненным цветом лица, похожий на бухгалтера, которым он, кстати, и был, кивнул из стеклянной телефонной будки своему более молодому спутнику, стоявшему снаружи. Звали бухгалтера Огден Бейли, и жил он на Лонг-Айленде, но здесь в отеле он уже две недели числился как Ричард Фаунтейн из Майами. С понятной осторожностью он избегал пользоваться гостиничным телефоном и не звонил из своего номера на четвертом этаже. И сейчас, чуть понизив голос, он отчетливо произнес: