Зов сердец - Хейер Джорджетт - Страница 58

Наблюдавший за ней Жервез томно поинтересовался:

— Какое-нибудь очередное успокоительное, мисс Морвилл, не так ли?

— Просто микстура, которую мне оставил доктор Мэлпас, чтобы я дала вам ее в это время, — ответила она, спокойно поднося стакан к его губам.

Он забрал его у нее, но и не подумал выпить.

— Люс оказался прав. Мне просто необходимо все знать.

— Чтобы увериться самому? Конечно. Но только не сейчас.

Он потер лоб:

— Мне надо хорошенько все обдумать! А тут, как на грех, не голова, а чугунное ядро!

— Ничего удивительного. Наберитесь терпения, милорд, ведите себя как полагается — и скоро поправитесь. А там и с головой все будет в порядке.

Скорчив кислую гримасу, эрл поднес стакан к губам и выпил его содержимое.

— А моей мачехе известно то, о чем мы сейчас говорили?

— Конечно. Она страдает, но тут уж вы бессильны.

— Бедняжка! Прошу вас, убедите ее, что я не собираюсь умирать! Как вы думаете, может, стоит ее навестить?

— И не мечтайте! До завтра, кроме Турви и меня — никаких посетителей!

Эрл тяжело вздохнул, но в эту минуту дверь приоткрылась, и в комнату бесшумно вошел Тео.

Он был довольно бледен, и на лице его застыло мрачное выражение. Понизив голос, Тео спросил мисс Морвилл:

— Как он? Улверстон сказал, что я могу видеть кузена.

— Чрезвычайно утомлен. Будет лучше, если ему удастся поспать до утра, — сообщила мисс Морвилл.

Тео вошел в комнату и взглянул в сторону постели. Заметив, что эрл не спит, а смотрит на него, подошел ближе, дрогнувшим голосом спросил:

— Как ты, мой дорогой?

— Превосходно! Оказывается, мне повезло — я и мечтать не мог о более чистой ране.

— Шард мне все рассказал. Я вернулся тут же. Если бы я только знал, ни за что не уехал бы из Стэньона!

— Только не теперь, умоляю! — воскликнула мисс Морвилл. Тео кивнул:

— Конечно. Вы совершенно правы! Но Улверстон послал меня, чтобы хоть как-то его успокоить. Кажется, я знаю, чего ты хочешь, Жервез. Я готов сделать для тебя все, что угодно, только скажи. Если тебе угодно как-то замять эту историю, я сделаю все, что в человеческих силах. Даю тебе честное слово!

— Да, я всегда знал, что могу полностью на тебя положиться, — улыбнулся Жервез. — История, которую сочинили для доктора, прекрасно подойдет и для всех остальных. Теперь я уже, можно сказать, пришел в себя. Могу сообщить, что незадолго до выстрела успел заметить в кустах фигуру мужчины довольно плотного телосложения, в одежде из домотканой материи. Как бы то ни было, необходимо во что бы то ни стало отыскать Мартина.

— Его найдут, — спокойно произнес Тео. — Только не волнуйся, Жервез! Я сказал, что позабочусь обо всем, и сделаю это.

— Спасибо, — прикрыв глаза, прошептал эрл.

Мисс Морвилл сделала Тео знак уйти, он опять кивнул в ответ и бесшумно удалился из комнаты.

Пощупав пульс у эрла, Друзилла с огорчением нашла его лихорадочным и могла только молча надеяться, что отдых и сон приведут его милость в нормальное состояние.

Остаток дня Жервез провел в полузабытьи — то ненадолго приходил в себя, то погружался в дремоту. Ухаживавшие за ним сиделки радовались, что он послушно, точно ребенок, выполняет все их указания и глотает любое снадобье, которое они подносили к его губам. Повинуясь распоряжению мисс Морвилл, они никого не пускали к нему. Тем не менее, температура все еще не спадала и спал он беспокойно. К ночи, казалось, ему немного полегчало, и эрл решительно воспротивился намерению мисс Морвилл попеременно с верным Турин вновь провести ночь у его постели. Он твердил, что теперь в этом нет ни малейшей необходимости. Наконец мисс Морвилл пообещала провести ночь в своей комнате. Было решено, что Турви будет спать в гардеробной на походной койке, которую специально поставили там для него. Дав себе зарок по крайней мере еще один раз заглянуть к раненому, мисс Морвилл наконец удалилась. Она и в самом деле изрядно устала. И хотя совесть упорно твердила ей, что надо непременно зайти перед сном к вдовствующей графине, девушка чувствовала, что в таком состоянии просто не сможет поддерживать разговор.

Было уже почти десять часов, когда она склонила голову на подушку и почти тут же провалилась в сон. Однако через два часа, то есть на десять минут позже установленного самой себе времени, проснулась, зажгла свечу и встала. Ложась в постель, она сняла только платье и сбросила туфли, так что ей не составило труда быстро одеться и наспех поправить волосы. Захватив свечу, Друзилла прошла через галерею и, свернув за угол, оказалась в коридоре, в конце которого помещалась спальня эрла. Замок уже погрузился в тишину, но возле двери в комнату эрла горела лампа, освещая тусклым светом коридор. Мисс Морвилл бесшумно толкнула дверь и осторожно прокралась в комнату.

Здесь тоже слабым светом горел ночник, поставленный возле постели так, чтобы свет его не раздражал раненого. На первый взгляд казалось, он крепко спит, но слабое колыхание полога у постели выдавало, что это не так. Густой храп, доносившийся из-за дверей в гардеробную, дал попять, что по крайней мере Турви наслаждается безмятежным сном. Она с неудовольствием заметила, что огонь в камине почти потух, и направилась к нему, чтобы подложить дров. Потом вернулась к постели и, наконец, решилась очень осторожно поправить одеяло, которое свесилось на пол, так что видно было обнаженное плечо эрла. Он пошевелился, но глаза так и не открыл, и, постояв минуту у его изголовья, девушка на цыпочках двинулась к двери.

Мисс Морвилл уже протянула было руку к дверям, как вдруг ее слуха коснулся какой-то звук, который не мог быть не чем иным, как шорохом чьих-то шагов. Звук был приглушенный, и она даже было подумала, что ей это просто почудилось, как вдруг шаги послышались снова. Девушка застыла в оцепенении: шаги доносились не из коридора и не со стороны гардеробной, а откуда-то с противоположной стороны. За ними последовал смутный шорох, будто кто-то в темноте осторожно нащупывал дверь, и сердце у нее ушло в пятки. Она быстро скользнула к постели и замерла, в тусклом свете ночника разглядывая противоположную от нее стену. Бросив украдкой настороженный взгляд в сторону гардеробной, она открыла рот, собираясь окликнуть Турви, но передумала, сжала губы и опять внимательно вгляделась в стену спальни.

Как и все остальные стены в комнате, это была обыкновенная панель, украшенная резными пилястрами, внизу тянулся плинтус. Языки пламени уже потихоньку начинали облизывать толстые сухие поленья, которые она только что подбросила в камин. Пламя взвилось вверх, бросая дрожащие отблески на закругленные капители и вязь изящно изогнутых арок. Снова до нее донесся царапающий звук, будто кто-то скребся в темноте. Затем послышался новый звук, который спутать было просто невозможно, — звякнула отодвигаемая щеколда. Мисс Морвилл застыла, как изваяние. Внезапно она поняла, что эрл тоже не спит. Она услышала, как он шевельнулся, но, прежде чем успела наклониться, чтобы взглянуть на него, его пальцы предостерегающим жестом стиснули ее запястье. Друзилла украдкой глянула на него и заметила, что он тоже не спускает глаз с панели. Едва слышно, только чуть шевельнув губами, он прошептал:

— Ни звука!

Ее сердце заколотилось непривычно часто. Однако мисс Морвилл была совершенно уверена, что сохранит обычное состояние духа и не кинется в панике звать на помощь.

Громко треснуло полено в камине. В полумраке одна из панелей бесшумно скользнула в сторону, и в проеме появилась чья-то рука, схватившаяся за край.

Глава 17

Щель в стене медленно ширилась, но света ночника было недостаточно, чтобы осветить черное отверстие, зиявшее между панелями. На одно короткое мгновение, в течение которого мисс Морвилл явственно слышала, как у нее от страха лязгают зубы, все замерло, и вдруг в тишине прозвучал едва слышный шепот. Чей-то голос нетерпеливо позвал:

— Сент-Эр!

Пальцы, железным кольцом стиснувшие руку мисс Морвилл, внезапно разжались.