Мевервильский оборотень - Колесова Марина - Страница 4

— Он записывал, что и как делал?

— Да… только сгорело все… лишь та книга, что Вы взяли, осталась, но там только проверенные и отработанные рецепты.

— Да, я видела… А над какими новыми рецептами он работал, ты знаешь?

— Многие знаю… Но только не последний… он запирался, когда его готовил и даж записей не вел… уже месяца два как… Я только если ингредиенты, какие ему новые приносил… Странные все такие… кровь летучих мышей… или еще серебро с могильного креста. Только не творил он зла… вот истинный Вам крест, — Дерик размашисто перекрестился, — никогда не творил… он больше лечил кого или проклятье какое снимал, ну или судьбу предсказывал…

— Я знаю, — Каролина едва заметно кивнула, потом нервно повела плечом, — только разве епископу объяснишь то. Для него главное не чтобы люди добро творили, а чтобы церковь его восхваляли, да жили в покорности да страхе перед ним… Вот и творит он зло сам, прикрываясь именем Господа, и страху не ведает… А всех, кто даром владеет, причислил к пособникам дьявола и никак иначе. И отца моего в том же убедил… Ну ничего, мы с ними по их же правилам играть станем, и еще посмотрим кто в выигрыше окажется.

Она решительным жестом перелила содержимое колбы в небольшую бутылочку и, загасив горелку, обернулась к Дерику:

— Ты в седле держаться умеешь?

— Ну да… отец часто посылал отвести кому лекарство.

— Вот и славно. Поедешь сейчас со мной.

— Госпожа, но вечер уж совсем поздний… На лошадях на ночь глядя опасно ехать, — удивленно проговорил Дерик и тут же в страхе попятился, такой яростный взгляд бросила на него его хозяйка.

— Да ты оказывается трус, — губы ее презрительно дрогнули, — ну что ж оставайся здесь. Из комнаты до моего возвращения не выходить и не разговаривать ни с кем!

— Я не про себя, госпожа… мне лишь за Вас боязно было… я-то сам часто ночами ездил… и, если позволите, с удовольствием поеду Вас сопроводить…

— За меня не стоит беспокоиться, — раздраженно хмыкнула она, — я сама о себе побеспокоюсь.

Она накинула плащ, потом взяла из ящика сумку, положила в нее бутылочку и сунула в руки Дерику:

— Пошли!

Они вышли во двор. Полная луна освещала мощеный двор, повинуясь приказу Каролины, слуги быстро оседлали и привели им двух коней. Каролина легко вскочила в седло, Дерик последовал ее примеру, и охранники распахнули перед ними ворота.

Свет луны, озаряющий ехавшую перед Дериком Каролину, делал похожей ее на сказочную фею. И Дерик не столько смотрел на дорогу, сколько восхищенно разглядывал спину своей спутницы.

Они достаточно долго ехали по лесной дороге, когда вдруг неожиданно конь Дерика испуганно заржал и попятился. Мальчик поднял глаза и в страхе замер в седле. Перед ними на дороге стоял огромный черный волк. Размером он лишь чуть уступал лошади. Лунный свет серебрил его сверкающую шерсть, и волк казался закованным в легкую серебристую броню.

Дерик слышал об оборотне мевервильского леса и понял, что повстречали они именно его. Рассказывали, что волк в одиночку истребил почти всю армию напавших на Мевервиль в прошлом году кочевников. И хоть слыл он заступником Мевервиля, встречи с ним боялись все окрестные жители. Потому как многочисленные исчезновения людей в мевервильских лесах приписывали именно ему.

— Бегите, госпожа! — завопил он, посылая своего коня прямо на волка. Однако спутница его напротив замерла, а волк лишь в сторону отпрыгнул, пропустив коня Дерика.

— Уезжайте, госпожа, спасайтесь! — Дерик вцепился в узду, снова разворачивая лошадь на волка. Его конь хрипел от страха, но послушный поводу, вновь пошел на огромного серебристого зверя. Однако тот опять лишь отпрыгнул, после чего сипло проговорил:

— Каролина, успокой своего спутника, мне надоело скакать словно зайцу.

— Хватит, Фредерик! Мне не грозит никакая опасность, — мелодичный голос дочери герцога, заставил Дерика растерянно остановить коня и обернуться.

— Вы уверены, госпожа? — срывающимся от волнения голосом спросил он.

— Абсолютно. Возьми повод и коней привяжи, — она легко соскочила с коня и протянула Дерику повод.

Мальчик дрожащими от пережитого ужаса руками взял его и, отъехав чуть в сторону и спешившись, принялся привязывать лошадей, искоса поглядывая на замершего неподалеку громадного зверя.

Его хозяйка тем временем приблизилась к тому и, ласково погладив, прижалась щекой к волчьей морде, едва слышно выдохнув при этом:

— Я соскучилась…

— Тогда почему так долго не приходила? — волк носом уткнулся ей в шею, и его язык нежно коснулся мочки ее уха.

— Я не могла раньше, пришлось ждать удобного момента. За мной следил кузен, да и епископ опять облаву собрался устроить… Ему покоя не дают лавры неустрашимого борца за победу церкви над всеми, кто имеет хоть какой-то дар…

— Он никак не может успокоиться?

— Нет, — Каролина печально покачала головой, — он разошелся не на шутку… отца заставил Мартина с семьей казнить… Я еле успела сына его спасти, теперь вот, как видишь, за собой мальчишку таскаю…

— Убили Мартина? — волк то ли взлаял то ли кашлянул, — Скверно… Он успел передать тебе новое зелье?

— Нет, у меня остался лишь тот, опробованный рецепт.

— Жаль, конечно… но что делать… Это за что же епископ на него так взъелся?

— Даром и знаниями, по его мнению, вправе владеть лишь церковная власть и никак иначе. Поэтому он стремится истребить всех, кто этим владеет, не принадлежа к церковному сообществу, объявив их нечистью и богомерзкими созданиями… Одним словом задумал он снискать себе славу и звание неутомимого радетеля за веру и Господа…

— Да уж… Хорошо хоть, что твой дар не столь очевиден… Кстати, а как сейчас? Уверена, что кузен твой за тобой не следит и епископу все о тебе не доложит?

— Теперь уверена. Я власть над кузеном получила. И будет он отныне не за мной следить, а молиться с утра и до утра, отмаливая как свои грехи, так и чужие… уж я-то постараюсь…

— Не переусердствуй. Во всем мера нужна…

— Напоминай почаще, и, возможно, мне удастся сделать его моим покорным слугой, не убив и не искалечив при этом, — рассмеялась в ответ она. Потом обернулась к Дерику: — Бутылку со снадобьем мне подай!

Тот достал из сумки бутыль и, шагнув к ней, подал. Она взяла и вновь притянула к себе волка: — Будешь?

— Ты спрашиваешь? — было похоже что волк рассмеялся, — Я из твоих рук даже яд с радостью выпью, а ты такие вопросы задаешь.

— Прекрати! — глаза Каролины гневно сверкнули, и она раздраженно хлопнула ладонью волка по спине. — И ведь не подавился такими словами…

— Тсс… ладно, ладно… не сердись, — волк осторожно ткнул ее носом в плечо. — Давай свое снадобье.

Каролина открыла пробку и дала выпить содержимое зверю.

Некоторое время не происходило ничего, а потом тело волка стала бить крупная дрожь. Он стал тяжело дышать, затем изогнулся весь, и тишину леса прорезал его громкий полный муки вой.

Дерик в ужасе зажмурился, а когда открыл глаза, то увидел, что его госпожа склонилась над неподвижно лежащим обнаженным мужчиной. Очень мускулистым и пропорционально сложенным, с разметавшимися по плечам черными, как смоль, густыми волосами. Она притянула к себе его голову и нежно поцеловала прямо в губы. Тот едва слышно застонал и открыл глаза. Лицо Каролины осветила улыбка. Чуть отстранившись, она нежно рукой коснулась высокого лба оборотня, потом ее пальцы скользнули по его резко очерченным скулам и чуть тяжеловатому, упрямому подбородку, затем тронули дрогнувшие от ее прикосновения тонкие губы.

— С возвращением, Алекс, — с чувством выдохнула она, вглядываясь в его выразительные темно-синие глаза, обрамленные густыми длинными ресницами.

Ничуть не смущаясь своей наготы, мужчина приподнялся и в свою очередь, притянув красавицу-герцогиню к себе, жадно приник к ее губам.

Поняв, что его любопытство становится непристойным, Дерик поспешно отвернулся. Теперь ему стало ясно, почему оборотень хранит Мевервиль, и что за зелье в тайне ото всех пытался сотворить его отец.