В плену королевских пристрастий - Колесова Марина - Страница 105

— Вы ее очень, государь, с этим вепрем расстроили, она прям, с лица спала, как услышала… Вы же знаете, какая она впечатлительная… Тогда со щенком ведь больше недели не говорила со мной…

— Точно… я тогда еще мирил вас… И дернуло меня с Лидией спорить… вечно она какую-нибудь пакость удумает… Кстати, — король вновь перешел на доверительный шепот, — может, сегодня Алине лучше не знать о девочках? А то она всегда сильно нервничает, когда узнает или становится свидетельницей чего-то подобного, не будем ее, пожалуй, еще больше расстраивать сегодня… Отошли ее куда-нибудь, но так чтоб она не обиделась…

— Я нашел ей замечательное занятие. Сейчас ей портниху доставят… Она должна несколько платьев для нее и дочери привезти на примерку.

— Великолепно. Кстати, как твоя старшая дочь? Я что-то не видел ее здесь ни разу.

— Алина ее никуда не выпускает и развлекается тем, что заставляет молиться с утра и до утра. Дочь теперь без ее разрешения и шагу ступить не смеет, и слушается во всем.

— А что дальше с ней делать будешь?

— Пока Алине не надоест, при ней будет, а надоест, или в монастырь какой сдам или мужа строгого ей найду.

— Дело, — кивнул король.

— О чем секретничаете? Обсуждаете чем заменить в меню ужина жаркое из неубитого вепря? — к ним подошла Алина с яблоком в руке.

— Нет, это мы еще не успели обсудить, дорогая, — улыбнулся ей герцог, — я просил короля позволить Вам удалиться, для Вас портниху привезли, как я и обещал… Так вот, государь разрешил.

— Да, Алиночка, иди, потом расскажешь, что стоящего она тебе привезла и чем будешь нас радовать. Вчерашнее платье было сказочно хорошо.

— Вы не возражаете, Ваше Величество, если я провожу жену? — герцог взял Алину за талию.

— Нет, не возражаю, Алекс, проводи, конечно. А я тоже, пожалуй, пойду, передохну в комнате отдыха. Распорядись, чтоб меня тоже проводили и там не беспокоили… А как Алину проводишь, приходи, я с удовольствием с тобой пообщаюсь, — король постарался незаметно подмигнуть герцогу.

— Как прикажете, государь, — герцог обернулся к Рону и, сделав какой-то знак рукой, проговорил: — Его Величество отдохнуть желает, проводи.

Пройдя в одну из приемных зал вместе с Алиной, герцог закрыл дверь и, притянув Алину к себе, тихо на ухо прошептал, — Какая же Вы умница, миледи… и ведь не солгали ничего почти… я ведь правда, того красавца, что тебе показывали, обещал не трогать…

— Что значит «почти»? Я ничего не солгала.

— Кабаны размером с кролика, я таких не видел… если только поросята…

— Это было утрирование или художественное преувеличение, вернее приуменьшение, причем, однозначно понятное, а никак не ложь.

— Хорошо, хорошо… Вы не солгали ни словечка. Кстати, Вы не забыли, что обещали сегодня на рассвете?

— Да, помню… а Вы, как я понимаю, постарались быстрее подтолкнуть меня к исполнению обещания. Неужели так не терпится?

— Не терпится… Да, к теме о наказаниях… Вы наказали Катарину?

— Да.

— Я проверю… Девчонка снова распустилась, видно не особо строго Вы с нее взыскиваете.

— Да строго… просто тяжело ей сейчас очень. Ей любви, развлечений, романтики хочется, а приходится все желания смирять и покорно то задания мои выполнять, то молитвы или Библию читать. Пожалели хоть бы Вы ее, поговорили бы разочек с ней по-доброму. Ведь даже если ест она с нами, Вы лишь ругаетесь на нее.

— Алина, Вы так до сих пор так и не поняли? Ей не доброта и жалость нужна, а жесткий контроль.

— Не волнуйтесь, я полностью контролирую ее…

— Хорошо если так… — кивнул он и вдруг лукаво усмехнулся, — Кстати, Алиночка, Вы сами портниху наказать решили? Я бы с удовольствием понаблюдал за этим.

— Не мое то дело, — презрительно скривив губы, Алина недовольно повела плечом, — Вот дочь поучить могу, а снисходить на такой уровень, увольте… Коль не заставите, конечно…

— Алиночка, как я могу? Вы абсолютно правы, не Вам снисходить до такого… Простите, я, не подумав, сказал. Пусть мальчик твой накажет, а мы посмотрим… Наконец, хоть чем-то займется, а то ты, как вернулась, и не подпускаешь его к себе, а он бедный мается без дела, как бы не учудил что, подобно Катарине…

— Не учудит. Он Вас до судорог боится и никак поверить не может, что Вы не станете сводить с ним счеты.

— Успокойте его: счеты сводить не стану, а вот если Вам вдруг досадит чем-то, всю шкуру с него спущу.

— Он старается… Вы же сам видите, как старается. Он ведь теперь считает, что обоим нам не угодил и изо всех сил стремится заслужить прощение. Кстати, не только мое, заметьте.

— Хотите, чтоб я себе его забрал?

— Вы чрезвычайно догадливы, милорд, хочу. В таком возрасте быть пажом при женщине, не самая лучшая доля.

— Мне очень хочется сделать Вам приятное, моя дорогая, но извините. Вам нужна охрана, и этой охраной будет он, а не будет, значит, отправится либо в королевскую темницу, либо на каторгу. И не спорьте!

— Когда я спорила? Я с Вами теперь вообще не спорю.

— Вот и не спорьте. Лучше портниху позовите и платьями займитесь. А потом к королю можете заглянуть, чтоб пожаловаться…

— Алекс, Вы ведь, наверняка, ему новых девочек отправили. Зачем меня зовете? Чтоб я посмотрела, как вы развлекаетесь с ними?

— Только он…

— Алекс я знаю о нем все… он ничего не скрывает… так что можете не стараться… мне, кстати, неприятно не только, что он с ними делает, но и что Вы их для него готовите…

— Я не готовлю… мне некогда. Я либо при нем, либо при Вас.

— Так их Вам что, уже готовых таких вручают что ли?

— Угадали.

— Тогда кто их так дрессирует и где? Ведь не леди же Гиз, которой Вы поручили следить за ними здесь…

— Алина, ну зачем Вам это знать? Что Вам даст имя того, кто делает эту грязную работу? Если б Вам это было нужно, Вы бы уже знали ответ и без меня… Разве не так?

— Возможно… — она задумчиво склонила голову набок, — Ладо, идите, он ждет Вас, он любит таких как Вы зрителей. Скольких велели ему привести?

— Двух. Я думаю, они быстро ему наскучат, особенно первая, так что можете особенно долго и не ждать, к тому же Вы ведь знаете, как он относится к Вашему присутствию, так что он в любом случае не обидится…

— Я знаю. Он будет только рад, — мрачно проговорила она и отвернулась.

Герцог удовлетворенно хмыкнул, ему нравилось заставлять Алину почувствовать, насколько развратен или жесток король, которому они так верно служат и оберегают. Потом он нежно притянул ее к себе и поцеловал в плечо:

— Ну не будьте к нему так строги, Вы же знаете причину по которой он так ведет себя… Кстати, хоть он и решил не огорчать Вас сегодняшним действом, но поверьте мне, будет лучше, если Вы застанете хотя бы его конец… для девочек будет лучше… — он помолчал немного и тихо спросил, — Так Вы постараетесь придти пораньше, моя дорогая?

— Да, да, Алекс, — раздраженно проговорила она, — Я доставлю удовольствие и Вам, и ему своим присутствием, и приду настолько рано, насколько быстро сумею найти повод, чтобы выполнить свое обещание… Поэтому чем раньше Вы прикажете привести сюда портниху, тем быстрее я смогу это сделать.

— Хорошо, сейчас ее приведут, — кивнул герцог и вышел.

Портниха вошла в сопровождении двух мастериц несших на вытянутых руках несколько платьев и, чуть поклонившись, громко проговорила:

— Добрый день, Ваша Светлость. Я привезла все Ваши заказы… Как Вы, надеюсь, понимаете, они еще не до конца готовы. Мы обговаривали с Вами другой срок их исполнения… Однако сегодня Его Светлость, герцог передал записку с требованием срочно все привезти и показать… и прислал за мной охранников… Я, конечно, не посмела бы ослушаться и так, Вы одни из самых моих привилегированных заказчиков… я всегда стараюсь все сделать, чтоб угодить и Вам, и герцогу. Поэтому не понимаю, зачем нужны были охранники. И еще не понимаю, чем вызвано подобное требование столь срочного показа Вам неготовых нарядов, ведь мы провели примерку, и Вы все одобрили…