Фавориты Фортуны - Маккалоу Колин - Страница 240

ПОСЛЕСЛОВИЕ АВТОРА

«Фавориты Фортуны», не являясь последней книгой данной серии, все же знаменует конец определенного периода римской истории, скудно освещенного в древних источниках. О нем не говорят Ливии и Кассий Дион. В первых трех книгах цикла я смогла охватить почти все исторические события, происходившие в бассейне Средиземного моря.

Кроме того, роман «Фавориты Фортуны» знаменует поворотный момент в трактовке моей темы — падение Римской Республики. Следующие книги я планирую сконцентрировать лишь на отдельных аспектах истории. Там не будет представлен полный охват событий того времени, что, я думаю, только пойдет на пользу и автору, и читателю.

Благодаря древним источникам «Фавориты Фортуны» обогащены появлением двух исторических персонажей. Это животные — собака, принадлежавшая вифинскому царю Никомеду, и знаменитая олениха Квинта Сертория. Оба персонажа существовали на самом деле. О собаке упоминает Страбон, об оленихе пишет Плутарх.

Сюжет «Фаворитов Фортуны» — это период начала конца истории Рима. Он неоднократно обыгрывался Голливудом — естественно, в ущерб истории и в пользу Голливуда. Читатель найдет у меня совершенно другую версию восстания Спартака. Она сильно отличается от той, что известна по кинофильму. У меня нет намерения спорить здесь с создателями фильма или объяснять, почему я выбрала именно такое описание вождя восставших. Историки поймут из моего текста, почему я так сделала, и кем в действительности был Спартак.

Глоссарий полностью переписан, чтобы соответствовать этой книге. Обратите внимание на то, что некоторые общие статьи изъяты. Поскольку книги «римской» серии продолжаются, я буду вынуждена постоянно увеличивать объем глоссария, если не стану убирать неактуальные для данного тома статьи. В противном случае глоссарий в конце концов сделается длиннее романа.

Интересующиеся проблемой читатели могут соединить данный глоссарий с материалами предыдущих томов. Таким образом они получат информацию о многих вещах. Статьи, посвященные государственной структуре республиканского Рима, будут присутствовать в моих книгах всегда, хотя в видоизмененной форме, поскольку эта структура постоянно изменялась. Включены данные только о тех обстоятельствах и людях, о которых читатель захочет освежить познания. Самые интересные новые статьи касаются кораблей, которые теперь становятся все более значимыми в сюжете.

Описание внешности молодого Помпея в юности и после тридцати взято с оригинальных портретных бюстов. Молодой Цезарь списан со статуи, изображающей человека средних лет. Цезарь сохранил фигуру, поэтому описывать его было легче, нежели Помпея. Существует некоторое разногласие касательно бюстов Суллы: один изображает красивого мужчину лет сорока, другой — старика. Я думаю, что оба они — Луций Корнелий Сулла: уши, нос, подбородок, форма лица и морщины идентичны. Но красивый зрелый мужчина носит курчавый парик (то, что это парик, подтверждается двумя прядями совершенно прямых волос над ушами), он потерял зубы (это удлиняет подбородок) и когда-то в недалеком прошлом сильно похудел. Поскольку Сулле было шестьдесят два года, когда он умер, его болезнь, должно быть, была ужасной. Это согласуется с тем, что говорит Плутарх. Луций Лициний Лукулл также списан с подлинного бюста. Метелл Пий, Квинт Серторий и Красс — их внешность позаимствована с портретов неизвестных людей, живших в период Республики. В книге «Первый Человек в Риме» я «омолодила» портрет неизвестного, соответствующий характеру Квинта Сертория. Затем я «удалила» левый глаз и заменила его рубцовой тканью (позаимствованной с фотографии в одном из моих медицинских учебников).

До наших дней не дошло изображений одного из действительно великих людей той эпохи, Марка Лициния Красса. Поэтому для портрета Красса я выбрала бюст коренастого мужчины безмятежного вида. О Крассе мы знаем, что он был крупный, флегматичный человек — по крайней мере, внешне. Иначе шутки о быках были бы неуместны.

Внешность царя Никомеда также неизвестна. Хотя существуют монеты с его профилем, все еще спорят, сколько царей было после Никомеда II — того Никомеда, которого Гай Марий встретил в 97 году до P. X. Возможно, последовательно правили Никомед III и Никомед IV. Но не исключено, что царь был один — Никомед III, и он правил в «два приема» (два периода, разделенные ссылкой, проведенной в Риме). Лично я считаю, что последний царь был именно Никомед III. Как бы то ни было, для описания его внешности я выбрала портрет неизвестного времен Республики, профиль которого напоминает изображенного на монете Никомеда III (хотя на бюсте нет диадемы и, следовательно, он не может изображать царя). Главным образом, я хотела, чтобы мои читатели увидели, как выглядит диадема на этой вполне реальной голове.

Хочу оговорить одну вещь, чтобы избавить знатоков древней истории от необходимости писать мне письма с возражениями. Да, я знаю, что Светоний описывает глаза Цезаря как «nigris vegetisque oculis». Обычно это переводится «острые (или пронзительные) черные глаза». Однако тот же Светоний называет его белокурым. И писал он это через сто пятьдесят лет после смерти Цезаря. За это время портретные бюсты Цезаря неоднократно перекрашивались. Возможно, они больше не отражали истинный цвет его глаз. Очень редко случается, чтобы белокурый человек имел черные глаза. Внучатый племянник Цезаря, Август, был светловолосым и сероглазым. Светлые глаза с темной окантовкой вокруг радужной оболочки всегда дают пронизывающий взгляд. Поэтому я предпочла избрать именно этот вариант, не согласующийся с заявлением Светония. Так внешность Цезаря выглядит более естественной. Плутарх, к сожалению умолчавший о внешности Цезаря, упоминает лишь о том, что у него была белая кожа. Веллей Патеркул сообщает, что Цезарь превосходил красотой всех. Согласно Светонию, он был высок, худощав, но отличного телосложения. Я бы не хотела, чтобы кто-нибудь из моих читателей решил, что я уступила искушению женщины-писательницы и наделила главный исторический персонаж физической привлекательностью, которой тот вовсе не обладал. Бедный Цезарь, он на самом деле имел все: ум, красоту, прекрасное тело.

Хочу разъяснить еще одно недоумение. Письма Помпея Сенату в моем романе заметно отличаются от текста Саллюстия, а судебные речи Цицерона не похожи на опубликованные, которые до нас дошли. Существуют сомнения по поводу правдивости Саллюстия. Неизвестно также, переписывал ли Цицерон свои реальные речи для публикации или составлял новые, более роскошные версии. Поэтому я решила писать своими словами.

По поводу слонов следует помнить, что римляне были знакомы с африканскими слонами, а не с индийскими и что африканский слон крупнее и меньше поддается дрессировке.

Следующая книга серии будет называться «Женщины Цезаря».

СЛОВАРЬ-ГЛОССАРИЙ

Авгуры — жрецы, ритуалы которых сначала были связаны с богами плодородия. Они улавливали поданные божеством знаки и толковали их. Для своих предсказаний (авгурий) жрецы пользовались атмосферными явлениями (громом, молнией, зарницей), эхом, наблюдением за поведением диких животных, полетом и голосами птиц, кормлением священных кур (лат. avis — птица, вещая птица, предзнаменование, знак). Особое значение имело гадание по полету птиц (ауспиция). Римские государственные деятели должны были прибегать к ауспиции перед выборами и битвами, чтобы определить, благосклонны ли боги к предстоящему событию.

Авгуры образовывали так называемую «коллегию авгуров», состоявшую из шести патрициев и шести плебеев. До введения закона lex Domitia de sacerdotiis (104 г. до н. э.) новые авгуры избирались по решению этой коллегии; после принятия этого закона они избирались публично. Авгуры носили особую тогу — toga trabea и особый посох — lituus, изогнутую палку без единого сучка. Без посоха авгур не мог выполнять свои обязанности.

Агер — большой двойной крепостной вал у Эсквилинского холма, часть Сервиевой стены.