Кровь и память - Макинтош Фиона - Страница 84

— Она высокая и красивая. У нее пронзительный взгляд, глаза золотисто-карие, нет, пожалуй, зеленые, — ответила Элспит, мысленно рисуя портрет Фарил. На нее тотчас же нахлынули воспоминания о тех нескольких жутких минутах после того, как Уил вошел под своды замка.

Валентина дружеским жестом прикоснулась к руке девушки.

— В ее глазах есть что-то кошачье, верно? А волосы у нее темно-рыжие, приятного оттенка, но старомодно подстриженные до уровня плеч?

Валентина на мгновение отвела глаза, а Элспит залилась краской.

— Да, ваше величество, — ответила она запинаясь. — Она именно такая, какой вы ее описали.

Лицо королевы омрачилось.

— Я убеждена, Элспит, что женщина, известная тебе как Фарил, на самом деле — некая Хилдит. Это она убила Ромена. Правда, мне никто здесь не верит. Для моего окружения не имеет значения, но лично мне очень хотелось бы знать, кто совершил это преступление.

— Она… она служит Селимусу. Аремис утверждает, ваше величество, что эта женщина — наемная убийца, получающая деньги от короля Моргравии.

Королева подняла голову, обратив взгляд на небо.

— Я знаю, — дрожащим голосом произнесла она. — Эта женщина убила его, когда они с ним были в постели.

— Давайте присядем, ваше величество, — предложила Элспит.

Взяв Валентину за руку, она подвела ее к каменной скамье, окруженной благоухающими кустарниками.

— Спасибо, — поблагодарила Валентина, когда они сели. На мгновение повисла пауза — это королева постаралась незаметно смахнуть скатившуюся по щеке слезинку. — Могу я доверить вам одну тайну, Элспит?

— Разумеется, ваше величество!

— Я была влюблена в Ромена Корелди, но мы не были с ним близки, вы понимаете, о чем я? Мы никогда не занимались любовью так, как он делал это с той шлюхой, Хилдит.

— В такого красавчика влюбиться нетрудно, — призналась Элспит, не вполне понимая, чего ждет от нее королева в этот момент откровенности.

— Неужели вы так хорошо знали его?

— Мы встречались в Йентро.

Вместе оказались в плену у горцев.

— Я знаю.

— В самом деле?

— Он рассказал мне все о том времени, которое провел на севере.

Не все, подумала Элспит.

— Значит, он что-то рассказывал вам и обо мне, ваше величество.

— Рассказывал. Я все про вас знаю, Элспит. Потому и верю вашему известию о трагической гибели герцога Фелроти. Понимаете, мои советники — представители знатных родов Бриавеля — отчаянно хотят выдать меня замуж за короля Селимуса. Мне необходимо представить им доказательства его гнусных намерений, о которых вы мне поведали.

— А разве смерти вашего отца недостаточно? — с горечью в голосе воскликнула Элспит и уже в следующее мгновение, испугавшись своей дерзости, схватила королеву за руки и поспешно опустилась перед ней на колени. — Простите меня, ваше величество! Умоляю вас! Вы так любезно и добросердечно отнеслись к нам! Я страшно напугана! Лишь отчаяние заставило меня произнести эти дерзкие слова!

Валентина печально улыбнулась, глядя на смиренно склоненную голову девушки, некогда знавшей Ромена Корелди. Неужели он в свое время, до их знакомства, не влюбился в эту хорошенькую особу?

— Я прощаю вас, потому что вы справедливо упрекнули меня, — ответила королева. — Но вы также должны понять, что мы не имеем права рисковать свободой моей страны. Нужно во что бы то ни стало удержать ее от войны с соседями. Самое ужасное, что во имя дипломатии приходится жертвовать порой самым дорогим. Думаю, ради блага Бриавеля можно позабыть о смерти моего отца, — вздохнула Валентина и, немного помолчав, добавила: — Ромен упоминал о некоем горце по имени Лотрин.

Элспит смутилась, услышав знакомое имя, однако в пристальном взгляде прекрасной королевы Бриавеля прочла понимание и симпатию. Требовалось проявить честность.

— Это на редкость храбрый человек. Ради нас он был готов пожертвовать собственной жизнью, потому что верил, что мы невиновны и не заслуживаем смерти. Он изменил своему королю и, возможно, поплатился за это собственной жизнью.

— Ромен говорил мне, что вы с Лотрином любили друг друга.

— Я… мы… верно… это так, ваше величество, — призналась Элспит, сильно обескураженная тем, что Валентине так много известно о ней. — Я никогда не полюблю другого.

На лице Валентины мелькнуло выражение грустного понимания.

— Тогда вам должно быть понятно, как тяжело сейчас мне. Я тоже не смогу никого полюбить так, как когда-то любила Ромена Корелди, хотя мы так недолго знали друг друга. Сейчас меня заставляют стать женой человека, который подготовил убийство Ромена, лишил жизни моего отца, на чьей совести смерть Уила Тирска! А ведь Уил пытался предупредить меня о коварных замыслах Селимуса.

— Только не выходите за него замуж, ваше величество! — взмолилась Элспит. — Сделайте все, что в ваших силах, чтобы избежать этого брака! Вы прочитали письмо Илены?

— Прочитала. Она просит дождаться ее и обещает помочь мне, — усмехнулась королева. — Чем же может помочь мне, властительнице Бриавеля, знатная девушка из Моргравии, сбежавшая из своей страны из-за страха перед жаждущим ее крови королем?

Элспит мысленно согласилась со словами Валентины. Ей отчаянно хотелось рассказать Валентине правду о том, что Илена — на самом деле храбрец Уил, который когда-то ходил по земле в обличье Ромена.

— Я прошу лишь, чтобы вы верили ей. Она умоляла меня, чтобы я постаралась убедить вас, просила меня вам помочь.

— Да, об этом тоже говорится. Я рада вашей дружбе, Элспит, искренне рада, но вы ведь понимаете, насколько странным все это может показаться?

Элспит кивнула и снова села на скамью рядом с королевой. Валентина вздохнула.

— Самое ужасное в том, что мне действительно хочется ей поверить! Она в типично мужском духе пишет мне — вы удивитесь! — языком своего брата генерала. Такое впечатление, будто я слышу его голос. Ромен всегда излучал спокойствие и надежность. Так же, как и Уил Тирск, когда тот велел мне вместе с Финчем бежать от наемников, убивших моего отца. Теперь же точно таким ощущением меня наполнило письмо его сестры. — Валентина тряхнула головой. — Как я скучаю по Финчу! Он ведь тоже куда-то пропал. Вы часам не встречались с ним?

Элспит насторожилась. Сама того не подозревая, королева коснулась правды. Интуиция ее не подвела.

— Нет, но Ромен рассказывал мне о нем.

— Финч — удивительное создание. Многие считают его странным и серьезным не по годам. Но есть в нем нечто такое, чего я не понимаю и не могу объяснить. Такое впечатление, будто он знает все на свете или по меньшей мере многое понимает и чувствует лучше, чем я. — Валентина повернулась и посмотрела Элспит прямо в глаза. — Вы знаете, во что верит этот мальчик?

Девушка медленно покачала головой.

Королева пожала плечами, демонстрируя полную беспомощность.

— Он верит в то, что Уил Тирск и Ромен Корелди связаны некой духовной связью. Причем, это нечто большее, чем обычная дружба. Он убежден, что это сильное родство душ, и оно объединило их едва ли не в одно существо. Что вы на это скажете?

Элспит напряглась, опасаясь, что слова правды могут в любое мгновение сорваться с ее губ.

— Ваше величество, надеюсь, вы не обидитесь, если я скажу вам, что тоже верю в мощную духовную связь. Мне кажется, что всем родственным душам суждено рано или поздно встретиться, даже после смерти, когда прекращает существовать слабая плоть. Души перерождаются и отправляются искать друг друга.

— Вы на самом деле в это верите?

— Верю, ваше величество, — кивнула девушка. — Именно поэтому я знаю, что вы с Роменом непременно встретитесь вновь.

— Но не в этой жизни, — печально проговорила Валентина.

— Будущее покажет, ваше величество. Некоторые люди говорят, что иногда, особенно в тех случаях, если кто-то лишился жизни слишком рано — задолго до того, как человек приготовился к встрече с посланцами Шарра, — его душа постоянно находится рядом с тем, кого этот человек любил.