Грехи и святость. Как любили монахи и священники - Фолиянц Каринэ - Страница 22

А еще через некоторое время в Лондоне увидела свет ее «Оправдательная записка», в которой графиня утверждала, что в ночной мгле королевского парка Рогану являлась Мария Антуанетта собственной персоной и что это их тайное свидание было далеко не единственным. В Версале позаботились о том, чтобы скупить и уничтожить почти весь тираж этой брошюрки, однако в 1792 году по распоряжению революционного Конвента она была переиздана, как документ, изобличающий старый режим.

Мысль о том, что по какому бы то ни было делу можно допросить королеву Франции, в 1786 году показалась бы фантастической. Но семь лет спустя допрос состоялся: ненавистная народу «австриячка» – тогда уже бывшая королева – предстала перед революционным трибуналом. К тому времени Жанна Ла Мот покончила жизнь самоубийством в Лондоне, а Роган умер в ссылке.

Как вы помните, Мария Антуанетта была женой того самого Людовика, которого, по приказу Конвента, казнили на гильотине. Та же страшная участь ждала и королеву…

Некоторые современные историки считают, что «дело о колье» было сфабриковано при участии янсенистской партии (янсенисты были ярыми противниками традиционной монархии). Зная о связи графини Ла Мот с кардиналом, эти господа якобы увидели «возможность облить грязью королевский скипетр» – и небезуспешно ею воспользовались.

Другие историки полагают, что с самого начала всю эту историю «заварил» не кто иной, как «граф» Калиостро. Например, английский историк Х. Р. Уильямсон считает, что «великий маг» был агентом тайного общества иллюминатов и устроил аферу с ожерельем, чтобы опорочить французский королевский дом, а затем и вовсе низвергнуть монархию во Франции. Похожих взглядов придерживался и великий немец-кий писатель Гёте, написавший на сюжет «дела о колье» сатирическую комедию «Великий кофт».

Так или иначе, но согласитесь, что не повезло главному священнику королевского двора именно потому, что любвеобильный кардинал хотел любой ценой стать любовником королевы. И не будь этой несчастной любви кардинала, «дело о колье» никогда бы не рассматривалось французским судом и не гремело бы по всей Европе.

Путь в революцию

В 1778 году во Франции проживал двадцатидвухлетний монах-капуцин, звавшийся отцом Огюстеном. Он разъезжал по городам и читал проповеди, которые пользовались большим успехом у горожан. Проповедовал он довольно любопытные истины:

«Девицы и женщины, – вещал отец Огюстен со своей кафедры, – мы живем на земле лишь для того, чтобы любить. Так возлюбим же друг друга! Любовь помогает искупить все наши ошибки. Идите же без боязни к тому, кто вам симпатичен, и наслаждайтесь вволю в его объятиях. Дары Неба бесценны и требуют к себе настоящего уважения. Избегайте же советов плохих проповедников и бесчестных предсказателей судеб, которые рекомендуют вам сдерживать свою плоть. Эти лжецы только вносят смуту в ваши души. Если же Всевышний разрешил вам найти величайшую радость в Любви, вы должны испытать это удовольствие в полной мере. Это ваш священный долг. Отказаться от сладострастия – значит, отвергнуть дар Неба. А это уже оскорбление Создателя, а значит – грех. Послушайте же меня, девицы и женщины, не грешите более и не противьтесь отныне зову Любви…»

Удивительные проповеди, не правда ли? Как мы уже сказали, они пользовались колоссальным успехом у населения. Особенно нравились речи отца Огюстена прихожанкам, женщинам, которых прежде и религия, и общество учило одному: свободная любовь – верный путь в ад. Дамы в церкви ловили каждое слово капуцина. Ну, и делали соответствующие выводы…

Современники отмечают, что куда бы ни приехал отец Огюстен со своими проповедями, повсюду, говоря языком современным и светским, был аншлаг. А после его речей резко возрастало количество супружеских измен, причем замечены в этом были даже те дамы, чья репутация доселе считалась эталоном добропорядочности.

Как вы понимаете, не всем представителям мужского пола нравились подобные проповеди, и однажды группа вооруженных палками мужей встретила монаха у храма. Разгневанные люди пообещали хорошенько отдубасить Огюстена, если он и впредь будет учить их глупых жен заниматься любовью с кем попало. В тот день Огюстен прочел проповедь о необходимости христианского милосердия, чем очень разочаровал дам и девиц.

Но это было только однажды.

Откуда же появился столь необычный монах?

Отец Огюстен был родом из небольшого села Ла Терьер, звали его в миру Франсуа Шабо. Он учился в школе в Тулузе. Странный монах никогда не скрывал, что выбрал стезю проповедника только из-за того, что отныне мог сладко поесть и вдоволь попить за счет милых прихожан и прихожанок!

Циничный отец Огюстен всегда был готов вкусить земных радостей и был не дурак выпить. Нередко за столом у какого-нибудь доброго прихожанина, пригласившего Огюстена после проповеди вкусно отобедать, он напивался до такой степени, что уже не мог сам ходить. И тогда мальчишки из церковного хора увозили его на тележке домой.

Огюстен любил не только пить, но и петь. Но особенно он любил делать оба дела сразу. Очевидцы утверждали, что, приняв внутрь «зеленого змия», монах горланил столь непристойные песенки, что даже церковный сторож краснел от стыда и закрывал уши – до того ужасны были слова, произносимые святым отцом!

Однажды отец Огюстен прибыл в городок Виллефрант. Там он познакомился с очаровательной горничной, которую тут же склонил к сожительству. Войдя во вкус плотских радостей, о которых он столь вдохновенно читал свои проповеди, Огюстен стал приглашать к себе в комнату всех женщин, приходивших к нему на исповедь. Где и «отпускал» им все грехи…

Особенно он любил «утешать» женщин не первой молодости и обладающих изрядным состоянием.

В конце концов он стал любовником одной зрелой и очень богатой вдовы. Благодаря ее капиталу, который счастливая вдова тут же предоставила в распоряжение Огюстена, он мог больше не ходить по приходам, выпрашивая пожертвования. Вдова была настолько счастлива, что умоляла любимого никогда не покидать ее. Однако Огюстен, пообещав женщине вечную верность, разумеется, ее обманул.

Он влюбился в молоденькую горничную вдовы, прелестную девушку по имени Фаншон Дюбю. К счастью, вдовствующая дама не догадывалась о происходящей в ее доме измене, а потому капуцин наслаждался и прелестями девицы, ответившей ему взаимностью, и деньгами ее хозяйки.

Но однажды счастье кончилось: не выдержав бурной жизни, которую ей устроил сластолюбивый монах, пожилая дама отдала Богу душу. И Огюстен был вынужден покинуть прекрасный город Виллефрант, где провел немало счастливых дней. Капуцин возвратился в Милло, где находился его монастырь.

Вернулся он понурый, ни на что более не надеясь, однако очередное радостное событие вскоре вновь преобразило монашескую жизнь отца Огюстена. В Милло прибыла красотка Фаншон. Да не одна. А с деньгами, которые оставила влиятельная престарелая дама своему последнему утешителю. Да-да, вдова завещала свои деньги ему!

Обрадованный капуцин закатил в местной харчевне целый пир. Ну и, естественно, ночь после пира он провел с прелестной Фаншон. На другой день девушка сняла квартиру рядом с монастырем, чтобы ее любовник мог без труда навещать ее. Что он и делал. Да так усердно, что однажды бедняжка сообщила со слезами на глазах, что ждет маленького капуцинчика, потомка проповедника Огюстена.

Опасаясь скандала, монах стал срочно подыскивать мужа для своей любовницы. И вскоре нашел одного извозчика, у которого был небольшой домик и хозяйство. Он стал уговаривать потенциального «жениха».

– Мадмуазель Дюбю, конечно, не богата, но зато красива и добродетельна, – говорил проповедник.

Красноречие Огюстена опять сработало, и через три недели он сам же благословлял новобрачных. Все складывалось как нельзя лучше, но непредвиденный случай чуть было не испортил дело. После свадьбы, как и положено, устроили застолье. А отцу Огюстену взгрустнулось, ведь он отдал свою возлюбленную другому. С горя капуцин напился до почти бессознательного состояния и принялся расхваливать вслух, притом весьма фамильярно, женские достоинства невесты. Сначала он обходился словоизлияниями, но потом, не выдержав предстоящей разлуки, запустил ей руку под юбку.