Только для тебя - Хауэлл Ханна - Страница 22

– Ты как будто разочарована, даже обижена?

– Знаю, это грех. Но я не могу отрицать, что Ботолф мог бы обладать мною, если бы только пошевелил своим изящным пальчиком.

– В таком случае, дорогая сестренка, тебе лучше выйти замуж за этого человека. Тогда он сможет шевелить своим изящным пальчиком, как ему заблагорассудится, и тебе не надо будет совершать грехопадение, чтобы ответить на его призыв.

– Это-то мне и нравится, – подмигнула Саксан, но потом вздохнула и посерьезнела. – Хорошо бы еще, если бы при этом имела место любовь. По правде говоря, я думаю, что смогу полюбить его; может быть, я уже люблю, но просто не понимаю этого. Однако его чувства ко мне – загадка.

– И возможно, останутся таковой. Не все мужчины говорят о своих чувствах. Ты должна гордиться тем, что граф выбрал тебя, особенно учитывая, что ему есть из кого выбирать. То, что он просит твоей руки, должно льстить тебе.

– Это правда, – вздохнула Саксан, – он хочет сыновей, а в нашей семье рождается много мальчиков. – Она направилась к двери. – Но ты прав. Я подумаю о том, какую высокую честь он мне оказывает, предлагая руку. Тренируйся в ходьбе, Питни: мне кажется, что скоро будет свадьба. – Девушка остановилась на пороге и улыбнулась. – Чем больше я думаю об этом, тем лучше понимаю, что, несмотря на все сомнения, мне вовсе не хочется давать отрицательный ответ.

Ботолф всерьез опасался, что приезд леди Оделлы подтолкнет Саксан сказать «нет». Он еще мог выносить преследования титулованной красавицы, пока сердце его было свободно, теперь же ее поведение могло вызвать только неприятности. Граф вошел в спальню матери и пристально посмотрел на нее, понимая, что тут нет ее вины, но чувствуя потребность обвинить кого-либо.

При виде мрачного лица сына леди Мери покачала головой:

– Я не приглашала any женщину. Честное слово. Я просто растерялась, когда она стала давить на меня. – Значит, ты недостаточно растерялась. – Ботолф зашатал по комнате, нервно ероша волосы. – Это и моя вина тоже. Я не прогнал ее, а позволил испытывать на мне свои уловки. Мне просто нужно было искать невесту, а она не самый худший вариант.

– Значит, не так уж страшно, что она приехала?

– Это катастрофа, мама. Я уже выбрал жену.

Я жду ее согласия.

– Саксан Тодд! – сразу догадалась леди Мери, глядя на него расширившимися глазами.

– Да, Саксан Тодд. – Ботолф вздохнул с облегчением, не замети» на лице матери неудовольствия или разочарования.

– Что значит – ты ждешь ее согласия? Ее брат не может не одобрить этого брака, не так ли?

– Нет, он согласен. Даже король согласился, и очень охотно. Интересно, не предложил бы он сам мне эту кандидатуру, если бы выбирать пришлось ему?

– Тогда мы должны готовиться к свадьбе.

– Возможно, надо начать, но не сразу. – Сын робко взглянул на мать. – Я мог бы форсировать подготовку, но хочу, чтобы Саксан сама приняла решение. Мне важно знать, что она хочет меня как мужа.

– Ты прав, дорогой. Но не думаешь ли ты, что присутствие леди Оделлы помешает тебе?

– Да. Как сказал Хантер, я оказался между женщиной, которая размышляет над ответом, и женщиной, которая ждет от меня вопроса.

Леди Мери поморщилась:

– Непростая ситуация.

– В том-то и дело. Я не могу сказать леди Оделле, что обручен, но и не могу поклясться Саксан, что не давал Оделле повода надеяться. В конце концов, я не отвергал Оделлу открыто. Она не заслужила, чтобы я был с ней груб. Я хочу, чтобы она прекратила меня преследовать, но не имею желания обидеть ее.

Позднее, когда они с матерью прошли в большой зал, Ботолф все-таки едва не вышел из себя. Появилась Саксан, но Оделла уже заняла место возле графа. Ботолф никогда раньше не замечал, до какой степени навязчивой может быть эта женщина. Неизвестно почему у него сложилось впечатление, что Оделла знает о его решении жениться на Саксан, которая заметно поскучнела и замкнулась в себе. Ботолф уже не сомневался, что Оделла успешно ведет игру и набирает очки.

Саксан собственными глазами видела, что Ботолф не более чем любезен с леди Оделлой, но ее чувства не подчинялись рассудку. Девушке не давало покоя то, как соперница льнет к графу, заняв позицию между нею и Ботолфом, и возмутительно флиртует с ним. У Саксан было сильное желание переломать изящные пальчики этой женщины, касающиеся руки Ботолфа. Она не могла выносить манеры леди Оделлы разговаривать так, словно она и граф уже давно близки.

Ночью Саксан постаралась дать трезвую оценку своим чувствам. Наверное, она страдает от сильного приступа ревности. Это означает, что ее чувства к Ботолфу намного сильнее, чем она предполагала. Чтобы ревновать, нужно любить. Раньше ничего подобного она не испытывала.

Тяжело вздохнув, Саксан призналась себе: ее желание стать женой графа становится непреодолимым. Ни сомнения, ни ревность уже не могут заставить ее отказаться. Утром она скажет Ботолфу, что принимает его предложение.

Когда Саксан засыпала, у нее мелькнула мысль, что будет совсем непросто улучить момент, чтобы остаться с ним наедине.

Саксан сидела у обвалившейся стены сада леди Мери в мрачном настроении. Два долгих дня ей не представляется возможность поговорить с Ботолфом. Что, если она ошибается и он не просто вежлив с леди Оделлой? Стройная блондинка необыкновенно хороша. Ботолф, несомненно, получает удовольствие от внимания, которое та ему оказывает.

Приближались шаги, и Саксан чуть не вскрикнула, услышав голоса Ботолфа и прилипчивой Оделлы. Хуже всего, что ей некуда убежать. Если эта парочка вдруг обнаружит ее, то подумает, что она шпионит за ними. Подобная мысль была Саксан так же ненавистна, как и вид этих людей, смахивающих на любовников. Те продолжали идти, пока не наткнулись на нее.

– Вот ты где, Саксан, – проговорил Ботолф. – А я думал: куда ты исчезла?

Саксан едва не расхохоталась, увидев выражение, промелькнувшее на лице Оделлы. Против воли графа, из его слов выходило, что он отправился на прогулку с единственной целью найти Саксан, но было очевидно, что Оделла пришла именно к такому заключению, которое нанесло чувствительный удар ее тщеславию.

– Я часто гуляю здесь, – ответила девушка и, услышав приближающиеся голоса, добавила: – Здесь раньше не было так много народу.

Хантер и Рок приветливо улыбнулись, но переменились в лице, когда они увидели леди Оделлу, прижавшуюся к Ботолфу. Саксан же сделала вид, будто ее не раздражает присутствие соперницы, но надеялась, что братья придумают какой-нибудь способ увести ату женщину, вцепившуюся в графа мертвой хваткой.

Глядя на троих Тоддов, Оделла пробормотала:

– Сейчас холоднее, чем я предполагала, Ботолф. Может быть, вернемся в замок? – Она повернулась, не отпуская руки спутника.

– А по-моему, ночь очень теплая. – Ботолф высвободил руку, не двинувшись с места.

– В таком случае позвольте нам сопровождать вас, миледи, – предложил Хантер, беря Оделлу под руку, в то время как Рок быстро встал между нею и Ботолфом. – Мы с братом уже надышались ночным воздухом и собираемся вернуться в замок. Ваше присутствие скрасит наш путь.

– Ты останешься, Ботолф? – спросила Оделла, прежде чем непрошеный эскорт увлек ее за собой.

– Да, на некоторое время, – ответил он. Хантер обернулся через плечо и многозначительно сказал:

– Мы скоро увидимся.

Ботолф тихонько рассмеялся и сел рядом с Саксан. Он чувствовал ее отчужденность, но был уверен, что сумеет это преодолеть.

– Мы давно не разговаривали, – начал граф.

– Я была рядом с вами, милорд, – проговорила она.

– Да, но и леди Оделла тоже. Саксан взглянула на него и заметила:

– Она как будто считает, что имеет на вас определенные права.

– Не могу отрицать, что я дал ей повод так думать. До последнего времени у меня не было причины отталкивать ее или пресечь ее игру.

– Это только ее игра?

– Только ее. Как я сказал, у меня не было оснований отталкивать ее. – Он взял руку Саксан, коснулся губами ее ладони. – Если бы я был обручен, то мог бы просто сказать это Оделле и положить атому конец, не причиняя ей обиды.