Обещание горца - Хауэлл Ханна - Страница 40

Крепко держа мужа за руку, Бетия оказалась в дышащем теплом зале, где ее представили крупному русоволосому мужчине по имени Балфур, его изящной красавице жене Мэлди, Найджелу, почти такому же красивому, как и Эрик, и его очаровательной беременной жене, которую звали Жизель. Не успела Бетия и глазом моргнуть, как пажи и служанки уже повели их наверх, в спальни, смывать дорожную пыль, греться и переодеваться. Бетию помыли, одели и усадили перед камином с бокалом подогретого вина, прежде чем ей удалось хоть немного опомниться.

Эрик рассмеялся, садясь рядом с ней, наливая себе вина и целуя ее надутые губки.

– Ты выглядишь ошеломленной, милая.

– Я совершенно растерялась. Не успела я войти и поздороваться, как меня увлекли в спальню с такой скоростью. – Бетия покачала головой. – Конечно, я оглушена. Я никогда нигде не была до того, как познакомилась с тобой.

– Да, все было проделано очень быстро. Даже я потрясен. Я отправил человека вперед – предупредить о нашем приезде, сказать, что мы продрогли после трех дней и ночей пути: Думаю, понимая, как мы, должно быть, замерзли, они приготовили все так быстро. Жизель особенно ненавидит холод.

– Жизель, беременная жена Найджела, – пробормотала Бетия и спросила: – Она родня Мэдди?

– Нет. Похожая внешность объясняется тем, что когда-то Найджел вообразил, что влюблен в Мэлди. Он уехал на целых семь лет, а когда вернулся – привез Жизель.

– О Боже!

– Вот именно. О Боже.

– Здесь очень мило. – Бетия скинула башмачки и поставила ноги на мягкую овечью шкуру, расстеленную перед камином.

– Я хочу, чтобы в Дублине было также.

Бетия оглядела гобелены, украшавшие стены, огромный камин и многочисленные коврики на полу. В комнате было тепло и уютно. Она повернулась к Эрику:

– Я знаю, что ты не нищий, но хватит ли у тебя денег?

– Нет, но только потому, что я рассчитываю потратить большую часть денег на крыши домов, плуги, зерно и другие нужды. Все остальное приложится.

– Да, конечно. Если бы отец не был таким скупым! Мое приданое могло бы облегчить твою задачу.

– Ты мне поможешь. Больше мне ничего не нужно.

– Ты уже рассказал родным нашу историю?

Эрик кивнул, встал и поднял Бетию на ноги.

– Здесь нет необходимости юлить и изворачиваться, как при дворе.

– Та история, что мы рассказали при дворе, показывала нас в более выгодном свете. Не так уж это было плохо.

– Тебе не нужно бояться, что тебе поставят в вину обстоятельства нашей свадьбы. Верь мне, когда я говорю, что история нашего знакомства вполне тривиальна по сравнению с прочими.

Бетия не была в этом уверена, но спорить не стала. Она держала Эрика за руку, когда он вел ее в большой зал, где, если обоняние ее не обманывало, был накрыт стол в честь их приезда. В животе забурчало, Бетия вспыхнула, хихикнула, и. Эрик рассмеялся вместе с ней.

Когда начался обед, первое время все были слишком поглощены трапезой, чтобы тратить время на разговоры. Настоящая беседа началась, только когда все поели и по кубкам было разлито горячее, сдобренное пряностями вино. Бетия сидела, потягивая вино и наслаждаясь сладким, запеченным в меду яблоком, пока Эрик рассказывал семье о своих приключениях.

Он лишь вкратце упомянул то, о чем часто писал им, после чего в подробностях изложил все, что касается Уильяма и Битона. Охота на Уильяма должна продолжаться. Бетии хотелось надеяться, что его скоро найдут. Но в этом деле было слишком много неудач и оплошностей, причем со стороны умных, способных и сообразительных людей. Девушка уже ни в чем не была уверена. Рассчитывать, что Уильяма поймают, означало признать, что она хочет видеть его мертвым. Но у нее не было другого выхода. Уильям угрожал ее жизни и, что еще страшнее, жизни Джеймса.

Когда мужчины начали обсуждать предстоящую битву, Бетии расхотелось есть. Опять она слушала, как хорошие, не кровожадные и не алчные люди рассуждают о том, как будут сражаться за кусок земли. В их речах проскальзывало предвкушение битвы, оживление, вызванное возможностью подраться, когда правда на их стороне.

– Будь я на вашем месте, я бы не слушала, – сказала Мэлди, после того как Жизель тихо встала и ушла в спальню. – Я собираюсь оставить их одних.

– Это хороший совет, миледи. Я не понимаю таких вещей.

– Пожалуйста, зови меня Мэлди. Мы ведь теперь сестры.

– Спасибо, Мэлди. Ты понимаешь все, о чем они говорят?

Мэлди пожала худенькими плечами:

– Дублин должен быть освобожден от господства Битонов. Почему мужчины кажутся довольными оттого, что сэр Грэм Битон вынуждает их идти на него войной, – для меня такая же загадка. Это заложено в мужской природе. Они, наверное, удивляются, как я могу так радоваться хорошо проведенному обеду или новому снадобью, которое мне удастся приготовить. Думаю, мужчины и женщины созданы для того, чтобы смущать друг друга время от времени.

– Я не хочу, чтобы они воевали. Не хочу, чтобы люди погибали за кусок земли.

– Ничего не поделаешь, Бетия, это в природе вещей. Решив, что даже эта милая женщина не может понять ее чувства, Бетия сменила тему.

– Эрик сказал мне, что ты – целительница.

– Я делаю, что могу. Не хочу казаться тщеславной, но я накопила богатые знания и опыт.

– Это не тщеславие – знать, чего стоишь. Я сама только начала это понимать. Старая Хельда, целительница из Данби, немного учила меня, но я хотела бы учиться дальше. Я начинаю думать, что Дублин придется полностью восстанавливать и там пригодятся любые навыки.

– Я буду рада обучить тебя всему, что умею, прежде чем ты уедешь в новый дом.

Было уже поздно, когда Эрик отвел ее в спальню. Несмотря на беседу с Мэдди, Бетия не смогла полностью отвлечься от разговоров о войне. Наблюдая, как Эрик снимает одежду, она вдруг задумалась о том, как уязвимо его тело и что раны могут оказаться смертельными. Бетия одернула себя и забралась в постель. Когда Эрик скользнул под одеяло и прижал ее к себе, девушка хотела отстраниться, но тепло его тела и собственный отклик быстро расслабили ее.

– Похоже, у вас с Мэлди нашлось о чем поговорить, – сказал Эрик, поглаживая жену по спине и размышляя, почему она кажется печальной и отрешенной.

– Она будет учить меня целительству. Думаю, в Дублине это пригодится.

– А, Дублин! Бетия, я не хочу войны, – начал он.

– Помолчи, – поцеловала его Бетия, – с меня довольно разговоров о Дублине, сэре Грэме и вашем праве сражаться против него. Мы не спали в одной постели три долгие холодные ночи. У нас есть чем заняться, не правда ли?

– Да, но скоро нам все равно придется обсудить это.

Бетия притянула его голову и поцеловала. Она вложила в поцелуй всю свою потребность в Эрике, весь свой страх за него. Вскоре оба с трудом дышали. Страсть дарила ей утешение, позволяла забыть о мужчинах и разговорах о войне. Счастливое забвение было коротким, но оно полностью поглотило ее.

Эрик вскоре тоже достиг пика блаженства. Взмокший и довольный, он перекатился на спину и прижал Бетию к себе.

– Добро пожаловать в Донкойл, Бетия Мюррей, – протянул он, улыбаясь в ответ на ее хихиканье.

Глава 17

– Мне кажется, твоей жене это не нравится, – пробормотал Балфур, наблюдая, как Бетия спешит с площадки для тренировок.

Эрик вздохнул и отпил вина, принесенного ему Бетией.

– Да, не нравится. Я пытался поговорить с ней об этом, но, – поморщился он, – она всякий раз умело меняет тему.

Балфур рассмеялся и понимающе кивнул:

– По крайней мере, она не избегает тебя и не кричит на всю округу, чтобы ты изменил свое решение. Но что ей не нравится?

– Да, – сказал Найджел, подходя к ним и наливая вина из кувшина, – что может не нравиться твоей жене в предстоящей битве? Она же за правое дело!

– Бетии кажется, что это всего лишь война за земли, она не хочет, чтобы люди гибли из-за такой малости, – ответил Эрик. – Во многом я с ней согласен.