Русская Америка: Открыть и продать! - Кремлев Сергей - Страница 110

НО, ТАК или иначе, ответ из России пришел в пятницу 29 марта. И тут я передаю слово сыну Сьюарда Фредерику:

С улыбкой удовлетворения Сьюард отодвинул стол для виста и сказал:

Менее чем через 2 часа свет разливался из окон государственного департамента — работа шла там, как в середине дня. К 4 часам утра договор был переписан красивым почерком, подписан, скреплен печатями и готов к пересылке сенату президентом».

29 марта — это была пятница, и на широте Вашингтона (чуть южнее Еревана) уик-энд сулил уже достаточно приятности тем, кто ему предавался. И не было никаких причин вечером накануне уикэнда торчать по домам, вместо того чтобы куда-нибудь отправиться…

Однако госсекретарь не сомневался в готовности аппарата госдепа к работе. Почему? Не потому ли, что он отлично знал о получении телеграммы и ждал прихода Стекля?

Более того, и секретари Стекля ведь тоже не были привязаны к порогам квартир в тот уютный вашингтонский вечер. А вот же — все быстро сладилось.

Так что Фредерик Сьюард, сын Уильяма Генри Сьюарда, может просто прилгнул, и у его отца и Стекля все было договорено заранее. А в быстром ответе из русской столицы были уверены оба, поскольку Стекль в депеше от 13 марта уверял, что Сьюард «встретил сильную оппозицию в кабинете из-за согласованной цены и для того, чтобы дело увенчалось успехом, необходимо торопиться»…

К слову, об этой злосчастной депеше. В ней были и такие слова: «Я посылаю эту телеграмму по просьбе Сьюарда, который ее оплачивает…»

Но когда Сьюарду представили к оплате счет на 9886,5 доллара (сумма в тех ценах, спору нет — немалая!), то госсекретарь… платить отказался, ссылаясь на то, что он «не может считать себя обязанным платить за телеграмму князю Горчакову, которую он не подписывал и не заказывал».

Стекль напоминал, что была же договоренность — госдеп оплачивает стоимость передачи депеши, а русское правительство оплатит ответ.

Но договор был подписан, и Сьюард оказался полноправным хозяином своего слова: он его дал, он его по праву собственности и взял обратно. Телеграмму оплатил Стекль из денег, полученных за Русскую Америку — уже 22 августа 1868 год он выложил за нее 10 тысяч долларов золотом.

Такая вот история из давней русско-американской истории…

ДАЛЕЕ предстояла история с ратификацией — не менее гнусная и неприглядная…

Во-первых, янки абсолютно не хотели идти навстречу незначительным пожеланиям (не требованиям) Петербурга — в том числе по порядку выплаты денег. (С самой выплатой тоже потом была недостойная морока, при этом у Сьюарда хватало наглости — хотя почему бы и нет? — заявлять, что он-де «опасается затронуть честь (??!! — С.К.) и национальную гордость американцев».)

Зато императорское правительство ничего подобного не опасалось и без колебаний пошло на передачу во владение США всего русского колониального архива, хранившегося в Ново-Архангельске. А ведь это были не только ценные в дипломатическом, экономическом и историческом отношении документы, но еще и национальные реликвии.

Во-вторых, вся история вокруг ратификации выглядит заранее спланированным и неплохо разыгранным спектаклем — даром что академик Болховитинов пишет о серьезной «борьбе» за ратификацию.

А вот мне сдается, что все было намного проще, однозначнее, а от этого — еще подлее.

Итак, в 4 часа утра на договор о продаже Русской Америки были поставлены печати, а уже в 10 утра президент направил его в сенат для рассмотрения на предмет ратификации. Поскольку сессия конгресса в тот день заканчивалась, Джонсон созвал чрезвычайную исполнительную сессию сената.

В секретном донесении Горчакову от 3 апреля Стекль сообщал: «Этот документ подлежит утверждению сенатом, и палата представителей должна затем выделить средства для оплаты покупки».

Стандартным клише относительно того, как янки покупали у нас Русскую Америку, в которой Аляска составляла лишь часть, является утверждение, что сенат был вначале против сделки, а почти вся, мол, американская Америка подняла возмущенный шум по поводу напрасной-де траты денег администрацией на покупку чуть ли не прошлогоднего снега.

Но все это — злостная и гнусная чепуха. Даже не очень внимательное изучение даже небольшой части документов и фактов говорит о прямо противоположном.

Повторяю — о прямо противоположном!

ВПЕЧАТЛЕНИЕ о неприятии Америкой нового территориального приобретения сразу же постарался создать сам Стекль в своих депешах в русский МИД. Он переслал туда целый ворох газетных публикаций с более чем броскими заголовками: «Глупость Сьюарда» («Seward's folly»), «Ледяной сундук Сьюарда» («Seward's ice box»), «Моржероссия» («Walrussia» от «walrus» — «морж» и «Russia» — «Россия») и т. д. и т. п.

Самыми весомыми и «душистыми» в этой куче были статьи из нью-йоркской «Трибьюн» Гораса Грили.

Выходцу из семьи бедных фермеров, Грили было тогда пятьдесят шесть лет, и прожил он их бурно и сумбурно: в тридцать лет в 1841 году основал при поддержке Сьюарда (!) эту самую «New York Daily Tribune», выступал против рабовладения, поддерживал Линкольна, печатал Маркса и Энгельса, был противником рабовладельческого билля «Канзас-Небраска», довел тираж своего еженедельника до 200 тысяч, потерял почти половину подписчиков на поддержке, экс-президента рабовладельческих Конфедеративных

Штатов Дэвиса (одного из инициаторов билля «Канзас-Небраска»), и опять критиковал и критиковал, а если надо — одобрял…

Типичный самоуверенный (на публике) янки-«self-made-man» («человек, сделавший сам себя»)… Хотя сделали его, конечно же, все эти дэвисы и сьюарды…

А статьи Маркса? Ну, это дань «свободе», удобный фиговый листок.

Болховитинов пишет об «остроумии и высоком профессионализме» Грили, но профессионалом этот профессиональный социальный хамелеон был лишь в деле массового загаживания общественного сознания плоскими шуточками и самыми низкопробными чувствами (о мыслях тут говорить не приходится). Вот отрывок из его статьи «Русское шарлатанство»: «На бумаге нет места лучше Русской Америки. Климат великолепный и вполне теплый зимой; ледяные поля неисчерпаемы. А эскимосы ищут защиту от палящей жары арктического лета… Страна покрыта сосновым лесом, цветущими зелеными садами вдоль побережья, где имеется также множество моржей. Пшеница, тюлени, ячмень, белые медведи, нерпа, айсберги, киты и золотые жилы — все вплоть до 60 северной широты…»

Читаешь и думаешь: а не издевался ли Грили над русскими и «глупостью» своего бывшего благодетеля Сьюарда, самим же Сьюардом на то благословленный? Надо же было обеспечить видимость «дискуссии», а заодно и Стекля — подходящими «информа-ционно»-дезинформационными материалами для Петербурга.

А также — дать предшественнику Болховитинова, советскому профессору Семену Бенциановичу Окуню, возможность поддерживать версию Стекля в своем опусе «Российско-американская компания», изданном в 1939 году.

Хотя еще в 1934 году даже американец профессор Бейли показал, что большинство американских газет поддерживало покупку. Позднее было подсчитано, что против была примерно треть — дураки-то случались и в Америке. Но даже на Юге США почти две трети газет публиковали одобрительные статьи.

Еще бы они были против! На самом-то деле янки давно присматривались к богатейшим — в потенциале — русским владениям. Что там амбициозные речи Сьюарда в Сент-Поле! Есть у нас свидетельства и посерьезнее…