Горец-завоеватель - Хауэлл Ханна - Страница 58

Если позже он останется один на один со своими сомнениями, то просто не найдет покоя.

Глубоко вздохнув, Сигимор взял себя в руки и начал отдавать приказы. Вместе с Нанти Сигимор объяснил людям, как подъехать к поляне, чтобы взять англичан в кольцо. Всех предупредили, что атаковать незнакомцев можно только в том случае, если они сами попытаются вступить в бой. Камеронам разрешалось только защищаться. Сигимор не собирался возвращать себе жену ценой жизни ее родственников.

Вскоре Сигимор и Лайам остались одни. Они должны были подъехать к опушке леса со стороны дороги и таким образом замкнуть кольцо окружения.

– Возможно, она хочет остаться, – не слишком уверенно предположил Лайам.

– Нет. Джолин не вела бы себя так коварно и не напускала бы тумана, если бы не собиралась возвращаться с родственниками в Англию, – возразил Сигимор. – Если бы она хотела только передать им Рейнарда, то вполне можно было сказать мне об этом. К тому же родственников можно было пригласить и в Дабхейдленд.

– Кажется, ты больше не злишься на нее.

– Нет, я злюсь, ужасно злюсь, но я знаю, что это бессмысленно и несправедливо. Я просто пытаюсь ни о чем не думать. Что случится, то случится. Я сам во всем виноват. Ведь я замечал, какой задумчивой и озабоченной она была, но не счел нужным даже спросить у нее о том, что ее беспокоит. Возможно, она подумала, что я просто не хочу ничего знать о ее проблемах. И она была права. Я действительно не хотел ничего знать.

– Да, покидать свой дом всегда тяжело. А Джолин пришлось покинуть не только свой дом, но и страну. К тому же на новом месте ее встретили не слишком дружелюбно.

– Все так. Да к тому же еще и Рейнард... Она растила его с рождения. И для мальчика Джолин стала настоящей матерью. Как она могла отказаться от собственного ребенка? Ее сердце не выдержало бы этого расставания. Рейнард потерял отца, и вряд ли он захочет распрощаться еще и с Джолин. Только представь, он начнет плакать... Разве она сможет устоять против его жалобных причитаний и просьб? Да, непросто решить, кого выбрать: мужа или ребенка. И как я могу просить ее вернуться ко мне? Она связана долгом и клятвой.

– И все же есть надежда, что она останется с тобой.

– Но она может пожалеть об этом позже. Сначала она будет просто тосковать по племяннику, а потом эта боль перерастет в ненависть ко мне.

– Об этом ты подумаешь позже. А сейчас ты просто должен сказать Джолин, что любишь ее.

– Почему я должен говорить ей об этом?

– Почему? Да потому, что это правда.

– Я никогда и никому не говорил таких слов, – раздраженно буркнул Сигимор. Как это, интересно, Лайам так быстро понял, что за чувства он испытывает к Джолин? Сам-то он только сегодня осознал, что любит эту девушку. – Она моя жена. Все остальное не имеет значения.

– Имеет, если ты хочешь, чтобы она осталась с тобой и была счастлива.

– Она и так была счастлива со мной. Я заботился о ней и мальчике, делал для них все, что только мог. Я ублажал ее в постели до изнеможения!

– О, разумеется! Чего ж можно еще желать? Как романтично! Просто даже представить страшно. Ты уверен, что правильно поступаешь? Может...

– Может, ты перестанешь сыпать своими неуместными остротами? Советую тебе замолчать, если хочешь дожить до своего следующего дня рождения. Я, конечно, не попортил столько девок, сколько ты, но, можешь быть уверен, я тоже кое-что умею. Джолин хочет меня.

– Но с этим никто и не собирается спорить. Однако невозможно привязать к себе женщину только постелью, дружок. Особенно такую, как Джолин. У нее есть мозги, а значит, она отлично понимает, что страсть преходяща. Если нет настоящего, глубокого чувства, то физическая близость быстро превращается в обузу. Ты должен доказать ей, что для нее есть место не только в твоей постели, но и в твоем сердце.

Сигимор понимал, что Лайам прав, но из духа противоречия не желал соглашаться с кузеном.

– Но она-то мне ничего не сказала!

– Она английская леди, девственница, которая взяла в мужья тебя, неотесанного шотландца, – усмехнулся Лайам. – Это уже кое-что. К тому же ты не в таком тяжелом положении, как она, и почва у тебя из-под ног не уходит. Джолин должна расстаться со своим домом, страной, где она родилась, с Рейнардом. Она могла бы сделать это, но не только ради того удовольствия, которое ты доставляешь ей в постели. Ты должен добиваться ее любви.

– Кажется, я уже немного опоздал, – прошептал Сигимор. Они с Лайамом уже подъезжали к той поляне, где Джолин должна была встретиться со своими родственниками.

– Еще не поздно. Она еще здесь, поговори с ней.

– Поговорить с ней? Да посмотри, сколько вокруг народа!

– Это только придаст твоим словам больший вес. Если человек говорит такие вещи перед целым полчищем свидетелей, значит, для него это действительно очень важно.

Сигимор понимал, что в словах Лайама много правды, но он, вероятно, не сможет последовать этому прекрасному совету. Он никогда не умел красиво говорить, а тем более о любви. У него есть шанс вернуть свою жену. И это можно сделать при помощи нежных слов о любви, а этим искусством он никогда не владел.

Сигимор посмотрел на Джолин, и все слова сразу же выскочили из его головы. Его жена стояла в объятиях другого мужчины, высокого, красивого, в элегантном костюме. У этого мужчины волосы были такими же черными, как и у Джолин. Возможно, это просто ее кузен. Но ведь и Гарольд был ее кузеном, и кровное родство не помешало ему желать Джолин. Это не являлось препятствием и для женитьбы. У Сигимора потемнело в глазах от ревности, он готов был порвать этого черноволосого красавца на куски.

– Только осторожнее, кузен, – пробормотал Лайам, увидев, с каким свирепым выражением лица Сигимор спешивается. – Мягче ступай.

– Обещаю, орать не буду.

Лайам тяжело вздохнул.

– И прошу, не убивай англичанина.

– Я не убью его, я только переломаю ему руки.

Глава 20

– Кажется, у нас появилась компания, Джолин.

Джолин отстранилась от Роджера и огляделась вокруг. Ее глаза расширились от удивления, когда она обнаружила, что их окружили Камероны. Их лица трудно было назвать дружелюбными. Даже у Фергуса в глазах посверкивали злые огоньки. Ну разумеется, они недовольны тем, что Роджер держит ее в объятиях! Не успела Джолин высвободиться из рук Роджера, как вдруг увидела Сигимора. Хотя он выглядел мрачнее тучи, девушка почувствовала, как ее сердце подпрыгнуло от радости.

– Это твой муж? – испуганно спросил Роджер, глядя на Сигимора.

– Да, это сэр Сигимор Камерон, лэрд Дабхейдленда.

– Он очень уж похож на разъяренного быка!

Что ж, Джолин не могла не согласиться со своим кузеном. Голова Сигимора была слегка наклонена вперед и втянута в широкие плечи, руки сжаты в кулаки. Он шел прямо на них. Кажется, сэр Сигимор Камерон собирается устроить тут побоище, подумала Джолин. Она встала перед Роджером, заслонив его своим телом от Сигимора.

– Отойди в сторону, женщина! – рявкнул Сигимор, останавливаясь перед Джолин.

– Не смей трогать Роджера. Он мой кузен.

– Похоже, твои кузены никак не хотят оставить тебя в покое.

Джолин вдруг поняла, почему Сигимор так ревновал ее. Неожиданно у нее перехватило дыхание. Тем не менее, она попыталась скрыть свое удивление и... радость. Вряд ли Сигимору понравится то, что она отгадала его мысли. Кажется, она все-таки не ошиблась и приняла верное решение.

– Роджер просто утешал меня, вот и все. Он женатый человек. – Джолин не обратила внимания на приподнятую бровь Сигимора. Очевидно, ее заверения не рассеяли сомнений мужа. – Люди Роджера преследовали Гарольда.

– Надо было сказать мне об этом! Прерваться на небольшой отдых сегодня ночью и рассказать мне обо всем этом в подробностях! Но ты была слишком занята собой, чтобы упомянуть о своих родственниках, слоняющихся в окрестностях Дабхейдленда.

– Сигимор! – Джолин почувствовала, что ее щеки заливает румянец. Она бросила гневный взгляд на стоявших поблизости Макфингелов, которые внезапно разразились хохотом, и снова перевела взгляд на мужа. – Вовсе не обязательно быть таким... грубым!