Дама моего сердца - Хауэлл Ханна - Страница 53

— Он выделил тебе очень красивую комнату, — заметил Пейтон, оглядываясь по сторонам.

— Надеюсь, дорогой брат, — прошептала Эвери, — ты догадываешься почему.

Нахмурившись, Пейтон взъерошил волосы.

— Ты его любовница?

— Да. И не смотри на меня так сердито. Я стала ею по своей воле.

— Значит, он соблазнил тебя не из мести?

— Вначале он как раз это и собирался сделать. Ему сказали, что ты изнасиловал его сестру, и никто, кроме нас с Джиллианой, не мог опровергнуть эту ложь. В то время, когда ты якобы совершил это преступление, мы, во-первых, находились во Франции, а во-вторых, наше мнение не могло считаться объективным.

— Но сейчас он не верит в это?!

— Кажется, нет. Я не знаю, когда он начал сомневаться, но это так. И его планы относительно меня тоже изменились. Если сначала он хотел меня обесчестить, как ты якобы обесчестил его сестру, то потом предложил обменять меня на тебя и даже… — Эвери мучительно вспыхнула, — даже предложил сохранить мою девственность. — И под пристальным взглядом Пейтона она зарделась как маков цвет.

— Черт подери, сестренка! — изумился Пейтон. — Ты что, любишь его?

— Ужасно, — вздохнув, призналась Эвери.

— И тем не менее он отправляет тебя домой?

— Наверное, он считает, что другого выхода нет. До того как мы приехали в Кейнмор, мне кажется, он колебался, отсылать меня или нет, а потом увидел, что Кэтрин и в самом деле беременна, и к тому же она упорно убеждает его в том, что ты отец ребенка.

— Этот ребенок не мой.

— Я это знаю. Как только Камерон сказал мне, что ты не признал его своим, я сразу поверила, что он не твой и что ты никогда даже не был в близких отношениях с Кэтрин.

— Но Камерон считает, что я ее любовник!

— И да, и нет. Я уже сказала — его мучают сомнения. Я это вижу. И Джилл тоже.

Чертыхнувшись, Пейтон принялся мерить шагами комнату.

— Но тем не менее он все равно считает, что я должен на ней жениться.

— Его сестра беременна и не замужем. Камерон заставил ее признаться в том, что ты ее не изнасиловал, но теперь она говорит, что ты ее соблазнил и ребенок у нее от тебя. Что он может поделать?

— Ничего, — буркнул Пейтон и решительно добавил: — Абсолютно ничего, и я его понимаю. Естественно, это понимание не умаляет моего ужаса оттого, что мне придется взять эту женщину в жены.

Эвери обняла его.

— Когда ты должен на ней жениться?

— Через неделю, а может быть, через две. А с чего это ты вдруг так обрадовалась? — подозрительно спросил он, заметив, что Эвери улыбается.

— Потому что это лишний раз доказывает, что он ей не верит, — пояснила Эвери и прижала кулачки к груди. — Пейтон, пойми, он дает тебе время доказать, что она лжет. Да и сам хочет это выяснить. По правде говоря, он дает тебе шанс от нее освободиться.

— Пожалуй, ты права. Но как я смогу узнать правду? Ведь мне не позволят уехать из Кейнмора.

— Ты сумеешь вытянуть из нее признание. Я в этом ни капли не сомневаюсь, — возразила Эвери.

— Хотел бы я быть так уверен в этом.

— У тебя все получится. Надо, чтобы она заявила при свидетелях, что не ты отец ребенка, и назвала имя своего любовника. И тогда Камерон притащит этого парня в замок и учинит ему допрос. А кроме того, мне кажется, тебе поможет и то, что нам с Джиллианой удалось узнать.

— Нисколько не сомневаюсь, что вы вдвоем отлично потрудились, — ухмыльнулся Пейтон. — Ты поэтому захотела повидаться со мной наедине?

— Да, а еще для того, чтобы объяснить тебе, почему мы с Камероном стали любовниками. А что мы ими стали, ни для кого не секрет, и ты скоро узнал бы об этом. Та же Кэтрин тебе бы все уши прожужжала, чтобы мне досадить, а что ее брату это может быть неприятно, ее мало волнует. Ну так вот. Я люблю Камерона и отдалась ему добровольно. И я хочу, чтобы ты это знал.

— А как ты думаешь, когда все утрясется, Камерон захочет жениться на тебе?

— Не знаю, — тихо произнесла Эвери, стараясь не расплакаться. — Все в замке уверены, что я вернусь, но сам он ни словом об этом не обмолвился. И ни разу не сказал мне, что любит. Он хочет меня, и, мне кажется, он неплохо ко мне относится. Ему многое пришлось пережить, Пейтон, и я достаточно знаю о его прошлом, чтобы это понимать и жалеть его. Но это все не имеет значения. Сейчас самое главное решить твои проблемы.

— Это верно. Да и Боуэн ждет. Он дал нам два часа, и это время уже на исходе.

— О Господи! Тогда слушай. Из того, что Кэтрин нечаянно обронила, и из того, что нам удалось вытянуть из ее горничной, мы узнали, что ее любовник — красивый, высокий, сильный парень с рыжими волосами и карими глазами. Он беден, и у него шестеро старших братьев. —

Внезапно на лице Пейтона появилось задумчивое выражение, и Эвери взволнованно спросила: — Ты знаешь его?

— Что-то такое вертится в голове… Ничего, со временем вспомню. Для начала и этих сведений достаточно. —

Пейтон подхватил мешок Эвери, взял ее за руку и вывел из комнаты. — А теперь нам пора. Иначе, чего доброго, Боуэн отдаст приказ штурмовать ворота.

— Джиллиана, если ты не прекратишь есть меня глазами, я наброшу тебе на голову скатерть, — рассмеялся Камерон, глядя на сидевшую рядом девочку.

Джиллиана расхохоталась.

— Я буду скучать по тебе, Камерон.

— Странно, может, я идиот, но я тоже буду по тебе скучать.

— Я слышу шаги Пейтона и Эвери. Пора. — Джиллиана встала, поцеловала Камерона в щеку и прошептала: —

Не грусти. Размышляй и прислушивайся. В конце концов все будет хорошо, но лишь в том случае, если ты сможешь освободиться от призраков прошлого.

Лерган подошел к Джиллиане и, обняв ее за плечи, повел к двери.

— Детка, если бы ты была постарше, а я помоложе, я бы тебя отсюда не выпустил. Мы бы с тобой были отличной парой.

— Не льсти себя надеждой. Я бы тебя с ума свела.

— Это было бы сладкое сумасшествие. — Он чмокнул Джиллиану в щеку и подтолкнул к Эвери, которая как раз в этот момент остановилась на пороге большого зала. — Эвери, красавица ты моя, я тоже буду по тебе скучать. — И Лерган, заключив ошеломленную Эвери в объятия, надолго прильнул к ее губам страстным поцелуем. Позади раздался какой-то грохот, но он не обратил на него никакого внимания.

Когда поцелуй закончился, Лерган отстранил от себя Эвери и обернулся через плечо. Разъяренный Камерон стоял, сжимая кулаки, а слуга у него за спиной поднимал упавшее кресло. Взглянув на ухмыляющегося Лергана, Эвери поцокала языком.

— Не боишься, что он тебе сейчас нос расквасит? — лукаво улыбнулась она.

— Не боюсь, — прошептал ей на ушко Лерган. — Лошадь моя уже оседлана и ждет, когда я отправлюсь на охоту.

Эвери чуть не расхохоталась, но когда взглянула на Камерона, желание смеяться у нее пропало. Камерон так и стоял у стола, не делая ни малейшей попытки подойти к ней и сказать хоть пару слов на прощание, поцеловать ее… Правда, вид у него был понурый и измученный, однако для Эвери этого было мало. Ей нужна была надежда, которая дала бы ей силы вынести разлуку, но Камерон этого не понимал. Присев в реверансе, на который он ответил лишь учтивым поклоном, она молча вышла за дверь. У ворот замка их встретили воины ее клана. Боуэн обнял сначала Эвери, потом Джиллиану и никак не хотел выпускать девочку из объятий. Когда они наконец сели на лошадей, Эвери приказала себе не оглядываться. Обернулась она только тогда, когда они отъехали достаточно далеко от Кейнмора и он был уже не виден.

— Не грусти, — сочувственно произнесла кузина, ехавшая рядом с ней.

— Но он не сказал мне на прощание ни одного слова, — пожаловалась Эвери.

— Вы ведь были не одни, да и вопрос с Пейтоном и Кэтрин пока еще не решен, и это, думаю, весьма беспокоит Камерона.

— А может быть, он просто не хочет со мной разговаривать? Может, решил, что лучше всего проститься молча? — И, стегнув лошадь, Эвери умчалась вперед, оставив Джиллиану позади.

— Где Лерган? — спросил Камерон, подходя к столу и усаживаясь по левую руку от своего будущего родственника.