Дама моего сердца - Хауэлл Ханна - Страница 14

— А мне кажется, я говорила с тобой очень мило, —промурлыкала Эвери.

Что верно, то верно, мрачно подумал Камерон. Она и в самом деле говорила сладким, как патока, голоском Камерон решил вернуться к разговору о ее брате. Она наверняка начнет с ним спорить, и это остудит его желание. Сегодня, пожалуй, не стоит пытаться ее соблазнять. После того, что она сделала, было бы нечестно с его стороны не дать ей хотя бы одну ночь передохнуть.

— Вот ты назвала сэра Пейтона красивым, милым галантным, честным, смелым, умным. В общем мужчиной при виде которого у всех девиц текут слюнки. Неужели ты хочешь сказать, что он ими вовсе не интересуется? Что он не пользуется своим обаянием, чтобы затащить их в постель? — ехидно поинтересовался Камерон и улыбнулся увидев, как Эвери закипает от ярости. Кажется, ему удалось ее спровоцировать.

— Ему нет нужды затаскивать девиц в свою постель! —воскликнула она. — Наоборот, ему приходится их оттуда вышвыривать.

Если Пейтон не отличается тщеславием, то про его сестру такого не скажешь, усмехнулся про себя Камерон

— Значит, они так и падают к его ногам? — насмешливо спросил он, и Эвери захотелось его ударить.

— Да. Сам увидишь.

— Единственное, что я хочу увидеть, так это твоего брата вместе с моей сестрой на коленях перед священником. Он обязан заплатить за свой проступок.

— А я тебе говорю, что мой брат никогда не стал бы оскорблять женщину! Ему это просто ни к чему И если бы он спал с твоей сестрой, он не стал бы этого отрицать Как-то он переспал с невестой Дугласа и честно ему в этом признался. Хотел, чтобы тот знал, на ком собирается жениться. Но Дуглас и так уже раздумал брать ее в жены узнав о том, что эта девица прикончила троих его родственников. Впрочем, это не важно. Просто я хочу, чтобы ты понял: мой брат — очень порядочный человек. Из того, что рассказала ему Эвери, Камерон сделал вывод, что Пейтон Мюррей не отличается здравым умом и рассудком. Как можно было признаваться Дугласу в том, что он спал с его невестой? Дугласы не прощают обид. Вероятно, Эвери далеко не все ему рассказала. Что ж, потом он из нее вытянет детали. А сейчас он должен докончить то, что задумал: разозлить Эвери так, чтобы она молча отодвинулась от него на самый краешек кровати.

— Неужели? А я из твоего рассказа понял, что твой брат способен на опрометчивые поступки. Если ты хочешь убедить меня в том, что он святой, не стоило рассказывать, что он спит с чужими невестами.

Эвери пришлось признать, что он прав. Но Камерону она об этом не скажет, пусть он ее хоть на куски разрежет.

— Я хочу убедить тебя не в том, что Пейтон святой, а в том, что он предпочитает держаться от девственниц подальше. Думаю, твои родственники вряд ли держали в секрете, что ищут мужа для твоей сестры, а Пейтон всегда тщательно избегает подобных девиц.

— Значит, он не женится на ней?

Говоря это, Камерон разделся, оставив лишь набедренную повязку, и Эвери внезапно обнаружила, что ей трудно говорить, равно как и делать вид, что она абсолютно равнодушна к его стройному, загорелому телу. Усилием воли она заставила себя сосредоточиться на разговоре о Пейтоне.

— Когда-нибудь он женится, но не сейчас, не из-под палки и не на той девушке, которую не хочет видеть своей женой.

— Если он не собирался жениться на моей сестре, незачем было с ней спать.

Высказавшись, Камерон связал их запястья и улегся на кровать, а Эвери вдруг захотелось избить его до полусмерти. Она пыталась оправдать действия Камерона, но в то же время ее не покидала уверенность, что сестра его обманула, вот только как заставить его в это поверить?

Да и стоит ли пытаться? Камерон уверен, что сестра его не способна на обман, так же как и Эвери никогда бы не поверила, что Пейтон может совершить бесчестный поступок. И спорить с Камероном по этому поводу — все равно что биться головой о каменную стену. Но Эвери не собиралась сдаваться. Она должна защитить Пейтона. Может быть, в конце концов ей удастся заронить в душу Камерона сомнение, заставить задуматься над тем, можно ли безоговорочно верить сестре? И может быть, он наконец поймет, что она лжет?

— Когда ты в последний раз видел свою сестру? — спросила она.

Камерон задумался.

— До того, как я приехал во Францию, то есть больше двух лет назад.

— А я видела Пейтона всего несколько месяцев назад.

— И что?

— А то, что я знаю своего брата лучше, чем ты свою сестру.

— Ни одна девушка не станет заявлять, что ее лишили невинности, если это не так! — закричал Камерон, злясь на то, что в словах Эвери есть своя логика. Он и в самом деле не может утверждать, что хорошо знает свою сестру.

Эвери презрительно фыркнула:

— Станет, если посчитает, что это поможет ей получить желаемое.

Камерон и сам придерживался того же мнения, поэтому спорить не стал.

— Значит, по-твоему, твой братец настолько замечательный человек, что моя сестра вознамерилась его заполучить?

— Он молодой, сильный, красивый, владеет многими землями и богат.

«Мимо такого и в самом деле ни одна девица не пройдет», — сердито подумал Камерон. Похоже, задуманный им план не срабатывает. В словах Эвери есть резон, а ему нечем крыть и остается только злиться. Кроме того, Камерон в любом случае не собирался отказываться от своего плана.

— Значит, он будет моей сестре отличным мужем, даже если он и развратник.

— Тупоголовая скотина! — не выдержала Эвери.

— Не стоит оскорблять человека, от которого зависишь, детка.

— Неужели ты не можешь оставить моего брата в покое хотя бы в благодарность за то, что я спасла твою ничтожную жизнь?

— На это не надейся. Моя сестра мне дороже. А вот с тобой я решил поступить по-другому. Я не буду лишать тебя невинности и покрывать твое имя позором.

— А ты мог это сделать? — Эвери даже задохнулась от негодования.

— Были у меня такие мысли. Ведь твой брат очернил имя моей сестры. Но теперь я передумал.

— Какое благородство! — фыркнула она.

Эвери повернулась к нему спиной. До сих пор она не слишком задумывалась над тем, как именно Камерон собирается ее использовать, помимо того, что лишит ее невинности. Ей было больно сознавать, что он мог бы придать ее позор широкой огласке, она приказала себе не глупить. Камерон считал, что его сестра опозорена. Ему наверняка сказали, что этот ее позор ни для кого не является секретом. Естественно, он решил, что Пейтон тоже должен испытать боль, узнав, что его сестра подверглась такому же унижению. В какой-то момент Эвери даже пожалела, что он изменил свой план. Интересно было бы узнать, как долго он будет держать ее на расстоянии. Но потом она приказала себе не быть идиоткой. Такие вещи лучше не знать. Неожиданно Эвери пришла в голову интересная мысль: поскольку Камерон не станет рассказывать об их отношениях ее родным, может быть, стоит самой сообщить им об этом? Причем подчеркнуть, что это не Камерон надругался над ней, а она сама, добровольно, ему отдалась. Стоит ли пойти на такой шаг, чтобы попытаться завоевать его сердце?

— Спи спокойно, Эвери, — прошептал Камерон.

— А тебе пусть всю ночь снятся кошмары, — буркнула Эвери и вздохнула, когда Камерон рассмеялся.

Она закрыла глаза, но сон не шел к ней. Что ее ждет впереди, она не знала и пока не узнает, даже если будет бодрствовать всю ночь напролет. Ей предстоит принять нелегкое решение, и Эвери уговаривала себя как следует отдохнуть, чтобы подумать об этом на свежую голову.

Глава 7

Эвери была объята яростным огнем желания. Теплые губы и крупные сильные руки, ласкающие ее, заставляли трепетать от наслаждения. Обняв распростертого на ней мужчину, Эвери задохнулась от восторга, когда он начал ласкать ее груди. Она нетерпеливо выгнулась ему навстречу и услышала его тихий стон. Этот хрипловатый зов страсти пробился сквозь ее затуманенное сознание, и она очнулась. Камерон искусно соблазнял ее, и она не сопротивлялась. Наоборот, ей хотелось, чтобы эта блаженная пытка не кончалась никогда. Но, призвав на помощь всю силу воли, Эвери заставила себя отстраниться. Нельзя терять голову, если она не хочет остаться потом с разбитым сердцем. Схватив Камерона за руки, Эвери почувствовала одновременно и радость, и обиду оттого, что он сразу перестал ее ласкать.