Введение в теорию национальной безопасности - Кузнецов Ю. Г. - Страница 54

На рисунке 3.1 показаны геополитические концепции К.Риттера и Ф.Ратцеля.

Однако его представление об океане отличалось явной необъективностью. Мировой океан уже тогда можно было рассматривать как специфическое геополитическое пространство, владение которым может увеличить силу любой державы (прежде всего с точки зрения транспортных возможностей). Вместе с тем Ратцель со всей определенностью полагал, что морская сила является необходимым атрибутом государства претендующего на мировое господство.

Эта особенность в отношении к океанскому пространству привела к раздвоенности в военной политике, когда высшее руководство Германии в конце XIX века стремилось развивать с одинаковым приоритетом армию (против Франции и России) и военный флот (против Англии). Причем теоретической базой при создании флота, для высшего руководства Германии, служили идеи А.Мэхэна. Вместе с этим созданный адмиралом А.Тирпиц мощный немецкий военный флот, предназначенный для овладения морем через генеральное сражение, так и не сыграл решающей роли в Первой Мировой войне (ПМВ), хотя отдельные его операции были весьма успешны. Причин тому много, но мы выделим две: раздвоенность идей привела к распылению ресурсов и невозможности создания не просто мощного флота, а необходимого для решения поставленной задачи, создание флота ориентированного только на генеральное сражение привело к невозможности его эффективного применения в других задачах, возникших во время войны.

Последователь Ратцеля шведский политолог, пангерманист по своим убеждениям Рудольф Челлен говоря о государстве, считал его "биологическим образованием или живым существом". По его взглядом оно следует ЗАКОНУ РОСТА: "сильные, жизнеспособные государства, имеющие ограниченное пространство, подчиняются категорическому императиву расширения своего пространства путем колонизации, слияния или завоевания". Он отмечает, что помимо физико-географических черт, государство выражает себя в четырех других ипостасях: как определенная форма хозяйства со своей особой экономической активностью, как народ со своими национальными и этническими характеристиками; как социальное сообщество различных классов и профессий и, наконец, как форма государственного управления со своей конституционной и административной структурой ..."

Он считает, что СИЛА есть более важный фактор для поддержания су­ществования государства, чем ЗАКОН, поскольку сам закон может поддерживаться только силой. Если закон вводит нравственно-рациональный элемент в государство, то сила дает ему естественный органический импульс. Утверждением, что ГОСУДАРСТВО ЕСТЬ ЦЕЛЬ САМА В СЕБЕ, а не организация, служащая целям улучшения благосостояния своих граждан, Челлен явно противопоставлял свой взгляд либеральным концепциям, сводящим роль госу­дарства к второстепенной служебной роли, к роли "пассивного полицейского".

В дальнейшем на развитие немецкой школы геополитики огромное влияние оказала английская геостратегическая концепция МИРОВОГО ОСТРОВА, изложенная Маккиндером (он считал, что осевым регионом мировой политики является огромное внутреннее пространство Евразии, и что господство над ним ведет к мировому господству). Она стала основой для знаменитой Мюнхенской школы геополитики, созданной географом и генералом Карлом Хаусхофером. Он прогнозировал развал Версальской системы, утверждал, что "период геополитического устройства и нового раздела власти гад пространством не только не закончился с ПМВ, но только начался". Ему принадлежит ПРОГРАММА ГЕОПОЛИТИЧЕСКОГО ВОСПИТАНИЯ немецкого народа. Для того чтобы после огромной, кажущейся многим напрасной траты сил еще раз направить всю энергию возрождающегося народа на приобретение жизненного пространства, потребуется, считал он, ясное понимание всеми слоями населения Германии недостаточности того пространства, которое оно имеет. Такого понимания можно добиться только путем "воспитания" всего народа в духе необходимости перехода от смутного ощущения гнета, порожденного недостаточным пространством к "сознательному" чувству границ. По его мнению, этому "воспитанию" должны служить как общественные, так и естественные науки и, конечно, прежде всего - геополитика, которая подобна двуликому Янусу: одно ее лицо направлено внутрь страны, а другое - "обозревает все пространство земного шара". По его мнению, именно ПЛОТНОСТЬ НАСЕЛЕНИЯ явилась одним из важнейших факторов в психологической подготовке населения ко второй мировой войне.

Однако в трудах Хаусхофера нет даже строгого определения такого ключевого понятия немецкой геополитики, как "жизненное пространство". Опираясь на "законы" Ратцеля и, прежде всего на его идею о преимуществах больших государств перед малыми, а также на идею Маккиндера о МИРОВОМ ОСТРОВЕ. Хаусхофер рассматривал господство Германии над малыми государствами к западу и к востоку от нее как "неизбежное", а борьбу, необходимую для его реализации, как полностью оправданную. С концепцией мирового острова немецкие геополитики связывали два момента: 1)доминирование России на евразийском пространстве и 2)подрыв английской военной мощи для приобретения полного господства в омывающем Мировой остров мировом океане. Он рассматривал союз Германии и России как ядро евразийского союза с более широким трансконтинентальным блоком, должным включать Китай и Японию. На протяжении 20-30-х годов Хаусхофер не уставал призывать Японию к сближению с Китаем и Советским Союзом, выступая одновременно за укрепление советско-германской дружбы. В целом он оценивал СССР как азиатскую державу Европа, включая славянские земли Восточной Европы, должна была, по его мнению, объединиться под главенством Германии и в этом виде служить своего рода "геополитическим аргументом" в переговорах с Россией по вопросу о судьбе Евразии. Выход на мировое господство планировалось уже во вторую очередь - после решения судьбы Евразии.

Геополитические концепции X.Маккиндера и К.Хаусхофера показаны на рисунке 3.2.

Разграничение геополитики от других наук было в основном проделано Отто Шефером: "Политическая география является наукой о пространстве и поэтому она направлена на прошлое, а геополитика направлена на настоящее и будущее. Политическая география раскрывает картину того, как пространство воздействует на государство и, если так можно выразиться, поглощает его. В отличие от этого геополитика изучает вопрос о том, как государство преодолевает условия и законы пространства и вынуждает его служить намечаемым целям".

Немецкие геополитики рассчитывали подвести Россию к добровольному соглашению о контроле над Евразией. Хаусхофер всегда был противником военного решения этого вопроса. Русско-германский союз рассматривался им, как основной шаг на пути к последующим завоеваниям Германии вначале на суше и потом на море. К сожалению Вторая Мировая война (ВМВ) развивалась только в начальной стадии по идеям Хаусхофера.

Хотя нет подтверждения тому, что идеи Хаусхофера были прямо использованы при воссоздании военного флота Германии, но он в 30-40-х гг. никогда не мог соревноваться с армией и авиацией по приоритетности. Второстепенность военного флота на первом этапе борьбы Германии за мировое господство привела к смене направленности его развития. Теперь основной задачей флота стало не достижение прямого господства на море через генеральное сражение, а нанесение экономического ущерба морским коммуникациям своих противников. И здесь надо отметить, что слабый военный флот Германии, созданный под руководством адмирала Э.Редера, нанес значительный ущерб своим противникам в годы ВМВ, особенно своими ПЛ (они уничтожили не менее 10 млн. т. различных грузов перевозимых транспортными судами). История сохранила и планы Э.Редера по созданию военного флота для второго этапа борьбы за мировое господство (план "Z").

После ВМВ геополитика, как часть официальной идеологии III-го рейха, была фактически запрещена в Германии. Многие ученые-геополитики после войны, по указке мировой закулисы, подпали под действие закона о запрете занятия научной деятельностью.